5
YANGI OʻZBEKISTON PEDAGOGLARI
AXBOROTNOMASI
SJIF: 5.141
www.in-academy.uz
3-JILD, 6-SON Part 2 (YOʻPA)
ДОВЕРИЕ К ГОСУДАРСТВЕННЫМ ИНСТИТУТАМ:
ОПЫТ ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН И ВОЗМОЖНОСТИ
ПРИМЕНЕНИЯ В УЗБЕКИСТАНЕ
Кодирова Шарифахон Асратуллоевна
Старший преподаватель кафедры «Искусство управления»
Академии государственной политики и управления при
Президенте Республики Узбекистан
Email: sharifakodirova@gmail.com
ORCID: https://orcid.org/0009-0003-6447-6147
https://doi.org/10.5281/zenodo.15721888
ARTICLE INFO
ABSTRACT
Qabul qilindi: 10-Iyun 2025 yil
Ma’qullandi: 15-Iyun 2025 yil
Nashr qilindi: 23-Iyun 2025 yil
В современном обществе доверие граждан к
государственным органам рассматривается как
стратегический ресурс устойчивого развития. Оно
оказывает прямое влияние на легитимность
власти,
эффективность
реализации
государственных
программ,
инвестиционную
привлекательность
и
уровень
гражданской
активности. По данным OECD Trust Survey 2024
(https://www.oecd.org/gov/trust),
в
странах
с
высоким уровнем доверия удовлетворённость
населения действиями правительства почти в два
раза выше по сравнению со странами с низким
доверием.
KEY WORDS
Понятие доверия (trust) активно
исследуется
в
рамках
политологии,
социологии
и
психологии.
Введение
В современном обществе доверие граждан к государственным органам
рассматривается как стратегический ресурс устойчивого развития. Оно оказывает
прямое влияние на легитимность власти, эффективность реализации государственных
программ, инвестиционную привлекательность и уровень гражданской активности. По
данным OECD Trust Survey 2024 (https://www.oecd.org/gov/trust), в странах с высоким
уровнем доверия удовлетворённость населения действиями правительства почти в
два раза выше по сравнению со странами с низким доверием.
Согласно отчёту Edelman Trust Barometer 2025 (https://www.edelman.com/trust-
barometer), лишь 47% граждан США доверяют своему правительству, в то время как в
ОАЭ этот показатель достигает 82%, в Индии — 79%, а в Норвегии — около 80%. Такая
разница объясняется не только уровнем экономического развития, но и
институциональной зрелостью, степенью открытости государственных процессов,
цифровизацией услуг и готовностью институтов учитывать мнение граждан. В странах
с переходной экономикой уровень доверия, как правило, остаётся колеблющимся,
поскольку население сталкивается с наследием недоверия к власти, ограниченным
участием в принятии решений и слабой обратной связью.
В Узбекистане за последние годы проводится системная реформа
государственной службы, направленная на повышение открытости, результативности
6
YANGI OʻZBEKISTON PEDAGOGLARI
AXBOROTNOMASI
SJIF: 5.141
www.in-academy.uz
3-JILD, 6-SON Part 2 (YOʻPA)
и доверия со стороны граждан. В частности, указом Президента от 19 июня 2025 года
утверждён законопроект «О мерах по организации государственной гражданской
службы на основе новых подходов и формированию профессионального и
ориентированного на результат корпуса государственных служащих». В официальном
тексте говорится о необходимости внедрения современных стандартов, оценки
деятельности на основе доверия, а также повышения уровня коммуникации и
прозрачности в взаимодействии с населением.
По данным Центра экономических исследований и реформ (CERR), уровень
доверия к исполнительной власти в Узбекистане в 2020–2023 гг. демонстрировал
положительную динамику, несмотря на внешние и внутренние вызовы. Так, согласно
опросам, в 2020 году доля граждан, положительно оценивающих работу органов
власти, составляла около 52%, а в 2023 году этот показатель превысил 65% (CERR,
2023).
Изучение зарубежного опыта не менее важно для Узбекистана, чем внутренние
реформы. Во-первых, оно помогает выявить универсальные инструменты — такие, как
индексы доверия, этические стандарты, платформы соучастия — и адаптировать их в
рамках национальной модели управления. Во-вторых, позволяет избежать ошибок при
имплементации, используя опыт стран с похожим уровнем развития и переходными
системами. В-третьих, зарубежная практика успешно доказывает: доверие — это
фактор устойчивости, влияющий на экономический рост, инвестиционный климат и
качество
общественной
жизни.
