Специальные вопросы регулирования и охраны цифровых технологий
Special issues of regulation and protection of digital technologies
Специальные вопросы регулирования и охраны цифровых технологий
Special issues of regulation and protection of digital technologies
181
6. Сафиуллин А. Р., Смирнова В. С. Коммерческая тайна и ее защита в цифровой
экономике // Вузовская наука в современных условиях: сборник материалов 57-й
научно-технической конференции. Часть 2. Ульяновск: Издательство УлГТУ, 2023.
С. 330–332.
7. Исследование судебной практики по уголовным делам, связанным с не-
законным получением и разглашением сведений, составляющих коммерческую,
налоговую или банковскую тайну, 2019–2021 гг. // Экспертно-Аналитический центр
InfoWatch, 2022 г. 25 с.
8. В России растет число утечек данных, составляющих коммерческую тайну.
URL: https://habr.com/ru/news/682834
Ю. А. Комнатная,
кандидат юридических наук,
Белгородский государственный национальный
исследовательский университет
ПРАВО НА ИНФОРМАЦИЮ И ИНФОРМАЦИОННАЯ ВОЙНА
Аннотация.
Статья посвящена вопросам соотношения понятий «право на
информацию» и «право на доступ к информации» с целью выяснения содержа-
ния данных прав для определения их пределов, гарантирующих цифровую и, со-
ответственно, национальную безопасность. Уделено внимание истории развития
информационных войн, эффективности различных методов информационной
войны при отсутствии должного контроля за информационными потоками со сто-
роны государства. Определен главный критерий информации, а также обозначена
необходимость введения института ответственности международных должност-
ных лиц за распространение и использование недостоверной информации, кото-
рый позволит обеспечить минимальную безопасность государств на международ-
ном уровне.
Ключевые слова
: информация, право на информацию, право на доступ
к информации, информационная война, достоверность информации, цифровая
безопасность
THE RIGHT TO INFORMATION AND INFORMATION WARFARE
Abstract.
The article is devoted to the relationship between the concepts of «right
to information» and «right to access to information» in order to clarify the content
of these rights to determine their limits, guaranteeing national security. Attention is
paid to the history of the development of information wars, the effectiveness of various
methods of information warfare in the absence of proper control over information flows
by the state. The main criterion of information is defined, as well as the need to introduce
the institution of responsibility of international officials for the dissemination and use
of false information, which will ensure minimal security of states at the international
level.
Специальные вопросы регулирования и охраны цифровых технологий
Special issues of regulation and protection of digital technologies
Специальные вопросы регулирования и охраны цифровых технологий
Special issues of regulation and protection of digital technologies
182
Keywords
: information, right to information, right to access information,
information war, adequacy of information, digital security
Право на информацию в современной доктрине не определено. На между-
народном уровне право на информацию (свобода информации) было закрепле-
но как фундаментальное право человека Генеральной Ассамблеей ООН в 1946 г.
(Резолюция 59(I), принятая на первой сессии ГА ООН 14 декабря 1946 г.). Однако
в доктрине до конца не разрешен вопрос как соотносятся право на информацию
и право на доступ к информации. В. П. Кириленко, Г. В. Алексеев отмечают, что
большинство национальных правительств толкует указанные права как элемент
базового права граждан на свободу мнения и его свободное выражение [2. C. 40].
В. Д. Клюков предполагает, что неоднозначность восприятия права на информа-
цию связана с самим процессом его эволюции [3. C. 346]. Большинство ученых
настаивает на преобладании данной свободы. Между тем, сегодня все чаще речь
идет о трансформации информационного общества, о начале информационной
эры. Полагают, что мир именно сейчас захватывают информационные войны и те-
перь нужно начинать защищать право каждого на информацию, право на доступ
к Интернету как гарантии естественных прав человека, актуальными становятся
и вопросы цифровой безопасности. Несмотря на многочисленные исследования
и легальное закрепление понятий, остается открытым вопрос как соотносятся
эти понятия. Создается впечатление, что эта проблема возникла лишь в 20 веке
и, в сущности, касается только современного поколения. Существует мнение, что
в демократическом обществе, в отличие от авторитарного или тоталитарного,
должна быть абсолютная свобода информации, однако, как показывает практи-
ка, именно эта свобода должна иметь четко установленные пределы для защиты
прав каждого гражданина и национальной безопасности государства в целом.
Английский ученый П. Биркиншоу прямо говорит о необходимости тоталь-
ного контроля над информацией со стороны государства, поскольку утрата этого
контроля грозит потерей власти: «Общество станет излишне любопытным, про-
явятся тенденции к критиканству и деспотии. СМИ, которые берут на себя функ-
ции расследования, могут причинить большой ущерб членам общества, в котором
существует неограниченная свобода информации» [7. P. 179–180]. Поиск ответа,
какая же модель права на доступ к информации наиболее справедлива и опти-
мальна, продолжается.
