Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
109
Список литературы
1. Декрет Президента Республики Беларусь № 8 от 21 декабря 2017 г. «О разви-
тии цифровой экономики» // Национальный правовой интернет- портал Республики
Беларусь. URL: https://economy.gov.by/uploads/files/sanacija-i-bankrotstvo/Dekret-
Prezidenta- Respubliki- Belarus-ot-12.12.2017–8-O-razvitii- tsifrovoj-ekonomiki.pdf
2. Ермоченко К. П. Смарт-контракт сегодня: «умный договор» в системе пра-
вовых отношений или малоэффективный «цифровой зародыш» несамостоятель-
ной договорной конструкции // Цифровые технологии и право: сборник научных
трудов I Международной научно- практической конференции. В 6 томах, Казань,
23 сентября 2022 г. / под редакцией И. Р. Бегишева [и др.]. Т. 4. Казань: Познание,
2022. С. 240–244.
3. Савельев А. И. Договорное право 2.0: «умные» контракты как начало кон-
ца классического договорного права // Вестник гражданского права. 2016. № 3.
С. 32–60.
4. Мамаева Н. В. Смарт контракты и их особенности // Наука и образование
сегодня. 2018. № 2(25). С. 6–7.
5. Официальный сайт Всероссийского центра изучения общественного
мнения (ВЦИОМ). URL: https://wciom.ru/analytical- reviews/analiticheskii- obzor/
tekhnologii- budushchego
6. Ярутин Я. К., Гуляева Е. Е. Международное и российское правовое ре-
гулирование оборота криптоактивов: понятийно- терминологическая корреляция
// Journal of Digital Technologies and Law. 2023. Т. 1, № 3. С. 725–751. DOI: 10.21202/
jdtl.2023.32. EDN: HGBQGL
7. Федеральный закон от 18 марта 2019 г. № 34-ФЗ «О внесении измене-
ний в части первую, вторую и статью 1124 части третьей Гражданского кодекса
Российской Федерации». Официальный интернет- портал правовой информации.
URL: http://publication.pravo.gov.ru
8. Чуб Д. В. Правовое регулирование смарт- контрактов во Франции
// Актуальные проблемы российского права. 2019. № 8(105). С. 151–158.
А. В. Жилина
,
магистрант,
Уральский государственный юридический
университет имени В. Ф. Яковлева
ВЫСОКОАВТОМАТИЗИРОВАННОЕ ТРАНСПОРТНОЕ
СРЕДСТВО КАК ИСТОЧНИК ПОВЫШЕННОЙ ОПАСНОСТИ
В РЕГУЛЯТИВНЫХ ПЕСОЧНИЦАХ
Аннотация.
В статье рассматривается вопрос об отнесении высокоав-
томатизированных транспортных средств (беспилотных автомобилей) в ка-
честве источников повышенной опасности. Проанализированы различные
доктринальные подходы к вопросу об отнесении искусственного интеллекта
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
110
и высокоавтоматизированного транспортного средства к источникам повышенной
опасности. Рассмотрены варианты ответственности за вред, причиненный высо-
коавтоматизированным автомобилем в рамках экспериментального правового
режима.
Ключевые слова
: источник повышенной опасности, высокоавтоматизиро-
ванное транспортное средство, беспилотный автомобиль, искусственный интел-
лект, безвиновная ответственность, экспериментальный правовой режим, регуля-
тивная песочница
HIGHLY AUTOMATED VEHICLE AS A SOURCE
OF INCREASED DANGER IN REGULATORY SANDBOXES
Abstract.
The article considers the issue of attributing highly automated vehicles
(unmanned vehicles) as sources of increased danger. Various doctrinal approaches
to the question of attributing artificial intelligence and highly automated vehicles
to sources of increased danger are analyzed. The variants of liability for damage caused
by a highly automated car within the experimental legal regime are considered.