Именно
поэтому
политика
Узбекистана,
ориентированная на повышение эффективности и легитимности власти через доверие,
нуждается в опоре на эти международные знания и модели.
Анализ литературы и методология
Понятие доверия (trust) активно исследуется в рамках политологии, социологии
и психологии. По мнению Ф. Фукуямы, доверие представляет собой форму социального
капитала, основанную на внутренних нормах и коллективных ожиданиях. Он
подчёркивает, что доверие способствует снижению транзакционных издержек в
обществе и устойчивости институтов (Fukuyama, 1995). Этот подход позволяет
рассматривать
доверие
как
важную
институциональную
переменную,
способствующую эффективному управлению и устойчивому развитию. Согласимся с
тем, что в условиях реформ и трансформаций такая форма доверия может стать
фундаментом для создания устойчивых общественных договоров.
В свою очередь, Д. Истон рассматривал доверие как один из ключевых элементов
политической поддержки, обеспечивающий легитимность власти и устойчивость
политической системы (Easton, 1965). Он делил доверие на диффузное (общее
отношение к системе) и специфическое (доверие к конкретным институтам или
действиям). Это деление особенно актуально в странах с переходной политической
системой, где важно отличать общее восприятие государственной системы от оценки
отдельных услуг или институтов. На наш взгляд, в контексте Узбекистана это различие
может быть полезным инструментом для точечной оценки доверия и эффективной
корректировки институциональных стратегий.
Согласно исследованиям П. Ньето и А. Мандель, институциональное доверие
формируется под влиянием таких факторов, как прозрачность, подотчетность,
7
YANGI OʻZBEKISTON PEDAGOGLARI
AXBOROTNOMASI
SJIF: 5.141
www.in-academy.uz
3-JILD, 6-SON Part 2 (YOʻPA)
инклюзивность и равный доступ к государственным услугам. Они подчёркивают
важность последовательной политики и соблюдения справедливости как основы
доверия (Nieto & Mandel, 2012). Эти принципы находят всё большее применение в
современных международных оценках качества управления. Мы считаем, что именно
наличие прозрачных и подотчётных процедур может повысить доверие граждан даже
в условиях ограниченных ресурсов.
Таким образом, в теоретическом поле мы можем увидеть различные понимания
категории «доверие»: между функциональным подходом (доверие как условие
эффективного управления) и критическим подходом (доверие как результат
справедливых и прозрачных практик). Эти подходы служат основой для построения
индексов доверия и оценки качества государственного управления. На практике это
означает, что при разработке политик и инструментов оценки важно сочетать оба
подхода, обеспечивая как эффективность, так и восприятие справедливости в глазах
граждан.
В данной статье применены методы теоретического анализа, включающие
изучение научных подходов и концепций доверия в различных дисциплинах. Проведён
сравнительный анализ опыта ОАЭ, Норвегии и Ирландии в части формирования
институционального доверия. Кроме того, используется элемент ситуационного
анализа для оценки применимости зарубежных практик в условиях Узбекистана. Такой
подход позволяет выявить универсальные и контекстно-зависимые аспекты доверия, а
также предложить адаптивные решения, ориентированные на специфику
национальной модели государственного управления.
Результаты
Для сравнительного анализа были выбраны три страны — ОАЭ, Норвегия и
Ирландия — как примеры различных политико-административных моделей,
демонстрирующих устойчиво высокий интерес к укреплению доверия граждан к
государственным институтам. Эти страны представляют:
ОАЭ — модель «инновационного авторитаризма», в которой государственные
функции выстроены вокруг высокой технологической эффективности и цифрового
сервиса. Здесь доверие формируется через качество и скорость государственных услуг,
при этом политическое участие остаётся ограниченным (Al-Marri et al., 2022).
Норвегия — классическая скандинавская модель социального государства с
акцентом на прозрачность, доверие и сильные институты самоуправления. Здесь
высокий уровень доверия носит устойчивый характер и базируется на вовлечении
граждан и низком уровне коррупции (Christensen & Lægreid, 2020).
Ирландия — пример демократической модели с акцентом на трансформацию
госуслуг и институциональные реформы. Ирландия за последние годы активизировала
цифровизацию и практики фокус-групп, что способствовало укреплению обратной
связи с обществом (OECD, 2023).
