ACADEMIC RESEARCH IN MODERN SCIENCE
International scientific-online conference
40
«ДОСТИЖЕНИЕ ЦЕЛЕЙ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ В
ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ»
Po‘latov Odil Qaxramon o‘g‘li
Студент 2-курса Электронная почта: odil98079@gmail.com
Номер сотовой связи: +998 99 916 85 70
Мехри Хасановна
Научный руководитель: Преподователь в
кафедре Международной экономики,
Университет мировой экономики и дипломатии
Международная экономика и менеджмент
https://doi.org/10.5281/zenodo.15837222
Аннотация
Поскольку мир стремится к достижению Целей Устойчивого
Развития ООН к 2030 году, понимание успехов и неудач во всех их
контекстах становится критически важным. Это исследование
фокусируется на роли «исполнителей» — посредников между
национальным лидерством и местными усилиями. В плане Узбекистана,
важность этих исполнителей как звена между политикой и действиями
подчеркивает необходимость переосмысления процесса реализации ЦУР,
чтобы максимально использовать стратегический потенциал для
достижения устойчивого развития.
Abstract
As the world strives to achieve the UN Sustainable Development Goals by
2030, understanding successes and failures in different contexts becomes
critically important. This study focuses on the role of «performers» —
intermediaries between national leadership and local efforts. In the context of
Uzbekistan, the importance of these performers as a link between policy and
action underscores the need to rethink the SDG implementation process in
order to maximize strategic potential for achieving sustainable development.
Annotatsiya
Dunyo 2030-yilga kelib BMTning Barqaror Rivojlanish Maqsadlariga
erishishga intilayotganligi sababli, turli kontekstlarda muvaffaqiyat va
mag‘lubiyatlarni tushunish muhimdir. Ushbu tadqiqot milliy etakchilik va
mahalliy sa’y-harakatlar o‘rtasidagi vositachi
«ijrochilar» roliga qaratilgan. O‘zbekiston kontekstida ushbu ijrochilarning
siyosat va harakatlar o‘rtasidagi bog‘liqlik sifatida ahamiyati barqaror
rivojlanishga erishish uchun strategik salohiyatdan maksimal darajada
ACADEMIC RESEARCH IN MODERN SCIENCE
International scientific-online conference
41
foydalanish uchun BRMni amalga oshirish jarayonini qayta ko‘rib chiqish
zaruratini ta’kidlaydi.
Ключевые слова
: Цели Устойчивого Развития (ЦУР), Исполнители,
Центральная
Азия,
Продовольственная
и
Сельскохозяйственная
Организация (ПСО) при ООН.
Введение
1.1.Вступление
По мере того, как мир приближается к реализации Целей устойчивого
развития Организации Объединенных Наций (ЦУР) на период 2030 года,
становится все более важным оценить, насколько эффективно эти цели
имплементируются в различных регионах. Данное исследование
посвящено преимущественно странам Центральной Азии, в частности
Узбекистану, региону, переживающему быстрые преобразования и
сталкивающемуся с уникальными проблемами в области развития.
Несмотря на значительное внимание мирового сообщества к ЦУР,
существует ограниченное понимание того, как эти цели воплощаются в
конкретные действия. Путем текущего исследования, мы постарались
восполнить этот пробел через изучение роли и представлений участников
среднего звена, или "исполнителей", которые играют важную роль в
преодолении разрыва между политикой высокого уровня и усилиями на
базовом уровне. Изучая их отношение и опыт, это исследование призвано
дать более четкое представление о прогрессе и препятствиях на пути
достижения ЦУР №2 (Искоренение голода), №6 (Чистая вода и санитария) и
№15 (Жизнь на суше) в Центральной Азии, предлагая информацию,
которая имеет решающее значение для улучшения реализации политики
и достижение устойчивого развития.
1.1 Отсутствующие исполнители
Цель данного исследования - оценить отношение специалистов,
ученых и активистов к перспективам успешной реализации Целей
Организации Объединенных Наций в области устойчивого развития (ЦУР).
