ILM-FAN VA INNOVATSIYA
ILMIY-AMALIY KONFERENSIYASI
in-academy.uz/index.php/si
124
ВИДЫ МЕХАНИЗМОВ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ КОРРУПЦИИ В РЕСПУБЛИКИ
УЗБЕКИСТАН
Сафаров Т.У.
Прокурор Научно-образовательного центра противодействия коррупции
Правоохранительной академиии Республики Узбекистан.
e-mail: t.safarov@proacademy.uz
тел.: (71) 207-04-96
https://doi.org/10.5281/zenodo.14059921
Аннотация
: В статье приведен анализ правоприменительной практики в
Узбекистане на основе выявления четырех основных механизма противодействия
коррупции: правовой, организационный, технологический и информативный.
Центральным элементом их эффективного функционирования является институт
внутреннего контроля, который включает правовой механизм включает нормативно-
правовые акты, такие как Закон «О противодействии коррупции», регулирующий
антикоррупционные меры в различных сферах, включая социально-экономическое
развитие, административные процедуры и государственную закупку на основе анализа
зарубежной практики.
Ключевые слова
: предупреждение коррупции, девиантность, криптовалюта и др.
КОРОРУПЦИЯГА ҚАРШИ КУРАШИШ МЕХАНИЗМЛАРИНИНГ ТУРАЛИ
ЎЗБЕКИСТОН РЕСПУБЛИКАСИДА
Аннотация:
Мақолада Ўзбекистондаги ҳуқуқни қўллаш амалиёти таҳлили олиб
борилган бўлиб, унда коррупцияга қарши курашишнинг тўртта асосий механизми:
ҳуқуқий, ташкилотчи, технологик ва ахборот механизми аниқланган. Уларнинг
самарали ишлашининг марказий элементи бўлиб ички назорат институти туради.
Ҳуқуқий механизм эса, масалан, «Коррупцияга қарши курашиш тўғрисида»ги Қонун
каби норматив-ҳуқуқий ҳужжатларни ўз ичига олади ва улар коррупцияга қарши
чораларни ҳар хил соҳаларда, жумладан ижтимоий-иқтисодий ривожланиш, маъмурий
жараёнлар ва давлат харидлари каби соҳаларда тартибга солади. Бу таҳлил хорижий
амалиётни инобатга олган ҳолда олиб борилган.
Калит сўзлар
: коррупцияни олдини олиш, девиантлик, криптовалюта ва
бошқалар.
TYPES MECHANISMS OF COMBATING CORRUPTION IN THE REPUBLIC OF
UZBEKISTAN
Abstract
: The article presents an analysis of law enforcement practice in Uzbekistan
based on the identification of four main mechanisms for combating corruption: legal,
organizational, technological, and informational. The central element of their effective
functioning is the institution of internal control. The legal mechanism includes normative legal
acts, such as the "Law on Combating Corruption," which regulates anti-corruption measures in
ILM-FAN VA INNOVATSIYA
ILMIY-AMALIY KONFERENSIYASI
in-academy.uz/index.php/si
125
various fields, including socio-economic development, administrative procedures, and public
procurement, based on the analysis of foreign practices.
Keywords
: corruption prevention, deviance, cryptocurrency, etc.
Как показал анализ правоприменительной практика государственных органов
Республики Узбекистан, механизмы противодействия коррупции на сегодняшний
можно
разделить
на
четыре
вида:
правовой,
организационный
(институциональный), технологический
и
информативный
.
Однако их основным связующим звеном является институт внутреннего контроля,
без которого работоспособность данных механизмов невозможно проследить. Если
рассмотреть их по отдельности, то можно заметить, что
правовой механизм
противодействия коррупции
– это совокупность правовых норм, предписывающих
правила взаимоотношений между субъектами правоотношения, которые приобретают
новые свойства именно в результате своего антикоррупционного взаимодействия.
Так, например, правовые механизмы противодействия коррупции можно
проанализировать в нескольких нормативно-правовых актах. В частности, они
перечислены в статье 19 Закона Республики Узбекистан «О противодействии
коррупции»
1
.