Углублённый анализ показывает, что, несмотря на различия, эти страны
объединяет внедрение комплексных механизмов вовлечения граждан, прозрачность
процедур и постоянный мониторинг ожиданий населения. При этом:
ОАЭ активно внедряет проактивные цифровые услуги и измеряет
удовлетворённость в реальном времени (smart satisfaction feedback) (UAE Government
8
YANGI OʻZBEKISTON PEDAGOGLARI
AXBOROTNOMASI
SJIF: 5.141
www.in-academy.uz
3-JILD, 6-SON Part 2 (YOʻPA)
Services Report, 2023);
Норвегия делает ставку на доверие как политическую основу — низкий
контроль сверху, высокий уровень автономии местных сообществ (Norwegian Ministry
of Local Government, 2022);
Ирландия демонстрирует адаптивность и открытость к инновациям,
одновременно укрепляя демократические принципы участия (Irish Government Reform
Plan, 2022).
Эти различия хорошо отражены в таблице ниже, где выделены ключевые
параметры доверия и подходов управления:
Таблица 1. Сравнительный анализ зарубежного опыта по ключевым
параметрам доверия
Критерий
ОАЭ
Норвегия
Ирландия
Уровень доверия
(2025)
82%
~80%
47%
Подход
к
управлению
Цифровое
правительство,
проактивные услуги
Trust-based reform,
human-centered
services
Стратегия
трансформации до
2030 г.
Каналы
вовлечения
Электронные
платформы, сервисы
Местные советы,
прямой диалог
Онлайн-
платформы, фокус-
группы
Основные
ценности
Скорость,
эффективность,
безопасность
Прозрачность,
автономия,
открытость
Инклюзивность,
этика, инновации
Преимущества /
сильные
стороны
Высокий
уровень
цифровизации,
проактивность,
стабильность
управления
Сильная местная
автономия,
высокий уровень
доверия,
устойчивые
институты
Гибкость, участие
граждан,
адаптивность
к
изменениям
Недостатки
/
вызовы
Авторитарный
контекст,
низкий
уровень
политической
конкуренции
Сложности
с
адаптацией
к
цифровым
реформам,
высокая налоговая
нагрузка
Исторически
низкий
уровень
доверия,
зависимость
от
внешних факторов
Анализ
показывает,
что
доверие
формируется
как
в
результате
институциональных
решений
(например,
цифровизация,
децентрализация,
прозрачность), так и в результате социокультурной готовности общества участвовать
в управлении. Чем выше вовлечённость и ответственность граждан, тем выше
легитимность и эффективность властных институтов. Указанные модели
подтверждают важность комплексного подхода — не только с точки зрения реформ, но
и в части создания социального капитала доверия.
Полученные результаты могут служить ориентиром для разработки
национальных индексов доверия в Узбекистане и проектирования институциональных
9
YANGI OʻZBEKISTON PEDAGOGLARI
AXBOROTNOMASI
SJIF: 5.141
www.in-academy.uz
3-JILD, 6-SON Part 2 (YOʻPA)
реформ с учётом контекста и готовности населения к участию.
Вместе с тем, институциональные усилия не могут быть по-настоящему
эффективными без должной активности со стороны общества. Устойчивое доверие
формируется не только за счёт государственных реформ, но и благодаря зрелости
гражданского участия, осознанности населения и готовности к конструктивному
диалогу. Поэтому следующий важный аспект анализа касается роли самих граждан в
формировании доверительных отношений с государством.
Исследования показывают, что в странах с высоким уровнем доверия граждане
обладают более высоким уровнем правовой осведомлённости, активнее участвуют в
консультациях, опросах и институтах обратной связи (OECD, 2022).
Согласно исследованиям World Values Survey (2020), в странах с устойчивой
демократией участие граждан в управлении через общественные обсуждения, онлайн-
петиции и консультационные платформы способствует росту доверия и укреплению
социальной сплочённости. В то же время в странах с переходной экономикой
наблюдается пассивность населения, ограниченное понимание своих прав и
возможностей влияния на политику, что также тормозит процесс формирования
доверительных отношений.
Особенность восприятия государственных органов гражданами заключается в
том, что в условиях ограниченного опыта эффективного взаимодействия преобладает
критическое мышление и высокий уровень ожиданий. Это психологически
объясняется эффектом «негативной селективности» – люди чаще запоминают
негативный опыт, чем позитивный. Кроме того, фрустрация, вызванная
бюрократическими барьерами или недоступностью информации, формирует
устойчивую установку на недоверие.
