Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
214
12. Меркурьев В. В. Деятельность Прокуратуры по предупреждению престу-
плений против основ конституционного строя и безопасности государства в услови-
ях роста протестной активности населения // Вестник университета Прокуратуры
Российской Федерации. 2022.
С. 88–100.
Е. А. Проскура,
адвокат,
член Адвокатской палаты Челябинской области
НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ
ПРАВА НА ЧАСТНУЮ ЖИЗНЬ В СЕТИ «ИНТЕРНЕТ»
Аннотация.
На сегодняшний день в информационном обществе одним из
самых ценных ресурсов является информация. Получить ее в большинстве случаев
не составляет труда. Сеть «Интернет» облегчает эту задачу, именно поэтому вопрос
об угрозе нарушения личных границ человека становится актуальным как никогда,
поскольку именно эти незримые границы являются наиболее уязвимыми. Для по-
лучения информации о человеке злоумышленнику не нужно взламывать двери, ему
достаточно войти в Сеть при помощи компьютера или другого устройства. Право
на неприкосновенность частной жизни имеет решающее значение для соблюдения
и осуществления прав человека в сети «Интернет» и вне ее, играя ключевую роль
в осуществлении всего спектра прав человека. Именно поэтому право на непри-
косновенность частной жизни закреплено как в международных документах, так
и во внутреннем законодательстве государств.
Ключевые
слова
: частная жизнь, личная тайна, семейная тайна, распростра-
нение сведений, публичность, Интернет, неприкосновенность, информация
A FEW ASPECTS OF CRIMINAL DEFENSE
PRIVACY RIGHT IN THE INTERNET
Abstract.
There is no denying that we currently live in the information-oriented
society. In today’s world information is considered to be the most valuable resource.
It is admittedly easy to get any information. Using the Internet considerably simplifies
the way we get necessary data. That is why the issue of the private information safety is
getting urgent like never before. It is the invisible boundaries that have become the most
vulnerable. To get some information about any person a delinquent no longer bothers
to break into the person’s place. The intruder goes on-line and clicks a few buttons.
The human right of privacy is crucial for the respect and observance of human rights
on-line and off-line, playing an essential part of in realization of human rights in general.
That is the reason why privacy right is formalized by not only the international legal
instruments but also domestic legislation.
Keywords
: privacy, personal data, family privacy, defamation, data dissemination,
publicity, the Internet, immunity, information
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
215
Жизнь человека в информационном обществе, существующем в эпоху раз-
витых цифровых технологий очень удобна. Находясь около компьютера, можно
наслаждаться шедеврами живописи, знакомиться с научными трудами ученых всего
мира, даже путешествовать по другим странам, получать самую разную информа-
цию, в том числе и информацию, которая не должна была стать известна широкому
кругу пользователей. Действительно, с сети «Интернет» очень много информации,
которая относится к тому или иному человеку и является сферой частной его жизни.
Информация передается очень быстро и за весьма короткий промежуток времени
может стать достоянием общественности. Это становится проблемой, когда некая
приватная информация распространяется без воли лица, к которому она относится.
Довольно часто пользователи Сети сами выкладывают свою личную информацию,
в том числе и ту, которая по содержанию своему должна носить приватный харак-
тер. Много информации появляется в Сети вне зависимости от желания индивида.
Сеть «Интернет» ежеминутно пополняется большим объемом данных, в том
числе и силами тех лиц, которые вообще о противоправности своих действий не
задумываются. Именно поэтому сегодня не приходится говорить о должной степени
осознания злоумышленником противоправной сути действий по сбору и распро-
странению информации, а также о должной степени осознания пользователями
сети последствий размещения личной информации.
Государству необходимо не только упорядочивать правовое регулирование
уголовно-правовой охраны частной жизни, элементами которой является личная
и семейная жизнь, но и параллельно работать над повышением уровня правовой
грамотности и осведомленности лиц о наличии защищаемого уголовным законом
права на неприкосновенность частной жизни как для потенциальных потерпевших,
так и для потенциальных нарушителей. Необходимо создавать культуру пользования
Интернетом, предполагающую наличие границ, которые нельзя нарушать.
