Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
206
А. С. Лузина
,
магистрант,
Казанский (Приволжский) федеральный университет
ПРОБЛЕМЫ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
ОТНОШЕНИЙ
,
ВОЗНИКАЮЩИХ В СВЯЗИ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ
ИНФОРМАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ
Аннотация.
Целью исследования является выявление проблем граждан-
ско-правового регулирования, возникающих в сфере использования инфор-
мационных технологий. Существенные особенности исследования заключа-
ются в выявлении следующих правовых проблем: отсутствия однозначного
правового регулирования смарт-контрактов в российской правовой системе;
скорости развития технологий и правовых регуляторных механизмов; зако-
нодательного определения единой концептуальной правовой регламентации
гражданско-правовых отношений, осуществляемых с использованием инфор-
мационных технологий.
Ключевые слова
: право, информационные технологии, смарт-контракт,
правовая регламентация, правовые регуляторные механизмы, искусственный
интеллект
PROBLEMS OF CIVIL LEGAL REGULATION OF RELATIONS ARISING
IN CONNECTION WITH THE USE OF INFORMATION TECHNOLOGIES
Abstract.
The article reveals and observes main problems of civil legal regulation
in relations that arise in the usage of information technologies. The essential features
of this investigation are to identify and recognize the following legal problems: the non-
availability of the legal regulation of smart contracts in Russian legal system, the problem
of the speed of technology’s development and legal regulators of the mechanisms,
the problem of legislative definition as a single concept that allows regulating civil law
relations provided by using information technology.
Keywords
: law, information technologies, smart contract, legal regulation, legal
regulatory mechanisms, artificial intelligence
Современный мир переживает бурное развитие информационных техноло-
гий (далее – IT), которые активно применяются во всех сферах общественных
отношений. В этой связи особую актуальность приобретают вопросы, связанные
с правовым регулированием отношений, осложненных IT-элементом.
Гражданско-правовые отношения невозможны без заключения соглашений,
в связи с чем проблемы договорного права занимают особое место в современ-
ной цивилистике. В условиях развития цифровой экономики информационные
технологии оказывают непосредственное влияние на механику заключения граж-
данско-правовых договоров. В качестве примера такого влияния можно при-
вести заключение так называемых смарт-контрактов. Как правило, смарт-кон-
тракты заключаются на специальных онлайн-платформах и шифруются при
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
207
помощи технологии блокчейн. Преимуществом таких соглашений является воз-
можность адаптирования под изменяющиеся коммерческие условия. Как отмечают
В. С. Белых, М. О. Болобонова, в зарубежном гражданском праве устоялась позиция
о том, что смарт-контракт является скорее техническим понятием и представляет
собой компьютерную программу, нежели самостоятельный гражданско-право-
вой институт [2. С. 56]. Между тем, по мнению автора настоящего исследования,
смарт-контракт следует рассматривать с позиции гражданско-правового соглаше-
ния, заключенного с использованием средств информационных технологий.
В данном исследовании выявим основные проблемы в применении смарт-кон-
трактов, правовом регулировании использования заключения сделок в инфор-
мационной среде, дистанционных гражданско-правовых сделках, наследовании
цифровых активов, передаче прав доступа к цифровым аккаунтам.
Наиболее очевидной представляется проблема, связанная с применением
смарт-контрактов в российской правовой системе, которая заключается в отсут-
ствии какого-либо однозначного правового регулирования данного правового ин-
ститута. В этом отношении российское законодательство отстает, в том числе от за-
конодательства соседних государств. Так, законодательство Республики Беларусь
определяет смарт-контракт в качестве программного кода [6]. В Российской
Федерации определение смарт-контракта было предложено авторами Проекта
Федерального закона № 419059-7 «О цифровых финансовых активах», как дого-
вора, заключаемого в электронной форме [6]. Однако в окончательную редакцию
Федерального закона соответствующее определение не вошло. В настоящее время
определение смарт-контракта содержится только в нормативных актах, издавае-
мых Банком России [1]. При этом действующая правоприменительная практика
рассматривает смарт-контракт, прежде всего, в качестве самостоятельного вида
договора, а не технического решения. Вместе с тем без должного нормативного
правового регулирования дальнейшее развитие смарт-контрактов в Российской
Федерации представляется затруднительным.
