Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
7.
Kirpichnikov D. V. et al. Bioprinting Medical Devices: Criminal Evaluation
Issues / // AIP Conference Proceedings: VII International Conference “Safety Problems
of Civil Engineering Critical Infrastructures” (SPCECI2021), Yekaterinburg, 2023.
Vol. 2701. P. 020032. EDN: STBLEX
8.
Бегишев И. Р., Хисамова З. И. Криминологические риски применения
искусственного интеллекта // Всероссийский криминологический журнал. 2018.
Т. 12, № 6. С. 767–775. EDN: YYSTVZ
9.
Бегишев И. Р. Хисамова З. И. Искусственный интеллект и робототех-
ника: глоссарий понятий. М.: Проспект, 2021. 64 с. EDN: HQELSK
10.
Хисамова З. И., Бегишев И. Р. Уголовная ответственность и искусствен-
ный интеллект: теоретические и прикладные аспекты // Всероссийский кримино-
логический журнал. 2019. Т. 13, № 4. С. 564–574. EDN: QOFRXQ
11.
Субъект права: стабильность и динамика правового статуса в условиях
цифровизации: сборник научных трудов / под общ. ред. Д. А. Пашенцева, М. В. За-
лоило. М.: Инфотропик Медиа, 2021.
12.
Черногор Н. Н., Емельянов А. С., Залоило М. В. Трансформация идей-
ной основы юридической ответственности: между архаикой и постмодерном //
Вопросы истории. 2021. № 11(2). С. 248–259.
А. Д. Бочкарева,
магистрант,
Казанский (Приволжский) федеральный университет
СИНЕРГИЯ ЦИФРОВОГО И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОГО ПРАВА:
ВОЗМОЖНАЯ РЕЦЕПЦИЯ ЗАРУБЕЖНОГО ОПЫТА
Аннотация.
В настоящей статье рассматриваются новейшие положения за-
рубежного законодательства, позиции судов иностранных государств, акты регио-
нальных правовых систем в части взаимодействия АI и IP с целью выявления
наиболее важных и актуальных вопросов, подлежащих решению на уровне наци-
онального законодательства. Дается оценка возможности использования новелл
зарубежного законодательства для совершенствования правового регулирования
в Российской Федерации.
Ключевые слова
: интеллектуальная собственность, искусственный интел-
лект, право, авторское право, синергия, результат интеллектуальной деятельности,
нейросеть, дипфейк
SYNERGY OF DIGITAL AND INTELLECTUAL PROPERTY LAW:
POSSIBLE RECEPTION OF FOREIGN EXPERIENCE
Abstract.
This article considers the latest provisions of foreign legislation,
positions of foreign courts, acts of regional legal systems in terms of interaction between
AI and IP in order to identify the most important and relevant issues to be resolved at the
level of national legislation. The assessment of the possibility of using novelties
of foreign legislation to improve legal regulation in the Russian Federation is given.
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Keywords
: intellectual property, artificial intelligence, law, copyright, synergy,
intellectual property result, neural network, dipfake
Введение.
Наделение объектов интеллектуальной собственности и цифро-
вых активов стоимостным эквивалентом, создание нетрадиционных объектов ин-
теллектуальной собственности с использованием цифровых технологий, наделе-
ние объектов цифрового права творческим характером, новизной или иными при-
знаками охраноспособности, машинное обучение с использованием объектов ав-
торского права и ряд иных нюансов способствуют возникновению пласта вопро-
сов о синергии данных правовых секторов.
Основная часть.
Право Российской Федерации последние годы достаточно
активно «впитывает» аспекты взаимодействия IP и AI, иными словами, института
интеллектуальной собственности и технологий искусственного интеллекта. Блок
цифрового права далеко не исчерпывается искусственным интеллектом (AI, ИИ),
однако именно вопросы его проникновения в право интеллектуальной собствен-
ности (IP) в настоящее время вызывают ряд дискуссий, примером чему выступают
и реальные кейсы, в том числе сборник рассказов «Пытаясь проснуться», напи-
санный Павлом Пепперштейном и нейросетью ruGPT-3, появление дипфейков.
Именно поэтому речь пойдет в первую очередь о «взаимном влиянии» IP и AI и о
способах правовой обвязки результатов такого влияния.
В Проект выделены были положения, касающиеся проблематики определе-
ния автора изобретения программы, основанной на ИИ; правообладателя патента,
связанного с ИИ-программой; в принципе предоставления правовой охраны изоб-
ретениями, созданными ИИ в автономном режиме; вопросы цифровой фабрика-
ции. В пересмотренном проекте 2020 года ВОИС также отметил вопросы призна-
ния AI изобретателем, его указания в качестве изобретателя в заявке на выдачу
патента, возможность замены квалифицированного профильного специалиста на
AI-решение [5].