Как утверждал А. И. Герцен: «Чтобы понять современное состояние мысли,
важнейший путь – вспомнить, как человечество дошло до него…» [1. C. 23–24].
Речь как передача понятийной информации развивалась достаточно долго.
Провести историческую границу: вот это еще не речь, а это уже речь – невозмож-
но. Кроме того, речь нельзя рассматривать только с точки зрения восприятия или
передачи информации, фактически, это фиксация фактов, их озвучивание, осмыс-
ление. При помощи речи, понятий мы думаем. Отсюда важность языка, передаю-
щего информацию. О силе воздействия информации на сознание, волю и чувства
человека писал Аристотель в IV в. до н. э. На ранних стадиях развития человече-
ства применялись исключительно вербальные технологии (слухи, угрозы и т. д.)
Специальные вопросы регулирования и охраны цифровых технологий
Special issues of regulation and protection of digital technologies
Специальные вопросы регулирования и охраны цифровых технологий
Special issues of regulation and protection of digital technologies
183
[5. C. 21–22]. С точки зрения современной доктрины информацию можно воспри-
нимать как «обозначение содержания, полученного из внешнего мира в процес-
се нашего приспособления к нему и приспособления к нему наших чувств» (Н.
Винер) [6. C. 18–19]. Отечественная наука при определении категории «информа-
ция» исходила из критерия новизны (Ю. А. Шрейдер). Однако значение имеет не
только содержание, но и подача информации, отражающая ее несмысловую форму.
Эмоционально заряженная информация может дать требуемый отклик, особенно,
если она основывается на прямо указанных источниках. Важным критерием ин-
формации во все времена была ее достоверность. Именно этот критерий является
основополагающим, гарантировать качество информации, равно как и обеспечить
ее защиту – главные задачи современного государства. В эпоху развития цифро-
вых технологий обеспечение защиты информации не ограничивается правовым
регулированием. Информатизация пронизывает все уровни жизни общества, меж-
дународные отношения и вопросы обороны государства не являются исключени-
ем, в связи с чем цифровая безопасность информации выходит на передний план.
Стоит отметить, что любой конфликт между людьми в первую очередь являет-
ся информационным. Категория «информационная война» была впервые исполь-
зована китайскими учеными в 1985 году. При этом концепция информационной
войны создавалась на базе «Трактата о военном искусстве» известного древнеки-
тайского военного деятеля Сунь-цзы, жившего в V в. до н. э. и доказавшего эф-
фективность информационного воздействия, отмечая: «Покорить соперника без
боя – вот венец искусства» [4. С. 94]. Использование информации как самостоя-
тельного вида оружия было известно с древних времен: слухи, дезинформация,
демонизация (дегуманизация) противника (граф Дракула, Иван Грозный и т. д.),
цензура, демонстрация (боевые кличи и т. д.), нарушение тайны исповеди (Орден
Иезуитов), пропаганда (Третий рейх) и т. п. Эти методы, проверенные временем,
широко представлены и сегодня.
Исторически первыми регулирование оборота информации и отнесение мно-
гих фактов к государственной тайне начали британцы, закон о государственной
тайне в Великобритании издали в 1352 году. В России первые нормы об этом по-
явились лишь в 1649 г. (в Соборном уложении пункты 2 и 20) и касались военной
тайны, при этом речь шла лишь о правительстве, отдельных государственных ор-
ганах и должностных лицах. Начиная с правления Петра I, ситуация изменилась
и в России, на государственном уровне стали собирать абсолютно всю информа-
цию, которая может навредить государственным интересам.
В ст. 29 Конституции РФ закреплено широкое толкование права на инфор-
мацию и ее оборота в нашей стране. Данные положения, отражающие основные
идеалы демократии современного мира, позволяют использовать в борьбе за эко-
номическое и политическое влияние в международных отношениях скрытные
и гибкие формы влияния, где ведущую роль играет контроль и управление инфор-
мационными ресурсами государств. Сегодня информация и управление ею ста-
новится полноценным самостоятельным видом оружия, соответственно, утрата
значимой информации может иметь фатальные последствия.
Специальные вопросы регулирования и охраны цифровых технологий
Special issues of regulation and protection of digital technologies
Специальные вопросы регулирования и охраны цифровых технологий
Special issues of regulation and protection of digital technologies
184
Информационно-психологическая война – наиболее популярная и самая
опасная форма информационного воздействия. Она направлена на угнетение мо-
рального духа, содействует снижению сопротивления и экономии ресурсов на-
падающих. Целью воздействия является формирование такого чувства как страх,
под воздействием которого противник принимает решение о бегстве или сдаче.