Однако следует также отметить, что ведомственные механизмы противодействия
коррупции могут только отрегулировать правоотношения внутри ведомства, а
административные, гражданские и иные правоотношения имеют под собой
нормативно-правовую основу, что свою очередь также требует закрепления в них
антикоррупционных механизмов. Данная гипотеза обосновывается тем, что в
вышеуказанном Законе предусмотрены механизмы противодействия коррупции, а
именно:
по предупреждению коррупции в сфере социально-экономического развития и
предпринимательства;
по предупреждению коррупции в сфере административных процедур;
по предупреждению коррупции в сфере осуществления государственных закупок.
В свою очередь, как показало исследование, механизмы противодействия
коррупции, установленные нормативно-правовыми актами в вышеуказанных сферах,
полностью не реализованы, в том числе:
полностью не устранены административные и бюрократические барьеры. Однако
упрощены регистрационные, разрешительные и лицензионные процедуры и повышена
их оперативность с принятием Закона Республики Узбекистан «О лицензировании,
разрешительных и уведомительных процедурах», кроме того, через Центры
государственных услуг оказываются 172 из более чем 750 государственных услуг, через
Единый портал интерактивных государственных услуг Республики Узбекистан и
информационную систему «Лицензия» – 308 государственных услуг
2
;
1
Закон Республики Узбекистан «О противодействии коррупции» [Электронный ресурс]. – URL:
https://lex.uz/docs/3088013
2
О дополнительных мерах по упрощению предоставления государственных услуг, сокращению
бюрократических барьеров и развитию национальной системы оказания государственных услуг : Указ
ILM-FAN VA INNOVATSIYA
ILMIY-AMALIY KONFERENSIYASI
in-academy.uz/index.php/si
126
не оптимизированы контрольно-надзорные функции государственных органов.
Однако
усовершенствована
система
проверок
деятельности
субъектов
предпринимательства, установлено недопущение незаконного вмешательства в их
деятельность. А именно: с 1 ноября 2022 года все проводимые проверки деятельности
субъектов предпринимательства регистрируются в информационной системе «Единый
государственный контроль». При этом проведение проверок деятельности субъектов
предпринимательства, не зарегистрированных в данной системе, считается
незаконным
3
.
Вышеуказанные
нереализованные
механизмы
требует
введения
их в предметные нормативно-правовые акты для создания целостного механизма
противодействия коррупции.
Организационный
(институциональный)
механизм
противодействия
коррупции
– это система мер, направленных на упорядочение процессов и процедур
осуществления функциональных задач государственного органа без допущения
коррупции.
Таким образом, при рассмотрении причинных условий для определения данного
механизма нам следует учесть концепцию латентных функций
4
, то есть
непреднамеренные и неосознанные последствия действий могут способствовать
приспособлению или адаптации социальных единиц – людей, групп или более широких
социальных и культурных систем, склонных к коррупции.
Как отмечают ученые Э. Дюркгей и Д.Х. Мид, классический пример таких
непризнанных адаптивных последствий
5
состоит в том, что нарушение правил и
преступность, на самом деле, выполняют положительную функцию эмоционального
объединения раздробленного сообщества против преступника и таким образом
укрепляют нормативную структуру общества.
Кроме того, исследователь Н. Луман, радикализируя данную концепцию, назвал ее
функциональной неправомерностью, или функциональной девиантностью, так как это
не только разоблачение и совместное осуждение девиантного акта, но и сам девиантный
акт, который может иметь адаптивные функции для социальной системы, а в данном
случае – для организации
6
.
Президента Республики Узбекистан от 20 апреля 2022 г. № УП–113 [Электронный ресурс]. – URL:
http://old.lex.uz/docs/5971609/
3
О мерах по совершенствованию порядка координации проведения проверок в деятельности субъектов
предпринимательства : Постановление Президента Республики Узбекистан от 13 сентября 2022 г. № ПП–374
[Электронный ресурс]. – URL:
http://old.lex.uz/docs/6195047/
4
Johnston M., “The search for definitions: the vitality of politics and the issue of corruption,” 1996 (XLVIII), 321–335.;
Sánchez-Algarra P., Anguera M.T. Qualitative/quantitative integration in the inductive observational study of interactive
behaviour: impact of recording and coding among predominating perspectives // Journal: Quality & Quantity. – 2012.
pp.45-68 [Electronic resource]. – URL:
https://doi.org/10.1007/s11135-012-9764-6
.; Corrado, Germana, and Fiammetta
Rossetti (2018). Public Corruption: A Study across Regions in Italy. Journal of Policy Modeling, vol. 40, issue 6, pp.