Представляется верным формировать практику разрешения вопросов путем
тщательной информационной обработки опыта, сформировавшегося в иных
юрисдикциях, для выбора наиболее применимого с целью его дальнейшей «от-
шлифовки» под правовую систему конкретной страны.
Опыт Европейского союза в части установки взаимодействия интеллекту-
альной собственности и искусственного интеллекта достаточно прогрессивен, что
подтверждается весьма внушающим количеством правовых документов, нацелен-
ных на правовое регулирование обозначенного явления на стыке двух блоков от-
ношений. В Резолюции Европейского парламента о правах интеллектуальной соб-
ственности в связи с развитием технологий искусственного интеллекта
(2020/2015(INI)) объекты, где уже разграничивались объекты, созданные челове-
ком с помощью ИИ, и объекты, созданные ИИ автономно, в докладе Еврокомиссии
2020 года «Тренды и разработки в области ИИ. Директивы об авторских правах
2019/790 [4]. Положения упомянутого акта обязывают публично описывать кон-
тент, который использовался для обучения ИИ, и маркировать контент, сгенериро-
ванный ИИ. Представляется, что имплементация подобных положений в нашу
правовую систему поспособствовала разрешению споров о допустимых границах
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
обучения искусственного интеллекта на объектах авторского права, а также чет-
кому определению объема творческого вклада человека в создание результата ин-
теллектуальной деятельности.
Великобритания дает свои ответы на вопросы, поставленные в Проекте
ВОИС, в части определения авторства на произведения, сгенерированные ИИ.
Так, Закон «Об авторском праве, промышленных образцах и патентах» от 1988 г.
в ч. 3 ст. 9 указывает, что в отношении генерируемого компьютером произведения
автором признается лицо, которым осуществляются необходимые для создания
произведения мероприятия [2]. В качестве авторов могут рассматриваться, в зави-
симости от конкретного случая, разработчик системы ИИ, ее пользователь или
иные лица. Позиция относительно принадлежности авторских и патентных прав
на объекты, созданные ИИ в автономном режиме или при его использовании, под-
тверждается английскими судами: Верховный суд Великобритании в нашумевшем
деле № 2021/0201 отказал Стивену Тайлеру в регистрации патента на изобретение,
созданное нейросетью DABUS, которая была указана им в качестве соавтора [8].
На уровне правовой системы Великобритании принята позиция, согласно
которой не подлежит патентованию и сама искусственная нейронная сеть (ИНС),
в деле Comptroller-General of Patents, Designs and Trade Marks v Emotional
Perception AI Ltd EWCA Civ 825 Английский апелляционный суд пришел к выводу,
что обучение ИНС, как часть создания программы, не является техническим вкла-
дом, что является обязательным для предоставления патентной охраны. Резуль-
таты работы ИНС, такие как улучшенные музыкальные рекомендации, были при-
знаны нетехническими и субъективными, в связи с чем и непатентоспособными
[9]. Это решение имеет значительные последствия для патентных заявок на си-
стемы генеративного ИИ, где обучение является важной частью разработки, кото-
рые подаются повсеместно и в других странах, согласно отчету ВОИС от 3 июля
2024 года о патентном ландшафте генеративного ИИ. Вопрос о рецепции данной
позиции в правовую систему РФ представляется спорным в силу возможности де-
стимулирования патентной активности, что также имеет дискуссионную окраску.
Подготовка консолидированного законодательного акта, регулирующего взаимо-
действие AI и IP в Великобритании, на настоящее время отложена, однако приня-
тие данного акта окажет значительное влияние на английское право, не оставив
без внимания и взаимодействие данных сфер на уровне других юрисдикций.
Необходимость определения вопроса о возможности наделения ИИ право-
субъектностью в авторском праве летом 2024 года возникла и перед Федеральным
судом Канады. В настоящее время Канада создала прецедент по наделению объ-
ектов, сгенерированных искусственным интеллектом, статусом правовой охраны
в силу того, что оспариваемые права на фотографию Suryast были зарегистриро-
ваны в 2021 году в Канадском ведомстве. Согласно действующему в Канаде меха-
низму, полномочия определения авторства лежат на судах. В связи с тем, что по-
добные кейсы не так часты для Канады, то определиться, какой ответ дается пра-
вовой системой страны на вопросы, поставленные в проекте ВОИС, представля-
ется сложным. На настоящем этапе анализа можно отметить индивидуальность
подхода в силу определения принадлежности права авторства судом, тактику case
by case в части признания ИИ автором объекта интеллектуальной собственности
ВОИС также рассматривал как возможную, которая, как представляется автору
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
статьи, при правильной ее «отшлифовке» допустима для правовой системы РФ,
однако не без создания большого пласта работы для судебных органов.