Следует отметить, что не любая сделка, заключаемая с применением инфор-
мационных технологий, является смарт-контрактом. Основной проблемой, свя-
занной с заключением сделок в информационной среде, является, на наш взгляд,
проблема идентификации ее участников. Одним из средств идентификации яв-
ляется верификация субъектов гражданско-правовых отношений с помощью го-
сударственных информационных систем. Ряд авторов указывают на проблемы,
связанные с идентификацией определенных субъектов гражданско-правовых
отношений – в частности, индивидуальных предпринимателей [17. C. 43–45].
Так, в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей
(ЕГРИП) не содержатся сведения о местонахождении предпринимателя, что за-
трудняет анализ возможности исполнения сделки потенциальным контрагентом.
Безусловно, действующие ограничения в части предоставления информации
публичными сервисами установлены в целях защиты персональных данных физи-
ческих лиц. На наш взгляд, представляется обоснованным расширить сферу при-
менения Единой системы идентификации и аутентификации (ЕСИА) и Единого
портала государственных и муниципальных услуг («Госуслуги»), позволив
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
208
участникам гражданско-правовых отношений заключать сделки при помощи ука-
занных систем, а именно осуществлять взаимную идентификацию. Стоит отме-
тить, что соответствующая техническая возможность существует, поскольку при
помощи портала «Госуслуги» в настоящее время можно заключать договоры обя-
зательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных
средств, а также договоры банковского вклада и кредитные договоры.
В связи с широким распространением сделок, совершаемых с применением
информационных технологий, хотелось бы отметить, что проблема идентифика-
ции сторон сделки не является единственной. Так, при совершении дистанцион-
ной гражданско-правовой сделки (например, заключении инвестиционного согла-
шения посредством онлайн-платформы) возникает проблема определения места
совершения сделки и, как следствие, действующей юрисдикции. Д. С. Карлаш
указывает на отсутствие соответствующего законодательного регулирования
в Российской Федерации [8. C. 22–28]. Зачастую онлайн-сделки заключаются
посредством акцептирования стороной предложенной оферты. Поскольку ин-
формационное пространство является глобальным, не имеет значения физиче-
ское местонахождение оферента. В этой связи, на наш взгляд, уместным было бы
установление законодательного императива о привязке места совершения сделки
к месту жительства акцептора – физического лица или месту государственной ре-
гистрации компании, участвующей в сделке. Безусловно, такой подход является
невыгодным для оферента, являющегося по умолчанию сильной стороной сделки,
поскольку он посредством формирования и направления оферты определяет ос-
новные параметры и существенные условия сделки.
В литературе встречаются и другие позиции относительно определения ме-
ста совершения сделки. Д. Е. Матыцин предлагает определять юрисдикционную
принадлежность по адресу веб-сайта или веб-сервера стороны сделки [11. C. 68].
На наш взгляд, такая позиция является разумной, поскольку, как правило, веб-сер-
веры, на которых размещаются крупные инвестиционные площадки, отличаются
статичностью, вследствие чего осуществляемые с их помощью гражданско-пра-
вовые сделки могут характеризоваться определенной стабильностью. Вместе
с тем автор не учитывает проблему использования VPN-сервисов, которые позво-
ляют маскировать местонахождение исходного веб-сервера и таким образом ме-
нять юрисдикцию сделки при статичности серверного оборудования. Кроме того,
не стоит забывать об общих принципах свободы волеизъявления сторон, позво-
ляющих им самим определять место совершения сделки. В этой связи уместно
предположить, что рост популярности сделок, совершаемых с использованием
информационных технологий (например, инвест-платформ) будет сопровождать-
ся усилением неравенства между участниками сделки в пользу владельца инве-
стиционной площадки и оферента.
Определение юрисдикции посредством местонахождения веб-сайта также
несет под собой риск, связанный с возможными действиями кибермошенников,
которые могут подменить оригинальное доменное имя поддельным. Например,
использовав в названии сайта вместо буквы «о» цифру «0». При этом визуальное
оформление мошеннического сайта может полностью совпадать с оригинальным.
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
209
Используя такие фишинговые схемы, мошенники могут завладеть учетными дан-
ными пользователей инвестиционных платформ и тем самым вывести денежные
средства. Д. Е. Матыцин видит решение данной проблемы в создании специально-
го реестра интернет-сайтов [11. C. 71]. В настоящее время в Российской Федерации
действует реестр сайтов, содержащих запрещенную информацию (https://eais.rkn.
gov.ru/), куда после специальной проверки вносятся неблагонадежные сайты.