1130; Якубов А.С.. Теоретические проблемы формирования правовой основў учения о преступлении:
предпосўлки, реалност, перспективў. Т. – 95 с.
5
Barreto-Beck C.G. Durkheim, Mead and Contemporary Social Theory : Master's thesis. – Texas A&M University, 2012
[Electronic resource]. – URL: https://hdl.handle.net/1969.1/ETD-TAMU-2012-05-11143/
6
Luhmann N. Funktionale Methode und Systemtheorie / Ed. N. Luhmann. – Soziologische Aufklärung 1: Aufsätze zur
Theorie sozialer Systeme. – Wiesbaden: VS Verlag, 2005. – Рp. 31–53.
ILM-FAN VA INNOVATSIYA
ILMIY-AMALIY KONFERENSIYASI
in-academy.uz/index.php/si
127
Соглашаясь с мнением ученого из Весбаденского института Н. Лумана, следует
отметить, что государственные органы в процессе осуществления функций совершают
множество действий, которые трудно преобразовать в формальные правила, главным
образом потому, что формальное нормотворчество связано с полностью объяснимыми,
взаимосогласованными, юридически безупречными и устойчивыми процедурами.
Поскольку организации сталкиваются с очень сложной средой, жесткий режим
соблюдения правил – «работа по правилам» – значительно ограничит способность
организации приспосабливаться к разнообразным, непоследовательным и быстро
меняющимся требованиям общественной жизнедеятельности.
В свою очередь данная проблематика решается путем принятия организационных
(институциональных) механизмов противодействия коррупции, которые направлены
на сокращение процедурных работ путем увеличения контрольных и мониторинговых
процедур или же передачей высокорискованных функций на аутсорсинг организациям.
Технологический механизм противодействия коррупции
– это система
антикоррупционных методов и способов, вложенных в технологии, в том числе
цифровые и коммуникационные инструменты, которые имеют конкретную
антикоррупционную задачу (обучение, выявление, оценка и др.).
В международной практике технологические механизмы противодействия
коррупции отчасти всегда нацелены на выявление коррупционных действий. Так,
например, в технологических механизмах противодействия коррупции на сегодняшний
день можно встретить антикоррупционные методы, которые выполняют функции
ограничения или отказа. Вместе с тем идентификация и сбор информации являются
основными антикоррупционными способами ее полноценной работы.
Например, в
Бангладеше
в марте 2022 года создана электронная программа для
следователей, адвокатов и судей из различных агентств по повторяющимся схемам
расследований процессов отмывания денег, включая использование криптовалюты, а
также по использованию эффективных сводных доказательств по отмыванию денег
7.
.
В
России
в 2022 году создана государственная технологическая система по
противодействию коррупции «Посейдон», которая нацелена на информационно-
аналитическое
обеспечение
государственных
органов
по
профилактике
коррупционных и иных правонарушений, в том числе на проведение с использованием
информационно-коммуникационных технологий анализа и проверок соблюдения
ограничений, запретов и требований, установленных в целях противодействия
коррупции
8
.
В
Республике Узбекистан
также можно отметить некоторые технологические
механизмы по противодействию коррупции. Так, например, в Государственном
таможенном комитете с 2019 года внедрена Система управления рисками, которая
обеспечивает осуществление эффективного таможенного контроля и выявления,
7
Global Anti-Corruption // U.S. Department of Justice [Electronic resource]. – URL: https://www.justice.gov/criminal-
opdat/global-anti-corruption/
8
Регион
Орел:
Новости
[Электронный
ресурс].
–
URL:
https://regionorel.ru/novosti/novosti/it_tekhnologii_v_protivodeystvii_korruptsii/
ILM-FAN VA INNOVATSIYA
ILMIY-AMALIY KONFERENSIYASI
in-academy.uz/index.php/si
128
прогнозирования и предотвращения нарушений таможенного законодательства
9
. В
свою очередь методы и способы вышеуказанной системы регламентированы в
Таможенном кодексе Республики Узбекистан.
Информативный механизм противодействия коррупции
– это система методов
и способов доведения антикоррупционной правовой информации до исполнителей и
разъяснения их населению.