Это имеет большое значение по нескольким причинам. Во-первых, несмотря
на огромное количество отчетов, исследований и внимание средств
массовой информации к самим ЦУР, было проведено очень мало анализа
того, как эти цели реализуются. Реализация этих целей продвигается
вперед. Это тот аспект над которым стоит задуматься, поскольку ООН и ее
государства-члены установили эти 17 ЦУР в 2015 году, а основные
ACADEMIC RESEARCH IN MODERN SCIENCE
International scientific-online conference
42
достижения должны быть достигнуты в 2020 и 2030 годах. Так как мы
вступаем в 2024 год, приближаясь к предполагаемой кульминации этого
глобального начинания, мы должны иметь некоторое представление о
повседневных проблемах и компромиссах, лежащих в основе прогресса в
достижении этих целей. С учетом того что Доклады ООН сообщили об
изменении климата, тревожные сообщения об относительном
отсутствии прогресса в этой области подчеркивают важность этого
вопроса (Программа ООН по окружающей среде, 2022 год).
Вторая причина, по которой этот вопрос важен, заключается в том, что
среди проведенных анализов почти все они касаются аспектов ЦУР таким
образом, что скорее затемняют, чем проясняют местные процессы
достижения этих целей.
“
Действительно, ведется работа над общими
показателями проблем, которые ставят перед нами ЦУР, будь то
экономические, политические или вопросы устойчивого развития. Хотя
эти вопросы уместны, в основном, что касается реализации, мы имеем
дело с проблемами людей, а не просто организаций или природных
явлений. Политики могут создавать законы и нормативные акты,
ученые-естествоиспытатели могут измерять качество воздуха и воды, а
экономисты могут оценивать широкомасштабные национальные и
глобальные тенденции. Все это важно. Однако они могут лишь в самом
широком смысле отразить наш прогресс. Они оставляют без ответа
вопросы о том, как у нас обстоят дела сегодня и понятна ли
разработанная политика и продвигается ли она теми, кто знает, как это
сделать
”
1
.
(Allen C. 2021)
.
1.1Уровень развития и ЦУР
“
После принятия Целей в области устойчивого развития в 2015 году
многие ожидали, что их реализация ляжет особым бременем на «более
бедные» страны. Логика этой вполне понятной позиции заключалась в
том, что менее развитые страны не могли позволить себе тот уровень
финансовых вложений, который потребовался бы для достижения этих
целей, следовательно, «более богатые» страны должны были помочь им,
чтобы сделать возможным их участие.
”
2
(Biermann F., 2022)
. Пока
безусловно, на первый взгляд привлекательный опыт, достигнутый на
сегодняшний день, не оправдал этих ожиданий. Богатые страны в
значительной степени не выполнили свою часть работы. В исследовании,
проведенном среди стран «Большой двадцатки», Кролл и Слайкер (2018)
ACADEMIC RESEARCH IN MODERN SCIENCE
International scientific-online conference
43
сообщают, что лишь несколько стран предприняли решительные шаги
для достижения целей в своих собственных странах.
Однако с самого начала раздавались отдельные голоса, которые
утверждали, что это противоречит здравому смыслу. Вместо того, чтобы
считать, что достижение ЦУР - это тот случай, когда богатые добиваются
успеха, а бедные терпят неудачу, стимулы для достижения успеха были,
по крайней мере, равными, если не учитывать интересы развивающихся
стран. Действительно, Цели устойчивого развития могут предоставить
реальную возможность для радикальных преобразований в наименее
развитых странах (Международный институт окружающей среды и
развития, 2016). Однако,
“
Национальные процессы реализации ЦУР могут
слишком легко увязнуть в бесконечных дебатах касаемо бюрократических
процедур постановки целей, их достижения и мониторинга и не привести
к никаким изменениям
”
3
(Guterres, A. 2019)
. Хотя последнее
утверждение верно, бюрократические препирательства вряд ли
являются единственной проблемой из наименее развитых стран. Более
того, хотя глобальные показатели в области достижения ЦУР не внушают
оптимизма, есть, по крайней мере, некоторые свидетельства того, что
развивающиеся страны справляются с этой задачей не хуже других и
потенциально превосходят показатели своих более развитых соседей.