Keywords
: source of increased danger, highly automated vehicle, unmanned
vehicle artificial intelligence, innocent liability, experimental legal regime, regulatory
sandbox
Роботы, автоматизированные транспортные средства, искусственный интел-
лект – явления, которые мало изучены с правовой точки зрения. Зачастую связа-
но это в первую очередь с тем, что законодательство не изменяется так быстро
по сравнению с развитием цифровых технологий. В связи с чем порой возникают
ситуации, когда обществу, и в частности экономическому сегменту, необходимо
применить определенные новшества цифровых технологий, но из-за отсутствия
необходимого правового регулирования это невозможно сделать. Поскольку суще-
ствует большая вероятность возникновения непредвиденных ситуаций, в резуль-
тате которых может быть причинен вред жизни и здоровью граждан, имуществу
других лиц. Поэтому рассмотрение вопроса гражданско-правовой ответствен-
ности при применении цифровых инноваций является одним из приоритетных
в настоящее время.
До создания экспериментального правового режима разработчики, изобрета-
тели, правообладатели в области цифровых инноваций для регулирования отноше-
ний между собой и всей отрасли в целом создали так называемое мягкое право, т. е.
кодексы (практики) и стандарты, которые призваны устранять риски, связанные
с бесконтрольным развитием цифровых технологий [12. С. 79]. С одной стороны,
данные акты были признаны регуляторами общественных отношений в области
цифровых инноваций. С другой – у данных актов отсутствуют одни из ключевых
признаков нормативных правовых актов – это общеобязательность и привлечение
к ответственности в случае нарушения со стороны государства. Для того чтобы
все-таки не тормозить развитие цифровых инноваций, в ряде стран был разра-
ботан особый правовой режим, так называемые регулятивные или регуляторные
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
111
песочницы. Создание таких «регулятивных песочниц» направлено на недопуще-
ние стихийного развития цифровой экономики, осуществление контроля над но-
вейшими технологиями, как «можно скорее их внедрение в гражданско-правовой
оборот и придание им нормативно-правовое регулирование» [8. С. 137].
Первая регулятивная песочница появилась в Великобритании в 2016 г. В рам-
ках данной модели ее участникам можно было проверить свои инновации в усло-
виях, приближенных к реальным, но под надзором государственного органа. Позже
такая модель регулирования успешно появилась в таких странах, как Австралия,
США, Китай, Канада и др.
В России в 2020 г. был принят Федеральный закон от 31.07.2020 № 258-ФЗ
«Об экспериментальных правовых режимах в сфере цифровых инноваций
в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 258-ФЗ) [1]. В рамках
данного Федерального закона были установлены направления, в отношении кото-
рых может быть применим экспериментальный правовой режим. По состоянию
на сентябрь 2023 г. такими направлениями являются:
– проектирование;
– производство и эксплуатация транспортных средств (далее – ТС), в том
числе высокоавтоматизированных транспортных средств и беспилотных воздуш-
ных судов;
– строительство;
– медицинская деятельность.
В период действия экспериментального правового режима применяется
специальное правового регулирование, которое распространяет свое действие
в отношении всех участников регулятивной песочницы. Это в свою очередь спо-
собствует тому, что цифровые инновации обретают правовую определенность,
которая благоприятно влияет на развитие экономики, социальной и духовной
сферы, а именно способствует развитию промышленности, строительства, науки
и образования, доступности медицины и возможности получения гражданами ка-
чественных продуктов, работ и услуг, обеспечению безопасности государства, при
соблюдении баланса частных и публичных интересов [9. С. 48]. В частности, это
можно проследить в отношении гражданско-правовой ответственности участни-
ков регулятивной песочницы. Согласно Федеральному закону № 258-ФЗ, в рамках
проведения регулятивной песочницы установлено, что лицо, причинившее вред,
будет нести ответственность в рамках гражданского законодательства. При этом
программой экспериментального правового режима может предусматриваться
требование к субъекту, участвующему в регулятивной песочнице, в виде страхо-
вания им своей гражданско-правовой ответственности [1].
Так, к примеру, в Программе экспериментального правового режима в сфере
цифровых инноваций по эксплуатации высокоавтоматизированных транспортных
средств, утвержденной Постановлением Правительства РФ от 09.03.2022 № 309,
установлено требование в отношении субъекта экспериментального правового ре-
жима по поводу страхования им риска ответственности по деликтным обязатель-
ствам на сумму 10 млн руб. в отношении каждого высокоавтоматизированного
транспортного средства [4].