В России право на неприкосновенность частной жизни провозглашается
Конституцией РФ и защищается Уголовным кодексом РФ. Важным элементом
права на частную жизнь является конституционный запрет на сбор, хранение,
использование и распространение информации о частной жизни лица без его со-
гласия. Думается, что закрепление данного права в Основном законе в качестве
основополагающих прав гражданина является отражением того, что государство
признает право на охрану частной жизни гражданина, о которой ранее не имелось
четких упоминаний на законодательном уровне, поскольку оно не только существует
объективной действительности, но и является основополагающим для любого
демократического государства. В соответствии с ч. 1 ст. 24 Конституции РФ сбор,
хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица
без его согласия не допускаются.
Одной из гарантий неприкосновенности частной жизни является ее уголов-
но-правовая защита, которая предусмотрена в том числе ст. 137 УК РФ. Содержание
указанной статьи на настоящий момент порождает достаточно много вопросов.
В ч. 1 ст. 137 УК РФ, устанавливающей ответственность за следующие действия,
посягающие на неприкосновенность частной жизни:
1. Незаконное собирание или распространение сведений о частной жизни лица,
составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия.
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
216
2. Распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную
или семейную тайну в публичном выступлении, публично демонстрирующемся
произведении или средствах массовой информации.
Информация, относящаяся к личной или семейной тайне, может попасть
к злоумышленнику как противозаконным способом, так и быть передана ему
самим потерпевшим по той или иной причине (семейные, дружественные связи
и проч.). Информация о частной жизни может быть передана или получена в силу
исполнения договорных обязательств на вполне законных условиях (к примеру,
приватные фотографии могут быть сделаны фотографом по просьбе заказчика),
однако их размещение на странице фотографа в социальных сетях без согласия
лица, фигурирующего на фотографиях, образует состав преступления, предусмот-
ренного ч. 1 ст. 137 УК РФ.
Данная норма так же, как и ряд других является воплощением функции за-
щиты личной информации со стороны государства. Нельзя отрицать, что вопрос
регулирования уголовной ответственности за сбор и распространение личных
конфиденциальных данных у законодателя всегда вызывал некоторые трудности.
До 1996 г. уголовный закон конкретной статьи, посвященной ответственности за
нарушения неприкосновенности личной жизни не содержал. Более того, поня-
тие частной жизни однозначного законодательного закрепления не имело. Лишь
появление в 2013 г. в Гражданском кодексе РФ ст. 152.2 «Охрана частной жизни
гражданина» наметило тенденции более четкого законодательного регулирования
данного вида нематериальных благ.
На настоящий момент вопросов относительно реализации ст. 137 УК РФ все
еще остается достаточно много. С развитием информационного общества и распро-
странением сети «Интернет» эти вопросы становятся все более явными, но решать
их приходится правоприменителю. Полагаем, что имеющегося подхода к уголов-
но-правовой охране частной жизни недостаточно. Ряд проблем, обозначившихся
в применении ст. 137 УК РФ требует своевременного решения путем внесения
изменений в Уголовный кодекс РФ. Отмечу, что с момента появления указанного
состава в УК РФ его содержание менялось несколько раз, в том числе и путем ис-
ключения из диспозиции части первой ст. 137 УК РФ субъективного признака в виде
корыстной или иной личной заинтересованности, а также объективного признака
в виде вредных последствий. Однако вопроc о необходимости изменений является
дискуссионным. Дело в том, что распространенная частная информация может быть
самой разной. Если появление какой-то информации, являющейся личной тайной,
не причинит большого вреда, то распространение другой (скажем, более приватной)
информации может положить конец карьере или семейной жизни человека, привести
его к глубокой моральной травме или даже к самоубийству. Однако о последствиях
подобного преступного деяния говорится только в ч. 3 ст. 137 УК РФ, касающейся
несовершеннолетних потерпевших.
Нужно отдать должное судам, рассматривающим дела по указанной статье,
которые со ссылкой на правовые позиции Конституционного суда РФ учитывают
последствия, причиненные распространением охраняемой личной информации
при назначении наказания [3]. Заслуживает в данном контексте внимания пози-
ция Конституционного суда РФ о том, что отсутствие указания на последствия
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
217
в рассматриваемой нами статье не означает, что при назначении наказания данные
последствия судами не должны учитываться.