Наиболее обширным является опыт США. Позиция судов США в части
признания авторства исключительно за человеком в настоящее время также доста-
точно определена, однако в практике много иных вопросов, требующих разреше-
ния. Что касается проблематики обучения генеративного ИИ на объектах автор-
ского права, то суды США также начинают формировать собственное мнение по
данному вопросу: так, 12 августа 2024 года судья Окружного суда Уильям Оррик
вынес решение, позволяющее группе художников продолжить судебный иск про-
тив Stability AI, Midjourney и DeviantArt, обвиняющихся в использовании работ
художников без их согласия для обучения модели ИИ, лежащей в основе генера-
тора изображений Stable Diffusion, который сейчас конкурирует с художниками-
людьми [6]. С родственной природой суду предстоит разрешить спор между
OpenAI и NYT (The New York Times). NYT утверждает, что ChatGPT от OpenAI
нарушил их авторские права, используя «практически дословные отрывки» из их
статей без разрешения с целью обучения [7]. В Федеральном суде штата Массачу-
сетс на рассмотрении иск к стартапам Suno и Udio, работающим в области созда-
ния музыки с использованием ИИ [10]. Компании оспаривают иски о нарушении
авторских прав, заявляя, что их методы соответствуют доктрине «добросовест-
ного использования» и способствуют инновациям и конкуренции в индустрии,
сравнивая их с процессом обучения ребенка, в котором нет ничего противоправ-
ного. От дальнейшего разрешения указанных дел будет зависеть судьба сформи-
ровавшейся концепции «добросовестного использования», согласно которой ис-
пользовать объекты авторских прав для обучения генеративного ИИ возможно
в определенных пределах, такую же позицию обозначала Еврокомиссия в одной
из Директив, ее положения указывали на неправомерность обучения на основе ре-
зультатов интеллектуальной деятельности только в силу прямого запрета со сто-
роны автора, правообладателя. Немаловажным является и то, что данные кейсы
сформируют и позицию относительно места критерия добросовестной конкурен-
ции среди авторов, правообладателей результатов интеллектуальной деятельности
и субъектов, использующих их для обучения генеративного ИИ, в данной концеп-
ции, а также допустимости доказательств по данной категории дел.
В силу придания огласки проблематике распространения дипфейков и даже
признания их объектами авторского права (Дело № А40-200471/23) автору пред-
ставляется верным рассмотреть вариант имплементации в правовую систему по-
ложений проекта Акта о защите происхождения и целостности отредактирован-
ных и дипфейковых медиа (Content Origin Protection and Integrity from Edited and
Deepfaked Media Act, COPIED Act). В данном Акте предлагается установить обя-
занность для компаний, занимающихся ИИ, встраивать данные о происхождении
в созданный контент, а также запрет на удаление или изменение этой информации,
что позволит создателям контента выявить несанкционированное использование
их работ [1]. Имплементация положений данного акта позволит предоставить
надежную правовую защиту создателям контента, таким как журналисты, худож-
ники и музыканты, позволяя им защищать свою интеллектуальную собственность
и устанавливать условия использования.
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
Автор видит верной траекторию разработки положений национального за-
конодательства, основанных на позиции «добросовестного использования» кон-
тента с целью обучения, устанавливающих защиту авторов от несанкционирован-
ного использования их трудов с помощью отлаженной системы информирования;
надлежащим механизмом, подлежащим включению в законодательное регулиро-
вание, выступает и маркировка объектов, сгенерированных ИИ. На момент напи-
сания статьи не найдены примеры замены квалифицированного профильного спе-
циалиста на AI-решение, однако создание практики такого использования на
уровне Российской Федерации представляется прогрессивным, так как определе-
ние возможности предоставления патентной охраны в настоящее время доста-
точно субъективно, а внесение элементов объективизации и минимизации уровня
субъективности позволит укрепить доверие к институту и снизить количество воз-
никающих споров.
Заключение.
Таким образом, анализ опыта иных юрисдикций предостав-
ляет огромный пласт правовой базы, использование которой в дальнейшем может
поспособствовать формированию надлежащего источника регулирования.
Список литературы
1.
Content Origin Protection and Integrity from Edited and Deepfaked Media
Act, COPIED Act. URL:
https://digitalpolicyalert.org/event/21426-introduced-content-
origin-protection-and-integrity-from-edited-and-deepfaked-media-act-copied-act-
including-user-rights
(дата обращения: 07.09.2024).