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
112
По состоянию на сентябрь 2023 г. в реестре экспериментальных правовых
режимов в сфере цифровых инноваций наибольшую популярность имеет направ-
ление по созданию высокоавтоматизированных транспортных средств и беспи-
лотных воздушных автомобилей [15]. Высокоавтоматизированное транспортное
средство представляет собой обычное транспортное средство, которое оснащено
автоматизированной системой вождения (искусственным интеллектом) и предна-
значено для перевозки пассажиров и грузов. При этом данное транспортное сред-
ство делится на два типа [3]. Высокоавтоматизированное транспортное средство
I категории осуществляет свое движение при помощи искусственного интеллекта.
Однако при этом в салоне беспилотного автомобиля на месте водителя должен на-
ходиться водитель-испытатель. Тогда как высокоавтоматизированное транспорт-
ное средство II категории осуществляет свое движение при удаленных маршрути-
зации и диспетчеризации со стороны оператора. При этом в салоне беспилотного
автомобиля отсутствует водитель-испытатель. Учитывая, что данные транспорт-
ные средства оснащены автоматизированными системами вождения, управление
такими транспортными средствами осуществляется посредством искусственного
интеллекта.
В связи с чем возникает вопрос, можно ли считать высокоавтоматизирован-
ное транспортное средство источником повышенной опасности (далее – ИПО).
Ведь само по себе использование транспортного средства указано в качестве
ИПО в ст. 1079 ГК РФ. Однако управление транспортным средством, указанным
в ст. 1079 ГК РФ, осуществляет непосредственно человек, тогда как ключевым
моментом в последующих рассуждениях будет то, а может ли транспортное
средство, находящее под управлением искусственного интеллекта, быть ИПО.
Если да, то кто должен нести ответственности в рамках строгой ответственно-
сти по ст. 1079 ГК РФ в случае причинения вреда беспилотным транспортным
средством.
Стоит учесть, что само отнесение искусственного интеллекта к источникам
повышенной опасности яв ляется дискуссионным вопросом. В научных работах
последних лет указывается, что искусственный интеллект обладает признака-
ми ИПО, в силу чего отсутствует необходимость выделения специального де-
ликта в российском законодательстве и в отношении беспилотных автомобилей
[6. C. 8–9]. Однако в данных работах, как правило, отсутствует какая-либо конкре-
тизация по поводу того, какие признаки берутся за основу в качестве признания
искусственного интеллекта источником повышенной опасности.
Для начала необходимо разобраться, что понимается под искусственным
интеллектом. Согласно Указу Президента Российской Федерации от 10.10.2019
№ 490 «О развитии искусственного интеллекта в Российской Федерации», под ис-
кусственным интеллектом следует понимать определенный комплекс технологи-
ческих решений, который позволяет имитировать когнитивные функции человека
(в том числе самообучение и решение задач без заранее установленного алгорит-
ма действий) и получать при выполнении конкретных задач результаты, которые
как минимум сопоставимы с результатами интеллектуальной деятельности чело-
века [2].
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
113
Ю. С. Харитонова, В. С. Савина, Ф. Паньини выделяют четыре наиболее рас-
пространенных подхода в отношении ответственности искусственного интеллек-
та [10. С. 695]:
– действия систем искусственного интеллекта рассматривать аналогично
как обстоятельства непреодолимой силы и, следовательно, освободить какое-либо
лицо от ответственности в результате причинения вреда действиями искусствен-
ного интеллекта;
– создание определенных источников, за счет которых будет компенсировать-
ся причиненный вред, и при этом отсутствие ответственности какого-либо лица;
– наступление ответственности при наличии виновных действий лиц. Такими
лицами, к примеру, могут быть разработчик, изготовитель, оператор беспилотного
автомобиля и т. д.;
– рассматривать действия искусственного интеллекта как ИПО и, следова-
тельно, рассматривать причинение вреда в рамках безвиновной ответственности;
– наделение системы искусственного интеллекта правосубъектностью. В ре-
зультате чего искусственный интеллект самостоятельно будет нести ответствен-
ность за причиненный им вред.
При этом указанные авторы считают, что систему искусственного интел-
лекта стоит рассматривать как источник повышенной опасности и рассматривать
причинение вреда в рамках безвиновной ответственности [10. С. 703].