1.1 Центральная Азия в глобальном контексте
“
Во многих дискуссиях часто упускаются из виду сравнения и контрасты
между развивающимися странами и развитыми странами. Государства
Центральной Азии во многом отличаются от других стран. Хотя их
следовало бы отнести к категории развивающихся стран, ибо шесть
бывших республик Советского Союза к востоку от Уральских гор и к
западу от Китая переживают положительные изменения гораздо
динамично, чем почти любая другая страна на планете. Без истории
самоуправления, без самоидентификации как нации до 20-го века,
столетиями не имевшие практически ни единого международного
признания до распада СССР, эти страны вступили в 21-век с глубоким
дефицитом экономического, социального и политического потенциала
”
4
.
(Cooley A. 2021)
. Однако менее чем за 30 лет эти страны стали одними из
самых быстрорастущих в мире и важным стратегическим объектом для
обеспечения глобальной безопасности.
Среди стран Европы и Центральной Азии пять из шести стран
ACADEMIC RESEARCH IN MODERN SCIENCE
International scientific-online conference
44
Центральной Азии росли вдвое, втрое и даже более быстрыми темпами
по сравнению со своими западноевропейскими коллегами в условиях
предшествующих пандемии. В Таджикистане наблюдались самые
высокие темпы роста ВВП в регионе - 7,3%, и только Ирландия превысила
этот показатель в отчете Всемирного банка по региону Европы и
Центральной Азии за год. Доля Туркменистана составила 6,2%,
Узбекистана - 5,1%, Казахстана - 4,1% и Кыргызстана - 3,5%. Проблемы
возникли только у зависимого от нефти Азербайджана (1,4%), но после
многих лет рекордного роста ВВП за счет добычи нефти рынки резко
выросли и, вероятно, будут существенно расти в 2023/24 году из-за роста
мировых цен на нефть.
План исследования
2.1Методология
Данное исследование было проведено в сотрудничестве со штаб-
квартирой Продовольственная и сельскохозяйственная организация
(ПСО) ООН в Риме и ее отделениями на местах в Душанбе, Таджикистан;
Баку, Азербайджан; и Анкаре, Турция. Был составлен график интервью
для изучения отношения респондентов к Целям устойчивого развития
(ЦУР) в целом, с особым акцентом на такие цели как ЦУР №2
(Искоренение голода), №6 (Чистая вода и санитария) и №15 (Жизнь на
суше). Используя целенаправленную процедуру отбора с учетом
репутации, была отобрана выборка из 30 исполнителей, состоящая из
профессионалов и адвокатов в трех странах. Каждому офису ПСО было
предложено предоставить список примерно из 10 исполнителей,
обеспечив примерно равное представительство четырех категорий:
должностных лиц ООН (не входящих в ПСО), руководителей
национальных министерств, ответственных за реализацию ЦУР, ученых и
исследователей,
а
также
представителей
информационно-
пропагандистских групп и НПО, участвующих в работе, связанной с ЦУР.
Этот подход был направлен на то, чтобы охватить выборку
представителей среднего звена, участвующих в реализации ЦУР.
Собеседования, которые длились около
30 минут, проводили двуязычные сотрудники ПСО. Анкета из 56
вопросов, первоначально составленная на английском языке, была
переведена на местный язык для большинства респондентов. Этот
инструмент сочетал в себе вопросы с фиксированным выбором и
ACADEMIC RESEARCH IN MODERN SCIENCE
International scientific-online conference
45
открытые исследования. Чтобы оценить осведомленность респондентов
о ЦУР и их отношение к ним, в опрос был включен вариант «Не знаю/не
уверен» для каждого существенного вопроса с фиксированным выбором.
Интервью начинались с общих вопросов о ЦУР, а затем переходили к
конкретному рассмотрению ЦУР №2, №6 и №15. Респондентов просили
оценить эффективность их стран в достижении этих целей и высказать
свое мнение по каждой из еще не установленных задач. Ответы были
переведены на английский язык и были представлены в формате отчета
для анализа, что позволило получить представление о взглядах
исполнителей на прогресс и проблемы в реализации ЦУР в Центральной
Азии.