Таким образом, для успешной реализации реформ необходимо не только
продолжать уже начатые институциональные преобразования, но и внедрять новые,
более глубокие и адресные подходы:
Повышать уровень правовой и гражданской грамотности населения;
Вводить элементы гражданского образования в систему общего и
профессионального образования;
Формировать этику диалога между государством и обществом через практики
открытых обсуждений, дебатов и платформ взаимодействия;
Стимулировать участие граждан в разработке и оценке политики через
соучастие (co-creation) и партнёрские форматы.
Дополнительно, в условиях Узбекистана особое внимание следует уделить:
расширению практики общественного мониторинга деятельности госорганов
через независимые платформы и инициативные группы;
созданию локальных центров правового просвещения при махаллях и школах;
внедрению регулярных 'дней открытого диалога' в регионах с обязательным
участием представителей власти;
разработке программ по развитию медиаграмотности и противодействию
дезинформации;
поддержке молодёжных и женских инициатив, направленных на
формирование социальной ответственности и правового самосознания.
10
YANGI OʻZBEKISTON PEDAGOGLARI
AXBOROTNOMASI
SJIF: 5.141
www.in-academy.uz
3-JILD, 6-SON Part 2 (YOʻPA)
Реформирование должно включать не только модернизацию самих институтов,
но и системную трансформацию общественного сознания, направленную на
укрепление обоюдного доверия и партнёрства между государством и гражданином.
ОБСУЖДЕНИЕ
Анализируя полученные данные и примеры успешных моделей, важно
подчеркнуть, что международные практики демонстрируют: доверие — это результат
не одномоментной реформы, а сложного, системного взаимодействия институтов и
общества. Именно в этом контексте необходимо рассматривать реализацию Стратегии
«Узбекистон – 2030», которая обозначила ориентацию на эффективность, открытость
и подотчётность государственной службы. В данном направлении можно выделить
несколько конкретных механизмов адаптации зарубежного опыта:
• Создание национального индекса доверия по модели Edelman, включающего
репрезентативные опросы, индикаторы восприятия, KPI государственных органов и
анализ медиа;
• Внедрение Government Excellence Model (GEM), аналогичной практике ОАЭ, где
эффективность оценивается через систему обратной связи, качества сервиса и
инновационности решений;
• Применение принципов trust-based reform, как в Норвегии: переход от
административного контроля к доверию, развитие автономии на местах,
переориентация на soft skills, этику публичного служения и инициативность;
• Расширение гражданского участия, включая платформы вроде Meningfikrim.uz,
создание наблюдательных и консультативных советов при органах власти, а также
привлечение экспертов и научного сообщества.
Однако важно понимать, что прямое заимствование практик невозможно без
учета локального контекста. В Узбекистане необходимо адаптировать эти подходы к
существующему уровню гражданской зрелости, институциональной культуры и
реальной способности органов власти к восприятию критики. Как подчёркивают
многие исследователи, доверие должно выстраиваться не сверху вниз, а быть
результатом двустороннего взаимодействия, в котором и государство, и общество
активно участвуют и несут ответственность.
По нашему мнению, ключевым условием успешной адаптации является
комплексность подхода: доверие невозможно сформировать исключительно
техническими мерами — оно требует политической воли, стабильности институтов,
профессиональной подготовки кадров, и самое главное — культуры уважительного и
равного диалога. Узбекистан находится на важной стадии, когда формирующийся
социальный контракт между государством и обществом может стать прочной основой
для устойчивого развития. Поэтому все меры по укреплению доверия должны
сопровождаться не только институциональными реформами, но и глубокими
изменениями в общественном сознании.
Выводы
Доверие в сфере государственного управления выступает не только как
социально-психологическая категория, но и как важнейший ресурс и инструмент
эффективного государственного управления. Исследование показало, что доверие
может быть предметом осознанной государственной политики — его можно измерять,
11
YANGI OʻZBEKISTON PEDAGOGLARI
AXBOROTNOMASI
SJIF: 5.141
www.in-academy.uz
3-JILD, 6-SON Part 2 (YOʻPA)
укреплять и развивать с опорой на институциональные, поведенческие и культурные
механизмы.
Международный опыт, представленный на примере ОАЭ, Норвегии и Ирландии,
продемонстрировал, что устойчивое доверие не является случайным феноменом, а
формируется в результате последовательной государственной политики, вовлечения
граждан, развития прозрачности и подотчётности. В частности, ОАЭ делают акцент на
цифровых услугах и технологическом превосходстве, Норвегия — на автономии и
доверии к местным сообществам, Ирландия — на демократических практиках участия
и инновациях. Эти модели различны, но объединяет их системность, ориентация на
потребности граждан и высокая степень доверия как стратегического ресурса.