На данный момент можно выделить следующие признаки искусственного
интеллекта как ИПО – это высокая автономность и высокая вероятность причине-
ния вреда. Высокая автономность подразумевает под собой то, что за искусствен-
ным интеллектом невозможно до конца осуществлять контроль. Ведь порой даже
сами разработчики не могут предугадать, как поведут себя в том или ином случае
робот, транспортное средство под управлением искусственного интеллекта. В свя-
зи с чем и имеется высокая вероятность причинения вреда.
Учитывая этот факт, экспертная группа по вопросам ответственности и но-
вым технологиям в своем отчете для Европейской комиссии предлагает новый
подход в определении ответственности в отношении высокоавтоматизирован-
ных транспортных средств. Так, при использовании высокоавтоматизированного
транспортного средства появляется новый субъект – оператор ТС, под которым
понимается лицо, осуществляющее контроль за транспортным средством и полу-
чающее выгоду от использования ТС. Однако такой оператор может выполнять
разные функции. К примеру, frontend-оператор активирует транспортное сред-
ство и определяет место назначения. В свою очередь, изготовитель или иное лицо
(backend-оператор) контролирует транспортное средство на постоянной основе.
В связи с чем, по мнению экспертов, строгая ответственность будет лежать на том
операторе, кто в большей степени осуществляет контроль за транспортным сред-
ством [14. P. 41].
На этот отчет критическое замечание в своей статье сделали Андреа Бертолини
и Франческа Епископо. Данные авторы подметили, что введение новых ответствен-
ных лиц в случае наступления деликтной ответственности за вред, причиненный вы-
сокоавтоматизированными транспортными средствами, не упрощает, а, наоборот,
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
114
еще более нагружает нормативную базу. Впоследствии это влечет за собой множе-
ство потенциальных ответчиков, сложность доказывания и увеличение судебных
издержек. Следовательно, основной целью любой правовой реформы в области
деликтной ответственности высокоавтоматизированных транспортных средств
должно быть ее упрощение путем определения одного субъекта ответственности,
который впоследствии и будет страховать свою ответственность, либо разработка
новой правовой конструкции такой ответственности. В связи с чем авторы пред-
лагают ввести солидарную ответственность производителя высокоавтоматизиро-
ванного транспортного средства и его владельца [13].
В Германии, несмотря на логичность доводов экспертной группы, также не
поддерживают идею реформирования института строгой ответственности вла-
дельцев транспортных средств. В силу чего ответственность, по мнению ряда
юристов Германии, за вред причиненного высокоавтоматизированного транспорт-
ного средства несет его владелец. Так как безвиновная ответственность владельца
транспортного средства – цена за использование ИПО, в частности за использова-
ние высокоавтоматизированного транспортного средства [11. С. 198].
Учитывая нормативное регулирование в странах Европейского союза, стар-
ший эксперт направления «Правовое развитие» Центра стратегических разрабо-
ток Д. В. Федоров предложил два варианта привлечения лица к строгой ответствен-
ности при использовании беспилотного автомобиля. Это владелец беспилотного
автомобиля либо изготовитель беспилотного автомобиля. В случае с владельцем,
как отмечает Д. В. Федоров, не нужно будет вносить какие-либо изменения в дей-
ствующее законодательство, так как это будет регулироваться в рамках ст. 1079
ГК РФ. В случае же с изготовителем необходимо будет внести изменения в зако-
нодательство, а также понимать, что изготовитель будет отражать в экономиче-
ском плане свои риски в конечной стоимости продукции [11. C. 207].
А. В. Незнамов указал, что, несмотря на то, что проблема ответственности
искусственного интеллекта является дискуссионной, в настоящее время карди-
нальное изменение института юридической ответственности не требуется, кроме,
например, использования технологий автоматического управления. В связи с чем,
по мнению автора, представляется целесообразным направить усилия на развитие
института безвиновной ответственности, законодательства о страховании, созда-
ние специальных резервных фондов [7. С. 177].