2.1Характеристики выборки
Целью исследования было проведение 30 интервью, из которых 27
были в конечном итоге завершены и признаны пригодными к
использованию. Исследование началось весной 2020 года, но на прогресс
существенно повлияло закрытие офисов из-за пандемии COVID-19. Это
привело к задержкам, в результате чего период сбора данных был
продлен до 2021 года. Несмотря на эти трудности, достижение показателя
в 90% ответов было сочтено в высшей степени удовлетворительным,
особенно с учетом напряженного периода времени. Распределение
респондентов по трем странам, участвовавшим в исследовании, было
достаточно сбалансированным. В частности, 11 респондентов были из
Азербайджана, 9 из Турции и 7 из Узбекистана. Меньшее количество
интервью в Узбекистане было проведено из-за относительно небольшого
числа потенциальных респондентов, а не из-за недостатка усилий со
стороны местного офиса или персонала. В выборку была включена
разнообразная группа специалистов, чтобы обеспечить всестороннее
понимание реализации ЦУР с различных точек зрения.
27 респондентов были разделены на четыре группы:
1.Должностные лица ООН: 3 респондента
2.Сотрудники национальных министерств: 7 респондентов
3.Академические/профессиональные исследователи: 6 респондентов
4.Представители адвокатуры/НПО: 11 респондентов
Такая классификация обеспечила, чтобы выборка представляла широкий
спектр мнений и опыта, связанных с реализацией ЦУР. Распределение
респондентов по категориям и странам представлено в
таблице 1
. В
ACADEMIC RESEARCH IN MODERN SCIENCE
International scientific-online conference
46
целом, выборка обеспечила надежную основу для анализа отношения и
восприятия исполнителей в отношении прогресса и проблем в
достижении ЦУР №2, №6 и №15 в Центральной Азии. Разнообразие опыта
респондентов позволило провести всесторонний анализ процесса
внедрения с различных профессиональных и региональных точек зрения.
«Таблица 1. Распределение респондентов по регионам и категориям
ООН Официальное Министерство Официальный университет Адвокатур
Узбекистан
1
1
1
4
Азербайджан
2
2
2
5
Турция
-
4
3
2
Дискуссия
«Исполнители» в нашем исследовании занимают критическую
позицию, балансируя между неопределенными целями политики и
практическими требованиями действий. Они обладают более четким
пониманием реализации политики, чем руководители учреждений, и в то
же время остро осознают связанные с этим проблемы. Данные
подчеркивают эту двойственную перспективу. Исполнители признают
прогресс, достигнутый их странами в достижении ЦУР №2, №6 и №15.
Несмотря на некоторую вариацию в отношении отдельных ЦУР и
различия в зависимости от страны, значительное большинство оценивает
этот прогресс от «хорошего» до «отличного». Большинство из них,
включая категорию «справедливых», признают позитивный прогресс в
достижении этих ЦУР. Однако, когда речь заходит о конкретных задачах в
рамках этих целей, возникает иная картина. Существует заметная степень
неопределенности в отношении того, будут ли достигнуты эти целевые
показатели, при этом «Не знаю/не уверен» является наиболее
распространенным ответом на 12 из 28 целевых показателей. В связи с
этим возникает важный вопрос: если даже осведомленные респонденты
не уверены, то кто может быть уверен? Отчасти эту неопределенность
можно объяснить характером выборки. Это специалисты, которых
попросили предсказать будущее, что по своей сути связано с трудностями.
Что еще более важно, сами цели могут быть проблемой. Созданные как по
ACADEMIC RESEARCH IN MODERN SCIENCE
International scientific-online conference
47
политическим, так и по материальным причинам, они могут быть
сложными для интерпретации и практического применения. Это
несоответствие между целями и их практическими деталями, вероятно,
усугубляет неопределенность.
Обзор задач ЦУР подтверждает это мнение. Сложность и запутанность
формулировок целей затрудняют их воплощение в реальные планы.
Например, ЦУР № 2 направлена на «удвоение производительности
сельского хозяйства и доходов мелких производителей продовольствия,
включая женщин, коренные народы, семейных фермеров, скотоводов и
рыбаков, за счет обеспечения безопасного доступа к земле, ресурсам,
знаниям и финансовым услугам». Аналогичным образом, ЦУР №15
направлена на «содействие справедливому распределению выгод от
биологических ресурсов». Такие многогранные и неоднозначные цели, по
понятным причинам, приводят к ответам «Не знаю/не уверен» со стороны
исполнителей. Хотя эти задачи амбициозны и отражают широкие цели, их
сложность может препятствовать практической реализации.