По нашему мнению, создание реестра «благонадежных» сайтов не столько помо-
жет решить проблему кибермошенничества, сколько осложнит деятельность до-
бросовестных администраторов доменных имен, коих, безусловно, большинство:
создание реестра потребует за собой описание определенной процедуры включе-
ния интернет-сайта в этот реестр, проведение проверочных мероприятий. То есть,
по сути, добросовестный владелец интернет-сайта должен будет подтверждать
свою добросовестность, что фактически приводит к нарушению презумпции до-
бросовестности участников гражданских правоотношений, установленный пун-
ктом 5 статьи 10 ГК РФ [3].
Информационные технологии могут выступать не только в качестве сред-
ства осуществления гражданско-правовых отношений, но в качестве объекта со-
глашений. В частности, государство заинтересовано в инвестировании в развитие
информационных технологий, для чего разрабатывают механизмы государствен-
но-частного партнерства в данной сфере. Между тем ряд исследователей отмеча-
ют определенные недостатки правового регулирования такого партнерства в ча-
сти судьбы результатов интеллектуальной деятельности. Например, Е. А. Громова
отмечает, что терминология, используемая в законодательстве о государствен-
но-частном партнерстве в сфере ИТ связана с правами на объект информаци-
онных технологий, а не с результатом интеллектуальной деятельности в целом
[5. C. 35]. С указанной позицией не соглашается О. В. Егоров, отмечая, что объект
информационных технологий вполне может представлять самостоятельный ре-
зультат интеллектуальной деятельности, в связи с чем терминологическая нео-
пределенность в данном случае не возникает [7. C. 42]. Определенный консенсус
в литературе имеется по поводу необходимости установления открытого перечня
объектов информационных технологий, которые могут быть предметом государ-
ственно-частного партнерства. Автор настоящего исследования разделяет указан-
ную точку зрения, при этом хотелось бы добавить, что отсутствие законодатель-
ных ограничений относительно состава и перечня объектов информационных
технологий позволит улучшить инвестиционный климат в государстве, посколь-
ку законодатель не в состоянии предусмотреть все возможные виды объектов ИТ
в условиях их постоянного развития и совершенствования.
С проблемой регулирования результатов интеллектуальной деятельности
и исключительных прав на них субъекты гражданско-правовых отношений сталки-
ваются в тот момент, когда объектом отношений выступают результаты интеллек-
туальной деятельности, созданные с использованием цифровых технологий и тех-
нологий искусственного интеллекта. Основная сложность в таком случае связана
с определением автора произведения, поскольку законодательство в качестве ос-
новного критерия для признания объекта произведением называет использование
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
210
творческого труда при создании [4]. В настоящее время среди специалистов в дан-
ной области идет активная дискуссия, связанная с определением автора произве-
дения, сгенерированного компьютерной программой.
К. К. Таран исключает саму возможность признания авторства за искус-
ственным интеллектом, поскольку это кардинальным образом изменит концепту-
альное направление всей системы гражданского права в Российской Федерации
[16. C. 24]. Между тем, исследуя зарубежный опыт, нельзя не упомянуть о преце-
денте признания части прав автора произведения за искусственным интеллектом,
произошедшем в КНР. В то же время в США художница Кристина Каштанова
была лишена прав автора на произведение «Рассветная заря», поскольку было
установлено, что используемые в нем изображения полностью сгенерированы ис-
кусственным интеллектом.
Таким образом, представляется разумным при определении автора произ-
ведения, созданного с использованием технологий искусственного интеллекта,
исследовать, прежде всего, техническую сторону программы с целью определе-
ния творческой составляющей в ее создании: принадлежит ли основной творче-
ский вклад разработчикам программного обеспечения, либо пользователю, либо
в определенном соотношении распределяется между ними. Представляется необ-
ходимым в этой связи законодательно регламентировать алгоритмы определения
творческого участия в создании произведения. Использование цифровых инфор-
мационных технологий оказало определенное влияние на систему правовых отно-
шений в сфере наследственного права, в котором основные проблемы правового
регулирования связаны с наследованием цифровых активов, передачей прав до-
ступа к цифровым аккаунтам (прежде всего, в социальных сетях), а также состав-
лением электронных завещаний.