2.
Copyright, Designs and Patents Act 1988 (Chapter 48), United Kingdom.
URL:
https://www.wipo.int/meetings/ru/doc_details.jsp?doc_id=470053
(дата обра-
щения: 07.09.2024).
3.
Draft Issues Paper on Intellectual Property Policy and Artificial Intelligence.
URL:
https://www.wipo.int/meetings/ru/doc_details.jsp?doc_id=470053
(дата обра-
щения: 07.09.2024).
4.
Regulation (EU) 2024/1689 of the European Parliament and of the Council of
13
June
2024.
URL:
https://eur-lex.europa.eu/legal-
content/EN/TXT/?uri=CELEX:32024R1689
(дата обращения: 07.09.2024).
5.
Revised Issues Paper on Intellectual Property Policy and Artificial
Intelligence. URL:
https://www.ompi.int/meetings/ru/doc_details.jsp?doc_id=499504
(дата обращения: 07.09.2024).
6.
Case
No.
23-cv-00201-WHO.
URL:
https://cand-ecf.sso.dcn/cgi-
bin/DktRpt.pl?407208
(дата обращения: 07.09.2024).
7.
The New York Times Company v. Microsoft Corp., et al., Case No. 1:23-cv-
11195-SHS.
URL:
https://storage.courtlistener.com/recap/gov.uscourts.nysd.612697/gov.uscourts.nysd.61
2697.152.0.pdf
(дата обращения: 07.09.2024).
8.
Thaler (Appellant) v Comptroller-General of Patents, Designs and Trademarks
(Respondent).
URL:
https://www.supremecourt.uk/watch/uksc-2021-
0201/judgment.html
(дата обращения: 07.09.2024).
9.
Comptroller-General of Patents, Designs and Trade Marks v Emotional
Perception AI Ltd EWCA Civ 825.
https://www.judiciary.uk/judgments/comptroller-
Цифровые технологии в системе правовых отношений (молодежное пространство науки)
general-of-patents-designs-and-trade-marks-v-emotional-perception-ai
(дата обраще-
ния: 07.09.2024).
10.
Case
No.
24-04777.
URL:
https://www.riaa.com/wp-
content/uploads/2024/06/Udio-Complaint-6.24.241.pdf
(дата
обращения:
07.09.2024).
11.
Can AI be an author? Federal Court asked to decide in new copyright case.
URL:
https://www.ctvnews.ca/sci-tech/can-ai-be-an-author-federal-court-asked-to-
decide-in-new-copyright-case-1.6962705
(дата обращения: 07.09.2024).
Ю. С. Варуша,
студент,
Российская академия народного хозяйства и государственной службы
при Президенте Российской Федерации
ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА
В ПРАВОТВОРЧЕСТВЕ И ПРАВОПРИМЕНЕНИИ
Аннотация.
На протяжении истории существования человека информация
была катализатором социальных изменений. Четвертая информационная револю-
ция 70-х гг. XX века внесла новые принципы хранения и обработки информации,
развиваясь настолько стремительно, что крупные мировые державы не могли
остаться в стороне и ступили на путь построения цифрового общества, внедряя
цифровизацию во все сферы общественной жизни. Однако правовая сфера стал-
кивается с серьезными проблемами при адаптации к цифровизации, поскольку
многие правовые концепции, связанные с цифровой эпохой, все еще находятся на
ранних стадиях развития. Это обуславливает интерес многих исследователей
к симбиозу права и цифровых технологий, особенно искусственного интеллекта
и процессов правотворчества и правоприменения. Целью настоящей статьи стало
изучение влияния искусственного интеллекта на правотворчество и правоприме-
нение, а также перспективы его внедрения в сферу деятельности законодателей.
Будучи инновационной, технология искусственного интеллекта открывает перед
законодателями возможности комплексной модернизации зарождения законода-
тельной инициативы и законотворчества, но, оставаясь несовершенной, она
склонна нарушать юридическую технику и выдавать ложные ответы. Комплекс-
ный анализ внедрения искусственного интеллекта в правотворчество и правопри-
менение позволит определить наиболее реальные перспективы такого симбиоза.
Ключевые слова
: искусственный интеллект, цифровизация, цифровое об-
щество, правотворчество, правоприменение
USING ARTIFICIAL INTELLIGENCE IN LAWMAKING AND LAW
ENFORCEMENT
Abstract.
Throughout the history of human existence, information has been
a catalyst for social change. The fourth information revolution of the 70s of the XX
century introduced new principles of information storage and processing, developing so
rapidly that the major world powers could not stand aside and embarked on the path