Данный механизм противодействия коррупции является самым древним. Так,
например, механизмы такого рода использовались как предмет устрашения
предписанными нормами, такими как «Законы Хаммурапи»
10
, древнеиндийский
политико-правовой трактат «Артхашастра» («Наука политики»)
11
, «Законы Ману»
(«Манава Дхармашастра»)
12
, Закон о борьбе с казнокрадством и правонарушениями
против общества, принятый в VIII в. до н. э. в Древнем Риме
13
и т. д.
Вместе
с
тем
ученые-исследователи
данный
механизм
относят
к
антикоррупционной пропаганде, которая используется в двух значениях: «
в
региональном правовом смысле
– это есть целенаправленная деятельность средств
массовой информации по стимулированию антикоррупционного поведения в
государстве (регионе) и обществе;
в
теоретическом
общесоциальном
смысле
–
распространение
антикоррупционных идей и взглядов в обществе с целью формирования
антикоррупционного мировоззрения и поведения»
14
.
Также следует отметить взгляд ученого Я.Н. Засурского
15
, который сравнивает
термин пропаганды с манипулированием. Также специалист в области социологии
П.Д. Павленок определяет манипулирование (манипуляцию) как систему способов
идеологического, социально-психологического воздействия (прежде всего с помощью
СМИ) «в целях изменения мышления, поведения людей, формирования определенного
образа жизни, насаждения стереотипов вопреки их интересам»
16
.
9
Полное внедрение Системы управления рисками в таможенных органах является важным фактором поддержки
добросовестного предпринимательства // Официальный сайт Государственного таможенного
комитета Республики Узбекистан [Электронный ресурс]. – URL: https://customs.uz/ru/news/view/1425/
10
Хрестоматия по истории государства и права зарубежных стран (Древность и Средние века) / Сост.
В.А. Томсинов. – М.: ЗЕРЦАЛО, 1999. – С. 9.
11
Рабовладельческое и феодальное государство и право стран Азии и Африки / Под ред. А.И. Рогожина,
Н.Н. Страхова. – Харьков: Изд-во Харьк. ун-та, 1981. – С. 19.
12
Законы Ману. – М.: ЭКСМО–Пресс, 2002. – С. 378, 383.
13
Кодекс Феодосия и Новеллы императоров Валентиниана III, Майориана и Либия Севера о колонах, сельских
рабах и вольноотпущенниках / Пер. А. Коптева // Theodosiani libri XVI cum constitutionibus sirmonlianis et leges
novellae
ad
Theodosianum
pertinentes.
Ed.
Th.
Mommsen
et
P.
Meyer.
– Berolini, 1905. –
Vol. I–II [Электронный ресурс]. – URL: http://ancientrome.ru/ius/source/theodosius/codex-f.htm/
14
Коррупция и антикоррупционная политика: словарь-справочник / А.Э. Бикмухаметов, Р.Р. Газимзянов,
П.А. Кабанов и др. – М.: Медиа-Пресс, 2008. – С. 9; Мамасиддиқов М.М. ва бошқ. Мамлакатимизда давлат
идоралари фаолияти устидан самарали жамоатчилик назоратини ўрнатиш механизмларини ишлаб чиқиш ва
такомиллаштириш. –Т.: Lesson press, 2020. – 278 с.; Johnson, J. (2015). Corruption—New Strategies// In B. Rider
(Ed.), Research Handbook on International Financial Crime. Edward Elgar Publishing. [Электронный ресурс]. – URL:
https://doi.org/10.4337/9781783475797.
15
Засурский Я. У нас было общественное ТВ, но оно стало президентским // Журналист. – 1999. – № 12. –
С. 12.
16
Краткий словарь по социологии / Авт.-сост. П.Д. Павленок. – М., 2000. – С. 87.
ILM-FAN VA INNOVATSIYA
ILMIY-AMALIY KONFERENSIYASI
in-academy.uz/index.php/si
129
Вместе с тем несмотря на то, что методы и способы доведения антикоррупционной
правовой информации недостаточно рассмотрены в юридической науке, традиционно
выделяют следующие: объяснительно-иллюстративный (презентации, схемы,
инфографика, лекции, видеоматериалы и т. д.); эвристический (используется для
организации самостоятельного активного поиска объектами просвещения решения
поставленной задачи); программированный (поэтапное получение и закрепление
объектом просвещения антикоррупционных знаний навыков и умений); проблемный
(предполагает постановку проблемы, решения которой позволит сформировать у
объекта просвещения необходимые знания) методы.