Отдельного внимания заслуживает практика ОАЭ по созданию Министерства
счастья и реализации Национальной программы благополучия (National Program for
Happiness and Wellbeing, 2019). Эти инициативы направлены не только на повышение
уровня жизни населения, но и на системное развитие позитивного взаимодействия
между государством и гражданами. Введение индикаторов счастья в систему оценки
эффективности государственных структур позволило сместить акцент на
удовлетворённость,
эмоциональное
восприятие
и
качество
повседневного
взаимодействия. Это усиливает доверие и формирует образ государства как
заботливого и ориентированного на человека.
Для Узбекистана, где в настоящее время активно реализуются реформы в рамках
Стратегии «Узбекистон – 2030», критически важным становится переход от
формальных инициатив к содержательному реформированию институциональной
среды. Выводы исследования подчёркивают, что укрепление доверия возможно при
соблюдении следующих условий:
• Внедрение системы оценки доверия на всех уровнях — от центрального до
местного, с использованием репрезентативных опросов, цифровых данных и обратной
связи;
• Развитие человеческого капитала в системе государственной службы —
подготовка кадров, ориентированных на ценности публичного служения, открытого
диалога и эффективности;
• Институционализация гражданского участия — консультативные платформы,
участие экспертного сообщества, механизмы соучастия в политике;
• Формирование зрелой правовой и этической культуры взаимодействия
государства и общества — через образование, просвещение и диалог;
• Рассмотрение инициатив, ориентированных на качество жизни и
благополучие, как стратегического направления государственной политики, включая
пилотные программы по мониторингу общественного настроения и эмоционального
климата.
Особое внимание следует уделить двустороннему характеру формирования
доверия: государственные органы должны быть прозрачными, профессиональными и
открытыми, а граждане — активными, информированными и ответственными. Только
при таком взаимном движении возможно создать подлинно доверительную модель
современного государственного управления.
Таким образом, формирование доверия должно рассматриваться как
12
YANGI OʻZBEKISTON PEDAGOGLARI
AXBOROTNOMASI
SJIF: 5.141
www.in-academy.uz
3-JILD, 6-SON Part 2 (YOʻPA)
приоритетная цель и одновременно как процесс — долговременный, требующий
координации между институтами, обществом и системой образования. В этом процессе
особую роль играет адаптация международного опыта с учётом национальных реалий,
которая может обеспечить устойчивость реформ и эффективность государственного
управления в Узбекистане.
Список использованной литературы:
1. Christensen, T., & Lægreid, P. Справочник по доверию и государственному
управлению. Routledge, Лондон, 2020.
2. Easton, D. Системный анализ политической жизни. Wiley, Нью-Йорк, 1965.
3. Edelman. Барометр доверия 2025. Edelman Research, Нью-Йорк, 2025.
https://www.edelman.com/trust-barometer.
4. Fukuyama, F. Доверие: Социальные добродетели и создание процветания. Free
Press, Нью-Йорк, 1995.
5. Government of Ireland. Стратегия трансформации государственной службы до 2030
года. Дублин, 2024.
6. Irish Government. Наша государственная служба 2030. Дублин, 2022.
https://www.gov.ie/en/publication.
7. Nieto, P., & Mandel, A. Институциональное доверие и хорошее управление. Policy
Press, Бристоль, 2012.
8. Norwegian Ministry of Local Government and Regional Development. Документ по
реформе доверия. Осло, 2022.
9. OECD.
Опрос
доверия
ОЭСР.
OECD
Publishing,
Париж,
2024.
https://www.oecd.org/gov/trust.
10. Указ Президента Республики Узбекистан от 19.06.2025 №УП–129 «О мерах по
организации государственной гражданской службы на основе новых подходов»
https://uza.uz/posts/732603.
11. Transparency International. Индекс восприятия коррупции (CPI) 2023. Берлин, 2023.
https://www.transparency.org.
12. Правительство ОАЭ. Отчет о государственных услугах. Абу-Даби, 2023.
https://u.ae/en/about-the-uae/the-uae-government/government-services.
13. Министерство счастья ОАЭ. Национальная программа счастья и благополучия. Абу-
Даби, 2019. https://u.ae/en/about-the-uae/the-uae-government/happiness.
14. Организация Объединённых Наций. Опрос ООН по электронному правительству
2022. Нью-Йорк, 2022. https://publicadministration.un.org.