До принятия Федерального закона № 258-ФЗ Правительство РФ приняло
распоряжение № 2129-р от 19.08.2020 «Об утверждении Концепции развития ре-
гулирования отношений в сфере технологий искусственного интеллекта и робо-
тотехники на период до 2024 года», где указано, что при развитии системы искус-
ственного интеллекта кардинальных изменений в институт гражданско-правовой
ответственности не предполагалось. Проблему использования систем искусствен-
ного интеллекта предлагалось решить путем постепенной доработки института
юридической ответственности [5]. Учитывая наличие определенных признаков
искусственного интеллекта как ИПО, предполагается, что под доработками под-
разумевалось внесение изменений в механизмы безвиновной ответственности
и способов возмещения причиненного вреда.
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
115
Аналогичная позиция, как ранее было указано, отражена и в Федеральном
законе № 258-ФЗ. В данном федеральном законе закреплено, что в рамках регуля-
тивной песочницы за причиненный вред лицо, причинившее вред, будет отвечать
в рамках гражданского законодательства [1]. Таким образом, каких-либо новых
конструкций гражданско-правовой ответственности в указанном федеральном за-
коне не было закреплено. Также стоит учесть, что какие-либо изменения в обяза-
тельства вследствие причинения вреда также не были внесены. Следовательно,
по логике законодателя регулирование обязательства вследствие причинения вре-
да в результате использования беспилотного автомобиля будет осуществляться
в рамках имеющегося законодательства о гражданско-правовой ответственности.
В результате можно сделать вывод о том, что институт юридической ответ-
ственности в регулятивной песочнице не претерпел каких-либо кардинальных из-
менений. Таким образом, управление транспортным средством при помощи искус-
ственного интеллекта имеет признаки ИПО, так как данная деятельность не может
полностью контролироваться человеком. Если при причинении вреда в регулятив-
ной песочнице высокоавтоматизированное транспортное средство будет признано
ИПО, то, согласно ст. 1079 ГК РФ, гражданско-правовую ответственность будет
нести владелец высокоавтоматизированного транспортного средства. При этом
не стоит забывать, что если привлекать владельца высокоавтоматизированного
транспортного средства к юридической ответственности, то в случае признания
вины изготовителя или иного лица в причинении вреда возможно применение ре-
грессного требования в рамках ст. 1081 ГК РФ. Учитывая волю законодателя не
вносить кардинальных изменений в институт гражданско-правовой ответственно-
сти и способствовать развитию информационных технологий, может быть, стоит
внести изменения в возможности применения регрессного требования. А именно
указать лиц, в отношении которых оно может быть применено. Ведь не стоит за-
бывать, что ответственность владельца транспортного средства – это цена за то,
что он использует ИПО. Либо же направить усилия на развитие страхового зако-
нодательства, что, как можно заметить, на данный момент и происходит.
При этом в рамках проведения экспериментального правового режима
Правительство Российской Федерации порой самостоятельно определяет случаи,
когда то или иное лицо в случае причинения вреда будет привлечено к граждан-
ско-правовой ответственности. Так, в п. 31 Постановления Правительства РФ от
29.12.2022 № 2495 установлено, что оператор будет нести ответственность за при-
чинение вреда жизни и здоровью участников ДТП с участием беспилотного ав-
томобиля II категории только в том случае, если ДТП произошло в результате не-
достатков при осуществлении маршрутизации и диспетчеризации беспилотного
автомобиля. К примеру, это может быть тогда, когда оператор построил маршрут
движения транспортного движения через пешеходную зону. Если же причинение
вреда беспилотным автомобилем II категории произошло в результате неисправ-
ного технического состояния указанного автомобиля, то ответственность за при-
чинение вреда будет нести единоличный исполнительный орган субъекта экспе-
риментального правового режима и (или) лица, ответственные за техническое
состояние беспилотного автомобиля [3].
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
116
Таким образом, можно сделать вывод и о том, что высокоавтоматизирован-
ное транспортное средство имеет признаки источника повышенной опасности.