Информацию используют для дезориентации, компрометации, дискредитации
и т. д. Цифровые технологии передачи и публикации цифровой информации сегодня
позволяют мгновенно распространить ложную информацию неопределенному кру-
гу лиц. Единственный путь противостояния данному воздействию – образование
и воспитание, базирующееся на религии, обычаях, традициях, историческом опы-
те и т. д. Однако стоит понимать, что сама по себе информационная война явля-
ется лишь средством для достижения иных целей. Методы, которые используются
при ведении информационной войны, разнообразны. Это и традиционные создание
культа превосходства с помощью высмеивания, формирование образов неадекват-
ности, варварства, а также смешение фактов, замалчивание, ложное объяснение,
иллюзия поддержки большинства и т. д., и новый уровень воздействия с помощью
дипфейков и иных технологий. Распространение условно достоверной или откро-
венно ложной информации возможно лишь там, где отсутствуют законодательно
установленные пределы права на информацию и права на доступ к информации.
Определить данные пределы, сохраняя права человека и обеспечивая одновременно
его безопасность, это первостепенная задача каждого государства.
Таким образом, на современном этапе развития целесообразно раскрывать
право на информацию и право на доступ к информации как самостоятельные по-
нятия с уточнением, что человек имеет право на достоверную информацию, а пра-
во на доступ к достоверной информации должно гарантироваться государством.
Достоверностью должна обладать не только информация, но и системы, платфор-
мы, ресурсы. Последние поправки в законодательство Российской Федерации,
закрепившие ответственность за распространение ложной информации, частич-
но обеспечивают достоверность информации на территории государства, однако
только этих мер недостаточно. Право на достоверную информацию и на доступ
к достоверной информации должны не просто декларироваться, а реально защи-
щаться во всем мире и на международном уровне – уровне сети Интернет. К от-
ветственности должны привлекаться международные должностные лица, распро-
страняющие ложную информацию с целью достижения каких-либо политических
целей. Игнорирование достоверной информации на международном уровне имеет
такой же негативный эффект, как и использование ложной информации. События
последних двух лет показали, что право на информацию должно быть не просто
конкретизировано доктринально, оно должно иметь жесткие стандарты единые во
всем мире и во всех сферах.
Список литературы
1. Герцен А. И. Письма об изучении природы / В кн. Избранные философские
произведения. Т. 1. М.: Госполитиздат, 1948. 293 с.
Специальные вопросы регулирования и охраны цифровых технологий
Special issues of regulation and protection of digital technologies
Специальные вопросы регулирования и охраны цифровых технологий
Special issues of regulation and protection of digital technologies
185
2. Кириленко В. П., Алексеев Г. В. Право доступа к информации и медиабез-
опасность // Теоретическая и прикладная юриспруденция. 2019. № 1. C. 39–49.
3. Клюков В. Д. Право на информацию и право на доступ к информации:
понятие и соотношение // Образование и право. 2019. № 8. C. 344–348.
4. Конрад Н. И. Сунь-цзы: Трактат о военном искусстве. М., 1950. 404 с.
5. Манойло А. В. Государственная информационная политика в особых усло-
виях: Монография. М.: МИФИ, 2003. 388 с.
6. Чернавский Д. С. Синергетика и информация: динамическая теория инфор-
мации. М.: Наука, 2001. 243 с.
7. Birkinshaw P. Freedom of Information: the Law, the Practice and the Ideal.
Cambridge: Cambridge University Press, 2010.
8. Birkinshaw P. Freedom of Information and Openness: Fundamental Human
Rights? // Administrative Law Review. 2006. Vol. 58 (1). P. 177–218.
О. И. Ларина,
кандидат экономических наук, доцент,
Государственный университет управления
Н. В. Морыженкова,
кандидат экономических наук,
Государственный университет управления
ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ В БАНКАХ И ПРАВО ПОТРЕБИТЕЛЯ
НА ИНДИВИДУАЛЬНОЕ ОБСЛУЖИВАНИЕ
Аннотация.
На сегодняшний день рынок искусственного интеллекта актив-
но растет и развивается, предлагая новые возможности в сфере обслуживания
банковских клиентов. Результаты опроса показали, что подавляющее большин-
ство потребителей готовы к взаимодействию с технологиями искусственного ин-
теллекта в банковской сфере, однако до сих пор предпочитают иметь возможность
взаимодействия с сотрудником-человеком. Внедрение технологий искусственного
интеллекта в банковской сфере снова поднимает вопросы безопасности и конфи-
денциальности данных клиентов, а также вызывает дискуссию о правосубъектно-
сти «электронного лица».
Ключевые слова
: искусственный интеллект, клиентский сервис, права по-
требителя, некорректное цифровое проникновение, защита персональных данных,
конфиденциальность данных, правосубъектность искусственного интеллекта
ARTIFICIAL INTELLIGENCE IN BANKS AND THE CONSUMER’S RIGHT
TO INDIVIDUAL SERVICE
Abstract.
Today, the artificial intelligence market is actively growing and
developing, offering new opportunities in the field of servicing banking customers.
The survey results showed that most consumers are ready to interact with artificial
intelligence technologies in the banking sector, but still prefer to be able to interact