Наиболее распространенными видами цифровых активов в настоящее вре-
мя являются токены (в том числе невзаимозаменяемые (NFT)) и криптовалюта
[21]. С помощью технологии блокчейн владелец соответствующего цифрового
актива может зашифровать доступ к нему. При этом доступ к зашифрованному
объекту третьих лиц полностью исключается. По мнению Т. С. Яценко, техноло-
гия блокчейн является наиболее надежным способом защиты цифрового актива
[18. C. 13]. Однако, на наш взгляд, указанный способ шифрования создает опреде-
ленные сложности, связанные с получением доступа к активу наследниками в от-
сутствие необходимого распоряжения наследодателя.
Стоит отметить, что в Российской Федерации в настоящее время не опреде-
лен порядок передачи цифровых активов по наследству. Вместе с тем российское
законодательство идет в сторону развития системы регуляции отношений в сфере
информационных технологий. В частности, законодатель легализовал цифровые
права, определив их как обязательственные и иные права, содержание и условие
размещения которых определяются в соответствии с правилами информацион-
ной системы [13]. То есть фактически правовая регламентация цифровых прав
должна соответствовать требованиям информационной системы, в которой раз-
мещены объекты. По нашему мнению, такой законодательный подход следует
считать адекватным, поскольку ввиду широкого разнообразия, а также тенденций
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
211
к изменению категорий цифровых прав и активов наличие их перманентного ста-
тичного статуса, установленного определенным нормативным правовым актом,
привело бы к постоянному отставанию механизмов правового регулирования от-
ношений от фактического содержания правоотношений.
В гражданско-правовых отношениях все большую роль приобретают соци-
альные сети, которые выполняют не столько коммуникативную функцию, сколько
коммерческую и зачастую используются в процессе осуществления предприни-
мательской деятельности. В этой связи особую ценность приобретают аккаунты
в социальных сетях, используемые при осуществлении предпринимательской де-
ятельности. Как и любой коммерчески значимый актив, аккаунты в социальных
сетях, представляют особый интерес при наследовании, при этом порядок доступа
к аккаунтам определяются не законодательством, а правилами соответствующей
социальной сети. Т. С. Яценко приводит ссылку на судебный спор, возникший
в США, в котором наследники требовали обязать социальную сеть предоставить
доступ к аккаунту наследодателя [18. C. 9]. В конечном итоге, судебное решение
было принято в пользу наследников, поскольку правилами пользовательского со-
глашения социальной сети не запрещено передавать информацию об аккаунтах
пользователей третьим лицам в порядке наследования.
Принятый в конце 2019 г. Федеральный закон № 480-ФЗ внес значительный
вклад в повышение качества нотариальных услуг, предусмотрев возможность ока-
зания услуг удаленным способом [12]. По мнению Т. В. Андроповой на сферу
наследственного права данный Федеральный закон не оказал значительного влия-
ния, поскольку нотариальные услуги, оказываемые в наследственных правоотно-
шениях, требуют ясного и четкого установления волеизъявления наследодателя,
которое затруднительно получить в удаленном формате [1. C. 4].
Исследуя зарубежный опыт, следует отметить рост популярности использова-
ния электронных завещаний: в частности, с использованием специальных прило-
жений для смартфонов, позволяющих верифицировать пользователя и сохранить
созданное им завещание. В других случаях наследодатели создают видеозавеща-
ние и размещают его в открытом доступе (например, на популярной видеоплат-
форме YouTube). Стоит отметить, что ни одна из действующих правовых систем не
признает легальность таких форм завещаний, однако нельзя отрицать, что ввиду
развития цифровой и технологической грамотности населения подобные формы
завещаний будут пользоваться все большей популярностью, в связи с чем право-
вые системы должны будут каким-то образом адаптироваться под изменяющиеся
гражданско-правовые отношения. Более того, при помощи цифровых технологий
у наследодателя появится больше возможностей зашифровать завещание (в том
числе при помощи вышеописанной технологии блокчейн). Законодателю, однако,
следует иметь в виду, что не все формы завещаний, сделанных с использованием
современных технологий, следует переводить в правовое поле. Так, к использова-
нию видеозавещаний следует, на наш взгляд, относиться скептически, поскольку
подлинность видеозаписи и волеизъявление наследодателя могут вызвать опреде-
ленные сомнения, учитывая стремительное развитие технологий искусственного
интеллекта (в том числе технологии «дипфейк»).