Учитывая этот факт, законодатель решил не производить кардинальных измене-
ний в регулировании института юридической ответственности в регулятивной пе-
сочнице. Следовательно, если высокоавтоматизированное транспортное средство
будет признано источником повышенной опасности, то ответственность за при-
чиненный вред будет нести владелец этого транспортного средства. Однако если
причинение вреда беспилотным автомобилем II категории произошло в результа-
те недостатков при осуществлении маршрутизации и диспетчеризации, то ответ-
ственность за вред будет нести оператор. К примеру, это может быть тогда, когда
оператор построил маршрут движения транспортного средства через пешеходную
зону. Если же причинение вреда беспилотным автомобилем II категории произо-
шло в результате неисправного технического состояния указанного автомобиля,
то ответственность за причинение вреда будет нести единоличный исполнитель-
ный орган субъекта экспериментального правового режима или иные лица, ответ-
ственные за техническое состояние беспилотного автомобиля.
Список литературы
1. Об экспериментальных правовых режимах в сфере цифровых инноваций
в Российской Федерации: Федеральный закон от 31.07.2020 № 258-ФЗ // СПС
«КонсультантПлюс». URL: https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&b
ase=LAW&n=389188&dst=1000000001&cacheid=A79F4EC45748CD4C47B1E93FE
B4FA08D&mode=splus&rnd=6555B9362F641139D949835A2651350B#Ag1ZApTuu
glo0s3u3
2. О развитии искусственного интеллекта в Российской Федерации: Указ
Президента РФ от 10.10.2019 № 490 // СПС «КонсультантПлюс». URL: https://www.
consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=LAW&n=335184&cacheid=CA18064
166780780539B7288A9EE1689&mode=splus&rnd=ekx9A#pmzZApTfo6aRvsy1
3. Об установлении экспериментального правового режима в сфере цифро-
вых инноваций и утверждении Программы экспериментального правового режима
в сфере цифровых инноваций по предоставлению транспортных услуг с использова-
нием высокоавтоматизированных транспортных средств на территориях отдельных
субъектов Российской Федерации: Постановление Правительства РФ от 29.12.2022
№ 2495 // СПС «КонсультантПлюс». URL: https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.
cgi?req=doc&base=LAW&n=446430&cacheid=29680FA9ACA3F86157A376F876C56
D26&mode=splus&rnd=ekx9A#aBKaApTUc8u6XjrH1
4. Об установлении экспериментального правового режима в сфере цифровых
инноваций и утверждении Программы экспериментального правового режима в сфере
цифровых инноваций по эксплуатации высокоавтоматизированных транспортных
средств: Постановление Правительства Российской Федерации от 09.03.2022 № 309
// СПС «КонсультантПлюс». URL: https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req
=doc&base=LAW&n=411811&cacheid=58C0CD8CA6D4413F08B59F9FD55461DA
&mode=splus&rnd=ekx9A#bGCbApTGeOXXLEfK1
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
117
5. Об утверждении Концепции развития регулирования отношений в сфере
технологий искусственного интеллекта и робототехники до 2024 года: Распоряжение
Правительства РФ от 19.08.2020 № 2129-р // СПС «КонсультантПлюс». URL: https://
www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=LAW&n=411811&cacheid=58
C0CD8CA6D4413F08B59F9FD55461DA&mode=splus&rnd=ekx9A#bGCbApTGeO
XXLEfK1
6. Антонов А. А. Беспилотные транспортные средства как источники повы-
шенной опасности // Транспортное право. 2021. № 4. С. 7–10. DOI: 10.18572/1812-
3937-2021-4-7-10. EDN: DDBJLG.
7. Незнамов А. В. О концепции регулирования технологий искусственного
интеллекта и робототехники в России // Закон. 2020. № 1. С. 171–185.
8. Носкова Ю. Б. Роль экспериментальных правовых режимов в сфере раз-
вития цифровых инноваций в Российской Федерации и республике Беларусь:
соотношение социально-экономических, правовых и государственных интересов
// Современное государственное управление: образование, наука, практика: сбор-
ник статей Международной научно-практической конференции, Минск, 26 января
2021 года. Минск: Академия управления при Президенте Республики Беларусь,
2021. С. 137-139. EDN: VXKSCB.
9. Носкова Ю. Б., Лупашко Н. М. Экспериментальные правовые режимы
в сфере цифровых инноваций как способ интеграции национальной экономики
российской федерации в мировое экономическое пространство // Herald of the Euro-
Asian Law Congress. 2020. № 1. С. 43-50. DOI: 10.34076/2619-0672-2020-4-1-43-50.