При рассмотрении ситуации с получением и/или разглашением информации
о частной жизни лица неминуемо встает вопрос о том, где заканчивается граждан-
ско-правовой деликт или административное правонарушение и наступает уголов-
ная ответственность за совершенное преступление. Для решения данного вопроса
необходимо анализировать каждую конкретную ситуацию. Трудности вызывает
отсутствие четкой дефиниции частной жизни лица, составляющей его личную или
семейную тайну, за разглашение информации о которой можно понести уголовную
ответственность: будет ли, к примеру, считаться личной тайной размещенная ли-
цом фотография на своей странице в социальных сетях, доступ к которой открыт
для нескольких друзей, является ли личной тайной сведения о задолженности по
коммунальным услугам или по кредитному договору и др. Суды отвечают на эти
вопросы исходя из производных каждого рассматриваемого дела. В любом случае
должен решаться вопрос о том, являются ли сбор и распространение охраняемой
личной тайны умышленным, а также о том, какова цель собирания или распростра-
нения личной и семейной тайны.
Суды указывают, что диспозиция ч. 1 ст. 137 УК РФ является отсылочной,
для уяснения содержания признака предмета инкриминируемого преступления
необходимо обращаться к действующему правовому регулированию в сфере кон-
ституционного статуса личности.
При анализе статей 23 (часть 1) и 24 (часть 1) Конституции Российской
Федерации можно увидеть, что конфиденциальным характером обладает любая
информация о частной жизни лица, а потому она во всяком случае, относится
к сведениям ограниченного доступа. Право на неприкосновенность частной жизни,
личную и семейную тайну означает предоставленную человеку и гарантированную
государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятство-
вать разглашению сведений личного, интимного характера. При анализе судебной
практики можно увидеть, какими характеристиками должна обладать «частная
жизнь» в контексте статьи 137 УК РФ [1]. Во-первых, это область жизнедеятельности
человека. Во-вторых, указанная область жизнедеятельности касается отдельного
лица. В-третьих, данная область жизнедеятельности не должна контролироваться
ни обществом, ни государством. В-четвертых, она не является противоправной.
Не дает законодатель определения понятию «семейная тайна», которое также наравне
с термином «личная тайна» включено в диспозицию ч. 1 ст. 137 УК РФ. Отсутствует
однозначный ответ на данный вопрос и в правовой доктрине. Отметим, что ст. 150
Гражданского кодекса РФ «нематериальные блага» отграничивает понятие «непри-
косновенность частной жизни» от понятия «личная и семейная тайна». К понятию
же термина «тайна» мы можем обратиться только изучая словари.
Верховный Суд РФ, пытаясь устранить данные пробелы, указывает, что не мо-
жет повлечь уголовную ответственность собирание или распространение сведений
о частной жизни в государственных, общественных или иных публичных интересах,
а также в случаях, если сведения о частной жизни гражданина ранее стали общедо-
ступными либо были преданы огласке самим гражданином или по его воле.
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
218
Как указывалось, при помощи сети «Интернет» лицо может как получить, так
и распространить личную тайную информацию. Однако будет ли распространение
такой информации посредством сети «Интернет» уголовно-наказуемым деянием,
предусмотренным ст. 137 УК РФ, если данный способ в ней не указан? Либо по-
нятия сеть «Интернет» и «СМИ» являются идентичными?
Стоит отметить, что понятия «информационно-телекоммуникационные сети»,
«сеть «Интернет» появились в Уголовном кодексе РФ относительно недавно. Их
появление служит своеобразным маркером, показывающим, что законодатель ре-
агирует на стремительные изменения в информационной среде общества и пред-
принимает попытки предотвратить использование различных элементов цифровой
среды в противоправных целях. Вышеуказанные понятия: «информационно-те-
лекоммуникационные сети», «сеть «Интернет», также как понятие «электронные
сети», продолжают появляться в различных составах Уголовного кодекса РФ (п.
«д» ч. 2 ст. 110, п. «д» ч. 3 ст. 110.1, ч. 2 ст. 110.2, ч. 2 ст. 128.1 и других).
Несмотря на это, до сих пор законодателем не дается исчерпывающих и по-
нятных определений вышеуказанных терминов. Определение понятию «инфор-
мационно-телекоммуникационные сети» дается в п. 4 ст. 2 Федерального закона
от 27 июня 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях
и о защите информации». Информационно-телекоммуникационная сеть – это тех-
нологическая система, предназначенная для передачи по линиям связи информа-
ции, доступ к которой осуществляется с использованием средств вычислительной
техники. Понятию «сеть «Интернет» на настоящее время законодатель определения
не дал. Учитывая, что в ряде вышеуказанных статей Уголовного кодекса РФ ис-
пользуется понятие «информационно-телекоммуникационные сети (включая сеть
«Интернет»)», можно сделать вывод о том, что сеть «Интернет» является разновид-
ностью информационно-телекоммуникационных сетей. Поэтому существует мнение
о том, что необходимо исключить из текста Особенной части УК РФ указание на
сеть «Интернет», [2. С. 93–96].