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
212
В сфере предпринимательской деятельности, в частности в области оказания
юридических услуг, существует большой спрос на информационные технологии
и программное обеспечение, позволяющие оперативно проанализировать большой
объем данных или сделать выборку по заданным критериям. П. Д. Константинов
указывает на два типа алгоритмических программ такого рода: 1) программы
типа COIN позволяют анализировать договоры и соглашения определенного
вида; 2) программы типа Ross позволяют формировать юридические заключения
[10. C. 20]. С одной стороны, использование программ подобного вида позволяет
существенно сократить время специалиста, которое он потратит на ознакомление
и анализ документа. С другой стороны, использование соответствующих программ
должно происходить под контролем специалиста. Автор предостерегает от излиш-
ней автоматизации и алгоритмизации юридической деятельности, в частности, от
использования алгоритмов при отправлении правосудия. На наш взгляд, правовое
регулирование использования вспомогательных программ должно основываться
на следующих аспектах. Во-первых, технологическая составляющая программы
должна учитывать возможное изменение законодательства, которое неминуемое
влечет за собой изменение правоприменительных подходов. Во-вторых, вспомо-
гательные программы должны быть направлены именно на помощь специалисту
в решении поставленных задач, но ни в коем случае не должны решать задачи за
него.
Важнейшей формой осуществления гражданско-правовых отношений явля-
ется проведение собраний. При этом собрания проводятся как для коммерческих
целей (например, в хозяйственных обществах), так и в иных целях, не связанных
с коммерческой деятельностью (например, собрания собственников помещений
в многоквартирном доме). Основная проблема, с которой сталкиваются организа-
торы проведения общих собраний, – обеспечение кворума. Особенно эта пробле-
ма актуальна для собраний жильцов многоквартирного дома (с учетом современ-
ных тенденций к многоэтажной поквартальной застройке).
Использование информационно-коммуникационных технологий позволя-
ет решить проблему наличия кворума при проведении собраний. Особую попу-
лярность использование таких технологий приобрело в период острой фазы эпи-
демии новой коронавирусной инфекции COVID-19 в 2020 г. [20], когда многие
граждане перешли на удаленный формат работы. Между тем возможность про-
ведения общих собраний с использованием телекоммуникационных технологий
не в полной мере отражена в российском законодательстве. И Жилищный кодекс
Российской Федерации (далее – ЖК РФ), и Федеральный закон «Об акционерных
обществах» (далее – Закон об АО) предусматривают возможность проведения
собраний в заочной форме. При этом, как отмечает Ю. Н. Коваленко, законода-
тельство не совсем четко и однозначно оперирует понятиями «форма собрания»
и «форма голосования», часто смешивая их [9. C. 32]. Например, электронная или
письменная форма голосования может использоваться как при очной, так и при
заочной формах собрания.
Заочная форма проведения собраний не сильно приветствуется российским
законодателем. Так, ЖК РФ позволяет проводить заочное собрание только в том
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
213
случае, если очное не состоялось по каким-либо причинам (п. 1 ст. 47 ЖК РФ). На наш
взгляд, такой законодательный подход не выглядит эффективным, поскольку: а) заоч-
ная форма таким образом выглядит более «слабым» способом принятия решений; б)
требует больших организационных затрат на проведение собрания. Предполагается,
что смысл очной формы проведения собрания заключается в возможности обмена
мнениями и аргументами относительно вопросов, вынесенных в повестку дня со-
брания. В этой связи законодателю следует разработать эффективный правовой ме-
ханизм реализации обмена мнениями и аргументами участниками собраний, в част-
ности, с помощью информационных технологий (участие в онлайн-конференции или
обсуждение в мессенджерах посредством создания общих чатов).
Таким образом, по результатам исследования основных проблем граждан-
ско-правового регулирования отношений, связанных с использованием информа-
ционных технологий, можно сделать вывод о том, что в настоящее время развитие
технологий опережает «обрастание» правоотношений правовыми регуляторными
механизмами. При этом данная особенность свойственна не только российской
правовой системе, а является глобальной мировой тенденцией. В таком случае
уместно говорить о необходимости определения единой концептуальной правовой
регламентации гражданско-правовых отношений, осуществляемых с использова-
нием информационных технологий, с возможностью определенными цифровыми
платформами устанавливать на основе общих требований конкретные регламенты
взаимодействия.