Способами доведения антикоррупционной правовой информации определены
следующие: электронно-коммуникативный (веб-сайты, мессенджеры и т. д.); печатный
(флаер, стенд, газеты, журналы и т. д.); визуальный (видеоролик, фильм, театральная
постановка и т. д.).
Сегодня методы и способы информативного механизма противодействия
коррупции ввиду сложности правовых отношений в сфере экономики и социального
обеспечения обретают все более новые формы (телеграм-боты, социальные сети,
общественные марши, конкурсы, олимпиады и др.).
Реализуемые антикоррупционные механизмы государственными органами и
организациями, то есть ведомственными акты должны содержать действующие меры
противодействия коррупции. Вместе с тем, характеристика и системность данных мер
противодействия коррупции обуславливают разработки антикоррупционной
стратегии, представляющая собой единый комплекс мер, а не быть набором действий.
В этой связи, когда речь идет о разработки антикоррупционной стратегии, то
следует отметить, что данная модель требуется концентрации внимания на постоянное
отслеживание изменения в антикоррупционной сфере путем мониторинга информации
о коррупционных проявлениях с учетом внешних и внутренних факторов. К
внешним
коррупционным
факторам
можно отнести коррупционную ситуацию, сложившуюся в
стране, также следует здесь учитывать коррупционные преступления смежных
отраслей или схожих, а именно их причины и условия.
А
к
внутренним
коррупционным
факторам
можно отнести неурегулированность
внутренних процессов, а именно ограничений, установленных законодательством для
сотрудников государственных органов. Так, например, в целях предотвращения
конфликта интересов, согласно статье 25 Градостроительного кодекса Республики
Узбекистан, экспертам градостроительной документации запрещено:
проводить экспертизу по проектам, в подготовке которых данный эксперт
принимал прямое или косвенное участие либо выполненным с участием супруга
(супруги) и (или) иных близких родственников;
находиться в трудовых, финансовых и (или) прочих зависимых отношениях с
субъектами градостроительной деятельности.
Вышеуказанное требование создает необходимость от уполномоченного
государственного органа в сфере строительства истребовать от сотрудника
ILM-FAN VA INNOVATSIYA
ILMIY-AMALIY KONFERENSIYASI
in-academy.uz/index.php/si
130
информацию о месте дополнительной работы. А это, следовательно, требует
юридического оформления данной процедуры в виде декларации конфликта интересов.
Исходя из вышеизложенного можно заключить, что ведомственный механизм
противодействия коррупции – это система мер, устанавливающие формы внутреннего
контроля по устранению коррупционных схем, которые препятствуют при отсутствии
ограничений и внешнего контроля совершению коррупционных действий
сотрудниками ведомства.
В свою очередь формирование эффективного механизма противодействия
коррупции требует учета
в первую очередь
внешних и внутренних факторов, которые
по содержанию устанавливают антикоррупционные ограничения в соответствии с
законодательством.
Во-вторых,
следует
сформировать
ведомственные
антикоррупционные
механизмы, такие как правовой, технологический и информативный, включающие в
себя антикоррупционные ограничения и требования.
Ведомственные механизмы
противодействия коррупции по своему характеру можно подразделить на нормативно-
правовые и не нормативно-правовые акты.
References:
1.
Конституция Республики Узбекистан. “Ўзбекистан” Т.: 2023. – 78.
2.
Закон Республики Узбекистан «О противодействии коррупции» [Электронный
ресурс]. – URL: https://lex.uz/docs/3088013
3.
О дополнительных мерах по упрощению предоставления государственных услуг,
сокращению бюрократических барьеров и развитию национальной системы оказания
государственных услуг : Указ Президента Республики Узбекистан от 20 апреля 2022 г.
№ УП–113 [Электронный ресурс]. – URL:
http://old.lex.uz/docs/5971609
4.
О мерах по совершенствованию порядка координации проведения проверок в
деятельности субъектов предпринимательства : Постановление Президента
Республики Узбекистан от 13 сентября 2022 г. № ПП–374 [Электронный ресурс]. – URL:
http://old.lex.uz/docs/6195047
5.