Как мы видим, понятие «Интернет» прямо ни в одной части статьи 137 УК РФ
не упомянуто, поскольку указано только на «распространение сведений в публич-
ном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах
массовой информации».
Если рассмотреть, к примеру, диспозицию квалифицированного состава п. «д»
ч. 1 ст. 110 УК РФ, также касающегося распространения информации, то можно
увидеть, что в указанной статье предусмотрено деяние по склонению к соверше-
нию самоубийства «в публичном выступлении, публично демонстрирующемся
произведении, средствах массовой информации или информационно-телекомму-
никационных сетях (включая сеть «Интернет»)». Отличие от ч. 1 ст. 137 УК РФ
достаточно явное. Логичного объяснения данному отличию нет. В данной статье
нет указания на противоправность распространения охраняемой информации
в «информационно-телекоммуникационных сетях (включая сеть «Интернет»)».
Думается, что такая ситуация является недоработкой законодателя, которую при-
ходится устранять путем судебного правотворчества, поскольку из практики видно,
что распространение информации о частной и семейной жизни лица посредством
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
219
информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», является
уголовно наказуемым.
Значимую роль играют выводы Постановления Пленума Верховного Суда РФ
от 25 декабря 2018 г. № 46 «О некоторых вопросах судебной практики по делам
о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и граждани-
на (статьи 137, 138, 138.1, 139, 144.1, 145, 145.1 Уголовного кодекса Российской
Федерации)», где предусматривается, что распространение сведений о частной
жизни лица заключается в сообщении (разглашении) их одному или нескольким
лицам в устной, письменной или иной форме и любым способом (в частности,
путем передачи материалов или размещения информации с использованием инфор-
мационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет») [5]. Такое
толкование представляется логичным.
Судить о масштабах проблемы преступного сбора и распространения лич-
ной информации достаточно сложно, поскольку дела по ст. 137 УК РФ относятся
к делам частно-публичного обвинения (относительно ч. 1 ст. 137 УК РФ) и пред-
полагают наличие обращения потерпевшего. При этом, если собранные тайно от
потерпевших видео- или фотоматериалы выкладываются в Интернет, потерпев-
шие, не осведомленные о нарушении своих прав, не имеют возможности подать
заявление о привлечении нарушителей к уголовной ответственности. На этот счет
существует способ решения проблемы, при котором руководитель следственного
органа, следователь, а также дознаватель с согласия прокурора могут возбуждать
уголовное дело о любом преступлении, указанном в ч. 2 и 3 ст. 20 УПК РФ, и при
отсутствии заявления потерпевшего или его законного представителя, если дан-
ное преступление совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или
беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права
и законные интересы [4. С. 51–58].
Более того, многие факты неправомерного (преступного) распространения
личной тайны не влекут за собой справедливого и адекватного уголовно-правового
воздействия со стороны государства. Часто преступления остаются безнаказанными,
так как значительная доля потерпевших не хочет дальнейшей огласки личной инфор-
мации, которая так или иначе будет иметь место в ходе расследования уголовного
дела. Как показывает анализ приговоров по ст. 137 УК РФ, чаще всего подсудимыми
становятся лица, которые с потерпевшими ранее имели семейные и другие личные
связи (к примеру, бывшие мужья или жены), данное обстоятельство также становится
фактором, влияющим на желание потерпевшей стороны инициировать возбуждение
уголовного дела. Часть потерпевших вообще не знают, что за описанные в ст. 137
УК РФ действия предусмотрена уголовная ответственность, что свидетельствует
о низкой правовой грамотности современного общества. В данном контексте задачей
государства является не только регулирование вопросов привлечения к уголовной
ответственности за нарушение неприкосновенности частной жизни, но и создание
условий для правильного и адекватного понимания человеком своих личных границ
и возможности их адекватной защиты.
Более остро стоит вопрос о распространении информации о личной жизни
несовершеннолетних потерпевших, которые не могут самостоятельно опреде-
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
220
лить для себя свои личные границы, поскольку сегодня такие границы становятся
все более размытыми, в том числе благодаря стараниям популярных блогеров.