5 Table 1. Achieving Sustainability Goals in Central Asia: The Importance of
“The Middle” Access code: https://unstats.un.org/sdgs/report/2019/The-
Sustainable-Development-Goals-Report-2019.pdf
Заключение и рекомендации
Сосредоточившись на взглядах исполнителей — тех, кто разбирается
в «парадоксах» политики и практических действиях, — мы стремились
глубже понять их роли и проблемы. Полученные результаты
свидетельствуют о том, что в целом исполнители из Центральной Азии с
оптимизмом смотрят на способность своих стран достичь ЦУР №2
(Искоренение голода), ЦУР №6 (Чистая вода и санитария) и ЦУР №15
(Жизнь на суше). Этот оптимизм обнадеживает как Центральную Азию,
так и другие развивающиеся страны, предполагая, что прогресс в этих
регионах может вдохновлять и мотивировать другие страны
активизировать свои усилия.
Однако исследование также выявляет существенные недостатки в
том, как Организация Объединенных Наций структурировала задачи для
достижения этих целей. Эти задачи, созданные как по политическим, так и
по материальным соображениям, часто не содержат четких практических
указаний, что усложняет усилия по их измерению и достижению. Эта
проблема не является новостью, поскольку подобные критические
ACADEMIC RESEARCH IN MODERN SCIENCE
International scientific-online conference
48
замечания появлялись в научной литературе и отчетах ООН и других
учреждений. Хотя пандемия COVID-19 привела к некоторым задержкам,
основная структурная проблема заключается в политическом контексте
ЦУР, который препятствует эффективному осуществлению. В результате
этого исследования возникло несколько вопросов, которые требуют
дальнейшего изучения. В будущих исследованиях следует изучить,
применимы ли эти выводы к странам Центральной Азии или к
развивающимся странам других регионов, таких как Латинская Америка и
Африка. Кроме того, изучение этих вопросов в развитых странах по мере
приближения к 2030 году имеет решающее значение. Полученные данные
свидетельствуют о том, что развивающиеся страны не смогут «опередить»
более богатые страны в некоторых аспектах реализации ЦУР, и эта
область нуждается в дальнейшем изучении. Более того, необходимо
провести дополнительные исследования по самой реализации политики,
особенно в отношении вопросов устойчивого развития. Ключевые
вопросы включают выявление областей сопротивления в реализации
глобальной политики, понимание того, какие стратегии являются
эффективными, и определение того, что является залогом успеха в
реализации политики. Развивающаяся область науки о внедрении может
дать ценную информацию для улучшения глобальной реализации ЦУР. В
конечном счете, успех Целей ООН в области устойчивого развития имеет
решающее значение для нашего общего будущего. Лето 2023 года,
отмеченное масштабными пожарами, вызванными засухой, и высокими
температурами во всем мире, подчеркнуло неотложность решения этих
проблем. Мало кто ожидает конкретного «успеха» или «провала» к 2030
году, однако, мы можем ожидать появления нового набора целей на
период времени после 2030 года. Крайне важно, чтобы мы узнали как
можно больше информации об этом раунде глобальных действий — о его
успехах и неудачах, победах и отступлениях. Понимание того, что работает
и почему, важно не только для академических целей, но и для выживания
нашего вида. Таким образом, направление наших усилий на изучение и
совершенствование имеет решающее значение для нашего будущего.
Что касается моих рекомендаций, для ощутимого улучшения
реализации ЦУР в Центральной Азии необходимо предпринять несколько
практических шагов. Во-первых, упростить и уточнить цели ЦУР, чтобы
сделать их более действенными. Например, вместо того, чтобы стремиться
ACADEMIC RESEARCH IN MODERN SCIENCE
International scientific-online conference
49
“удвоить продуктивность сельского хозяйства”, надо поставить
конкретные, поддающиеся измерению цели, такие как повышение
урожайности на 20% в течение пяти лет. Инвестиции в программы
повышения квалификации для исполнителей среднего звена, будут
значительно способствовать осуществлению дальнейших планов,
предлагая семинары по управлению проектами и методам мониторинга.
Кроме того, было бы релевантно установить регулярные каналы связи
между разработчиками политики и исполнителями, такие как
ежемесячные встречи или цифровые платформы для получения
обновлений и обратной связи в режиме реального времени. И наконец,
направление достаточного количества финансовых и материальных
средств на критически важные инфраструктурные проекты, будут иметь
значительное влияние на достижение целей устойчивого развития.