Список литературы
1. Андропова Т. В. Информационные технологии в наследственном праве
// Наследственное право.
2020.
№ 2.
С. 3–6.
2. Белицкая А. В., Белых, В. С., Беляева, О. А. и др. Правовое регулирование
экономических отношений в современных условиях развития цифровой экономики:
монография; отв. ред. В. А. Вайпан, М. А. Егорова. М.: Юстицинформ, 2019. 376 с.
3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30 ноября
1994 г. № 51-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 1994. № 32. Ст. 3301.
4. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть четвертая) от 18 декабря
2006 г. № 230-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 2006. № 52 (1 ч.). Ст. 5496.
5. Громова Е. А. Государственно- частное партнерство в цифровую эру: поиск
оптимальной правовой формы // Юрист. 2018.
№ 10. С. 31–39.
6. Декрет № 8 «О развитии цифровой экономики». URL: http://president.gov.
by/ru/official_documents_ru/view/dekret-8-ot-21-dekabrja-2017-g-17716
7. Егоров О. В. Проблемы правового регулирования соглашений
о государственно- частном партнерстве и концессионных соглашений, объектом
которых выступают информационные технологии, и пути их решения // Хозяйство
и право. 2022. № 11. С. 39–49.
8. Карлаш Д. С. Электронный документооборот: вопросы правового регули-
рования // Право и экономика. 2019. № 8. С. 22–28.
9. Коваленко Ю. Н. Развитие альтернативных форм проведения общих собра-
ний сособственников // Гражданское право. 2022. № 1. С. 30–33.
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Digital technologies in the system of legal relations (youth space of science)
214
10. Константинов П. Д. Анализ цифровых технологий, направленных на по-
мощь в осуществлении юридических услуг // Арбитражный и гражданский процесс.
2022. № 7. С. 19–20.
11. Матыцин Д. Е. Методологический базис гражданско- правового регулирова-
ния дистанционных инвестиционных сделок // Актуальные проблемы российского
права. 2022. № 4. С. 65–75.
12. О внесении изменений в Основы законодательства Российской Федерации
о нотариате и отдельные законодательные акты Российской Федерации:
Федеральный закон от 27 декабря 2019 г. № 480-ФЗ // Собрание законодательства
РФ. 2019. № 52 (ч. 1). Ст. 7798.
13. О внесении изменений в части первую, вторую и статью 1124 части третьей
Гражданского кодекса Российской Федерации: Федеральный закон от 18 марта 2019
№ 34-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 2019. № 12. Ст. 1224.
14. О государственно- частном партнерстве, муниципально- частном партнер-
стве в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные
акты Российской Федерации: Федеральный закон от 13 июля 2015 г. № 224-ФЗ
// Собрание законодательства РФ. 2015. № 29 (ч. 1). Ст. 4350.
15. О цифровых финансовых активах: проект Федерального закона № 419059-
7 // СПС «КонсультантПлюс». URL: https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.
cgi?req=doc&base=PRJ&n=170084
16. Таран К. К. Предпосылки правового регулирования результатов интеллек-
туальной деятельности, созданных с использованием искусственного интеллекта
// Право и экономика. 2023. № 1. С. 20–27.
17. Трофимов А. А. Использование государственных информационных систем
для идентификации субъектов при заключении гражданско- правовых договоров
// Гражданское право. 2022. № 5. С. 43–45.
18. Яценко Т. С. Наследование цифровых прав // Наследственное право. 2019.
№ 2. С. 9–14.
19. Яценко Т. С. Наследственное право в цифровую эпоху: вызовы и тенденции
развития // Наследственное право. 2020. № 2. С. 8–11.
20. Пандемия и самоизоляция: криминальные угрозы и правовые последствия
/ А. А. Шутова, З. И. Хисамова, М. А. Ефремова, А. А. Никифорова. М.: Проспект,
2021. 112 с. EDN: ABIDXJ
21. Жарова А. К. Риски информационной безопасности и возможности право-
вого регулирования криптовалюты в России // Информационное право. 2018. № 4.
С. 11–16. EDN: YPNFET