В данном случае сеть «Интернет» представляет собой существенную угрозу для
несовершеннолетнего. Современное общество столкнулось с масштабной пробле-
мой отсутствия нравственных ориентиров для молодежи. Чаще всего подростки
ориенти руются на сверстников или на более взрослых молодых людей, которых
видят в том же Интернете. Направляя свои приватные фото и видео третьим лицам,
дети воспринимают происходящее с ними как игру ровно до тех пор, пока злоумыш-
ленники не начинают ими манипулировать. Полагаем, что культуру общения в сети
«Интернет» нужно прививать как можно раньше. К сожалению, существующие
методы уголовно-правового воздействия за рассматриваемые выше преступные
деяния, злоумышленников не останавливают. Отметим, что практика по ч. 3 ст. 137
УК РФ очень немногочисленна, однако отрицать фактическое наличие преступле-
ний, предусмотренных нормой, нельзя.
Кроме того, справедливым можно назвать замечание о том, что указание в дис-
позиции ч. 1 ст. 137 УК РФ на отсутствие согласия потерпевшего на настоящий
момент лишено смысла [6. С. 41–48]. Необходимо отметить, что если сведения
о человеке составляют тайну, то при их незаконном распространении в Интернете
будет абсолютно неважно, зарегистрирован ли сайт как СМИ.
К сожалению, указанные противоречия все еще находятся вне поля зрения
законодателя, который достаточно неохотно вносит изменения в диспозицию ст. 137
УК РФ.
Необходимо обратить внимание еще на одно изменение в рассматриваемую
ст. 137 УК РФ, которое внесено в Уголовный кодекс РФ Законом от 28 декабря
2013 г., когда указанная статья дополнена новой, третьей частью, направленной на
усиленную уголовно-правовую охрану конфиденциальной информации, касающейся
несовершеннолетнего. В данной части под распространением понимается распро-
странение определенной законом информации о несовершеннолетнем «в публичном
выступлении, публично демонстрирующемся произведении, средствах массовой
информации или информационно-телекоммуникационных сетях». Как видим, по-
нятие «Интернет» здесь также не упомянуто, несмотря на использование понятия
«информационно-телекоммуникационные сети», которого нет в части первой этой
же статьи.
Исходя из вышеизложенного толкования, сделанного Верховным Судом РФ,
а также из употребления в отдельных составах УК РФ понятия «информационно-те-
лекоммуникационные сети (включая сеть «Интернет»)», следует сделать вывод о том,
что распространение предусмотренной ч. 3 ст. 137 УК РФ информации, касающейся
несовершеннолетнего, через сеть «Интернет» является уголовно-наказуемым, так
же как и ее распространение, предусмотренное частью первой данной статьи.
Считаем, что сегодня недостаточно одного указания в части 1 статьи 137 УК РФ
на совершение распространения в публичном выступлении, публично демонстри-
рующемся произведении или средствах массовой информации.
Возможность и необходимость разграничения понятий «СМИ» и «Интернет»
должна более детально изучаться законодателем. Полагаем, что ранее, когда Интернет
не был так распространен, данный вопрос не имел такой актуальности.
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
221
На сегодняшний день в целях более четкого и планомерного регулирования
защиты лица от посягательств на его частную жизнь вопрос уголовного пресле-
дования за собирание и распространение сведений посредством сети «Интернет»
должен быть введен в ст. 137 УК РФ (как в первую, так и в третью части) четко
и однозначно. Поскольку на настоящий момент нет такого цельного представления
о том, что есть сеть «Интернет», говорить о целесообразности устранения данного
понятия из составов Уголовного кодекса РФ и оставления только понятия «инфор-
мационно-телекоммуникационные сети» не представляется возможным.
Абсолютно точно нельзя воспринимать сеть «Интернет» только как один из
видов СМИ, хотя законодательно предусмотрено, что в ряде случаев возможна ре-
гистрация сайта в сети «Интернет» в качестве СМИ. «Сеть «Интернет» – понятие
более широкое, поскольку не все сайты, социальные сети и др. являются сред-
ствами массовой информации. На настоящий момент очень быстро и очень легко
практически любой пользователь, имеющий доступ в Интернет, может получить
и разместить личную информацию, принадлежащую другому лицу.