Примером таких проектов являются водоочистные сооружения, которые
необходимы для обеспечения чистой питьевой водой и улучшения
санитарных условий. Эти проекты включают в себя строительство новых
очистных станций, модернизацию существующих систем водоснабжения и
водоотведения, а также внедрение технологий по очистке и повторному
использованию воды. Финансирование таких проектов способствует
достижению ЦУР, таких как ЦУР #6 (Чистая вода и санитария), и
оказывает прямое положительное влияние на здоровье и благосостояние
населения. Эти шаги могут непременно улучшить реализацию ЦУР и
прогресс в Центральной Азии.
Список использованной литературы (References):
1.
Allen C., (2021). Priorities for science to support national implementation
of the sustainable development goals: a review of progress and gaps. Sustainable
Development, 29(4), 635-652. https://doi.org/10.1002/sd.2164
2.
Biermann F., (2022). Scientific Evidence on the Political Impact of the
Sustainable Development Goals. Nature Sustainability, 5, 795-800.
https://doi.org/10.1038/s41893-022-00909-5
3.
Guterres A., (2019). On the brink and at the world’s edge: Western
approaches to
Central
Asia’s international
cooperation.
https://doi.org/10.1080/02634937.2021.1974818
4.
Cooley A., (2021). Post-Soviet countries: 20 years on the path of
transformation (several
results)
Sustainability,
11(20),
5793.
ACADEMIC RESEARCH IN MODERN SCIENCE
International scientific-online conference
50
Access
code:
https://cyberleninka.ru/article/n/strany-
postsovetskogo-prostranstva-20-let- po-puti-transformatsii-nekotorye-itogi
5.
Table 1. Achieving Sustainability Goals in Central Asia: The Importance of
“The Middle” Access code: https://unstats.un.org/sdgs/report/2019/The-
Sustainable-Development-Goals-Report-2019.pd
6.
Haas P. M. (1992). Introduction: Epistemic communities and international
policy coordination. International Organization,46(1), 1–35. Access code:
https://doi.org/10.1017/S0020818300001442
7.
Haeig L., (2020). The Role of Actors in the Policy Design Process. Policy
Sciences, 53(2), 309-347. Access code: https://doi.org/10.1007/s11077-019-
09365-z
8.
Horn P., & Grugel J. (2018). The SDGs in middle-income countries: Setting
or serving domestic development agendas? Evidence from Ecuador. World
Development,
109, 73-84.
Access
code:
https://doi.org/10.1016/j.worlddev.2018.04.00
9.
Marsh D., & McConnell, A. (2010). Toward a Framework for Establishing
Policy Success. Public Administration, 88(2), 564-583. Access code:
https://doi.org/10.1111/j.1467-9299.2009.01803.x
10.
Merry S. E. (2006). Transnational Human Rights and Local Activism:
Mapping the Middle. American Anthropologist, 108(1), 38-51. Access code:.
https://doi.org/10.1525/aa.2006.108.1.38
11.
Miola A., & Schiltz, F. (2019). Measuring Sustainable Development Goals
Performance: How to Monitor Policy Action in the 2030 Agenda
Implementation? Ecological Economics, 164, (October, 106373). Access code:
https://doi.org/10.1016/j.ecolecon.2019.106373
12.
Omelicheva M. (2018). The Fault Lines of Democratization in Central Asia.
Routledge Handbook of Politics in Asia. Taylor and Francis. Access code:
https://doi.org/10.4324/9781315627670-
13.
Pomfret R. (2019). The Central Asian Economies in the Twenty-First
Century.
Princeton
University
Press.
Access
code:
https://doi.org/10.23943/princeton/9780691182216.001.0001
14.
Putz C. (2018). Remember the Eurasian Economic Union? The Diplomat
(January 13, 2018). Access code: https://thediplomat.com/2018/01/remember-
the-eurasian-economic-union/
15.
Qin J., (2022). Comprehensive evaluation and sustainable development of
water–energy–food–ecology systems in Central Asia. Renewable and Sustainable
ACADEMIC RESEARCH IN MODERN SCIENCE
International scientific-online conference
51
Energy
Reviews,
157,
11206.
Access
code:
https://doi.org/10.1016/j.rser.2021.112061