Мамасиддиқов М.М. ва бошқ. Мамлакатимизда давлат идоралари фаолияти
устидан самарали жамоатчилик назоратини ўрнатиш механизмларини ишлаб чиқиш ва
такомиллаштириш. –Т.: Lesson press, 2020. – 278 с.;
6.
Якубов А.С.. Теоретические проблемы формирования правовой основў учения о
преступлении: предпосўлки, реалност, перспективў. Т. – 95 с.
7.
Полное внедрение Системы управления рисками в таможенных органах является
важным фактором поддержки добросовестного предпринимательства // Официальный
сайт Государственного таможенного комитета Республики Узбекистан [Электронный
ресурс]. – URL: https://customs.uz/ru/news/view/1425/
8.
Законы Ману. – М.: ЭКСМО–Пресс, 2002. – С. 378, 383.
9.
Кодекс Феодосия и Новеллы императоров Валентиниана III, Майориана и Либия
Севера о колонах, сельских рабах и вольноотпущенниках / Пер. А. Коптева // Theodosiani
libri XVI cum constitutionibus sirmonlianis et leges novellae ad Theodosianum pertinentes. Ed.
ILM-FAN VA INNOVATSIYA
ILMIY-AMALIY KONFERENSIYASI
in-academy.uz/index.php/si
131
Th. Mommsen et P. Meyer. – Berolini, 1905. – Vol. I–II [Электронный ресурс]. – URL:
http://ancientrome.ru/ius/source/theodosius/codex-f.htm/
10.
Засурский Я. У нас было общественное ТВ, но оно стало президентским //
Журналист. – 1999. – № 12. – С. 12.
11.
Коррупция и антикоррупционная политика: словарь-справочник / А.Э.
Бикмухаметов, Р.Р. Газимзянов, П.А. Кабанов и др. – М.: Медиа-Пресс, 2008. – С. 9;
12.
Краткий словарь по социологии / Авт.-сост. П.Д. Павленок. – М., 2000. – С. 87.
13.
Рабовладельческое и феодальное государство и право стран Азии и Африки / Под
ред. А.И. Рогожина, Н.Н. Страхова. – Харьков: Изд-во Харьк. ун-та, 1981. – С. 19.
14.
Регион
Орел:
Новости
[Электронный
ресурс].
–
URL:
https://regionorel.ru/novosti/novosti/it_tekhnologii_v_protivodeystvii_korruptsii/
15.
Хрестоматия по истории государства и права зарубежных стран (Древность и
Средние века) / Сост. В.А. Томсинов. – М.: ЗЕРЦАЛО, 1999. – С. 9.
16.
Anguera M.T. Qualitative/quantitative integration in the inductive observational study of
interactive behaviour: impact of recording and coding among predominating perspectives //
Journal: Quality & Quantity. – 2012. pp.45-68 [Electronic resource]. – URL:
https://doi.org/10.1007/s11135-012-9764-6
.;
17.
Barreto-Beck C.G. Durkheim, Mead and Contemporary Social Theory : Master's thesis. –
Texas A&M University, 2012 [Electronic resource]. – URL: https://hdl.handle.net/1969.1/ETD-
TAMU-2012-05-11143/
18.
Corrado, Germana, and Fiammetta Rossetti (2018). Public Corruption: A Study across
Regions in Italy. Journal of Policy Modeling, vol. 40, issue 6, pp. 1130;
19.
Johnson, J. (2015). Corruption—New Strategies// In B. Rider (Ed.), Research Handbook
on International Financial Crime. Edward Elgar Publishing. [Электронный ресурс]. – URL:
https://doi.org/10.4337/9781783475797.
20.
Johnston M., “The search for definitions: the vitality of politics and the issue of corruption,”
1996 (XLVIII), 321–335.; Sánchez-Algarra P.,
21.
Luhmann N. Funktionale Methode und Systemtheorie / Ed. N. Luhmann. – Soziologische
Aufklärung 1: Aufsätze zur Theorie sozialer Systeme. – Wiesbaden: VS Verlag, 2005. – Рp. 31–
53.
22.
Global Anti-Corruption // U.S. Department of Justice [Electronic resource]. – URL:
https://www.justice.gov/criminal-opdat/global-anti-corruption/