Однако если, согласно ст. 49 Закона РФ от 27 декабря 1991 г. № 2124–1 «О сред-
ствах массовой информации», у журналиста имеется обязанность получать согласие
на распространение в средствах массовой информации сведений о личной жизни
гражданина от самого гражданина или его законных представителей, за исключени-
ем случаев, когда это необходимо для защиты общественных интересов, то у всех
остальных вообще нет на это права.
Вместе с тем на настоящий момент, как следует из судебной практики, основ-
ными незаконными «распространителями» личной конфиденциальной информации
являются лица без статуса журналиста. Как уже указывалось, на сегодняшний момент
это может быть любой человек, обладающий устройством с выходом в Интернет.
Использование Интернета для распространения личной тайны значительно об-
легчает задачу злоумышленнику, потому что он может реализовать свой умысел
очень быстро и легко. При этом информация может распространиться за считанные
секунды среди огромного количества людей, что делает последствия от соверше-
ния преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК РФ, при помощи Интернета
более тяжелыми для потерпевшего, и, следовательно, такое преступление должно
повлечь более серьезную ответственность. На настоящий момент деяния, пред-
усмотренные ч. 1 ст. 137 УК РФ, относятся к преступлениям небольшой тяжести.
Для законодателя степень общественной опасности таких преступлений невелика.
Как уже указывалось, для преступления, предусмотренного данной статьей, но со-
вершенного с использованием сети «Интернет», такое положение дел не является
справедливым, поскольку Интернет увеличивает степень общественной опасности
указанного преступления многократно.
Таким образом, анализируя степень распространенности преступлений, пред-
усмотренных ст. 137 УК РФ, именно посредством использования сети «Интернет»,
полагаем, что в дальнейшем необходимо дополнение ч. 1 ст. 137 УК РФ квалифи-
цирующим признаком «с использованием информационно-телекоммуникационных
сетей (включая сеть «Интернет»)». Это позволит сделать законодательное регули-
рование в области охраны частной жизни более качественным и адаптированным
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
Цифровые технологии в системе уголовно-правовых отношений
Digital Technologies in the System Criminal Legal Relations
222
под современные реалии. Более того, это будет способствовать достижению единоо-
бразия в регулировании вопроса о привлечении к ответственности за преступления,
совершенные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей.
Говоря о единообразии, хотелось бы отметить, что ряд статей наравне со способом
совершения преступления с использованием информационно-телекоммуникацион-
ных сетей (включая сеть «Интернет») называет не только распространение инфор-
мации в СМИ, но и ее распространение посредством электронных сетей. Однако
включение в ч. 2 ст. 137 УК РФ такого способа распространения информации, как
распространение через электронные сети будет лишним, поскольку электронные
сети можно отнести к разновидности информационно-телекоммуникационным
сетей, поскольку законодатель не называет каких-либо особенностей электронных
сетей, наличие которых позволило бы утверждать об обратном.
Список литературы
1. Апелляционное постановление Ставропольского краевого суда от 15 ноября
2018 г. по делу № 22–6353/2018.
2. Литвяк Л. Г., Пирогова Е. Н. К вопросу о понятии электронных информаци-
онно-телекоммуникационных сетей для целей уголовного закона // Гуманитарные,
социально-экономические и общественные науки. 2020.
С. 93–96.
3. Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 9 июня
2005 года № 248-О // СПС «Гарант».
4. Пикуров Н. И. Проблемы квалификации преступных посягательств на част-
ную жизнь: теория и судебная практика // Уголовное право. 2019. № 2.
С. 51–58.
5. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. № 46
«О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против кон-
ституционных прав и свобод человека и гражданина (статьи 137, 138, 138.1, 139,
144.1, 145, 145.1 Уголовного кодекса Российской Федерации)» // СПС «Гарант».
6. Сабитов Т. Р. Об использовании терминов «средства массовой информации»
и «Интернет» при формулировании признаков составов преступлений // Российское
право: образование, практика, наука: журнал.2020. № 6.
С. 41–48.
А. К. Расулев,
доктор юридических наук, профессор,
Институт законодательства и правовой политики
при Президенте Республики Узбекистан
ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КИБЕРПРЕСТУПНОСТИ В РАМКАХ
ИНИЦИАТИВЫ «ОДИН ПОЯС И ОДИН ПУТЬ»
Аннотация.
В статье поднимается проблема киберпреступности в контексте
международной инициативы «Один пояс и один путь». Освещаются такие ключевые
аспекты, как необходимость создания универсального международного акта, эф-
фективное сотрудничество между государственными органами, подготовка кадров,