EDN: WJJYCE.
10. Харитонова Ю. С., Савина В. С. , Паньини Ф. Гражданско-правовая ответ-
ственность при разработке и применении систем искусственного интеллекта и робото-
техники: основные подходы // Вестник Пермского университета. Юридические науки.
2022. № 58. С. 683-708. DOI: 10.17072/1995-4190-2022-58-683-708. EDN: PPVMZR.
11. Федоров Д. В. Безвиновная ответственность за причинение вреда при экс-
плуатации высокоавтоматизированного и полностью автоматизированного транс-
портного средства как источника повышенной опасности // Вестник гражданского
права. 2020. № 6. С. 191–211.
12. Шахназаров Б. А. Применение технологий искусственного интеллекта
при создании вакцин и иных объектов интеллектуальной собственности (правовые
аспекты) // Актуальные проблемы российского права. 2020. №7 (116).
13. A. Bertolini, F. Episcopo The Expert Group’s Report on Liability for Artificial
Intelligence and Other Emerging Digital Technologies: a critical assessment // European
Journal of Risk Regulation. 2021. Pp. 645–659. URL: https://www.researchgate.net/
publication/353284336_The_Expert_Group’s_Report_on_Liability_for_Artificial_
Intelligence_and_Other_Emerging_Digital_Technologies_a_critical_assessment.
14. Expert Group on Liability and New Technologies. Liability for Artificial
Intelligence and Other Emerging Digital Technologies. European Union, 2019. 70 p.
URL: https://www.europarl.europa.eu/meetdocs/2014_2019/plmrep/COMMITTEES/
JURI/DV/2020/01-09/AI-report_EN.pdf
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
118
15. Реестр экспериментальных правовых режимов в сфере цифровых ин-
новаций // Министерство экономического развития Российской Федерации.
URL: https://www.economy.gov.ru/material/directions/gosudarstvennoe_upravlenie/
normativnoe_regulirovanie_cifrovoy_sredy/eksperimentalnye_pravovye_rezhimy/
reestr_eksperimentalnyh_pravovyh_rezhimov
16. Как устроен беспилотный автомобиль? // канал компании «Яндекс» на ви-
део-хостинге Youtube. URL: https://youtu.be/izoPwpPSGRc?si=HURqyNRf79TR1jqP
17. Дмитрий Полищук – про беспилотное такси, эволюцию роверов-курьеров
и города будущего | YaC 2021 // канал компании «Яндекс» на видео-хостинге Youtube.
URL: https://www.youtube.com/watch?v=wFWy8Lw-rL8
В. Э. Жуков
,
студент,
Санкт-Петербургский государственный университет
А. А. Щукина
,
студент,
Северо-Западный филиал
Российского государственного университета правосудия
ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ЛУТБОКСОВ
И ИХ СООТНОШЕНИЕ С АЗАРТНЫМИ ИГРАМИ
Аннотация.
Исследование направлено на изучение, сравнение и анализ
многообразных взглядов на проблемы, которые возникают при постановке во-
просов о необходимости отнесения «лутбоксов» к категории азартных игр.
Актуальность выбранной темы обусловлена тем, что многие авторы, рассма-
тривая смежные проблемы правового регулирования «лутбокосов» и предлагая
пути их решения, акцентируют внимание на цели защиты нравственности, прав
и законных интересов граждан. Тем самым они ограничиваются лишь публич-
ными интересами. Бесспорно, такой выбор не представляется ошибочным, одна-
ко, руководствуясь тем, что одним из ключевых свойств общественных отноше-
ний, регулируемых нормами права, является конфликтный интерес, невозможно
обойти стороной и факт того, что при определении сбалансированного выхода
из сложившихся проблем нужно учитывать также интересы игровых компаний
и потребителей контента. Соответственно, целью настоящего исследования яв-
ляется поиск наиболее объективных вариантов решения ряда актуальных про-
блем, связанных с отнесением «лутбоксов» к категории азартных игр. Также
нами была разработана собственная классификация лутбоксов, отражающая их
специфику и многообразие.
Ключевые слова
: право, цифровые технологии, информационное право,
азартные игры, законодательство об азартных играх, игровая индустрия, лутбоксы
