Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Journal home page:
https://inscience.uz/index.php/socinov/index
Crime in the Field of Education: A Comprehensive Study of
Causes, Forms, and Countermeasures (Using the Example
of the Russian Federation)
Nozimakhon SOBIROVA
1
Tashkent State University of Law
ARTICLE INFO
ABSTRACT
Article history:
Received December 2024
Received in revised form
15 December 2024
Accepted 20 January 2025
Available online
15 February 2025
This study is dedicated to the analysis of crime in the field of
education, focusing on corruption offenses, acts of violence,
negligent crimes, and manifestations of extremism. The main
hypothesis is that the high level of crime in the educational
environment
—
primarily of a corruption-related nature
—
is
driven by systemic socio-economic and organizational factors
(such as low teacher salaries, insufficient oversight, and moral
degradation), while instances of violence, negligent offenses, and
extremism stem from gaps in preventive measures. The research
identifies key patterns: the dominance of official corruption
offenses among education personnel, the occurrence of violence
against students by staff, the rare incidence of negligent crimes
(about two percent of the total), and the growing threat of
extremist influence on youth. A critical analysis of criminal policy
and preventive measures has been conducted, revealing that,
despite ongoing efforts, the issue of crime in education remains
largely unresolved. The conclusion proposes recommendations
for improving criminal law policy, strengthening preventive
action, and advancing legislative initiatives to ensure safety and
legality in the education system.
2181-
1415/©
2025 in Science LLC.
https://doi.org/10.47689/2181-1415-vol6-iss1/S-pp525-541
This is an open access article under the Attribution 4.0 International
(CC BY 4.0) license (https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/deed.ru)
Keywords:
crime in education,
corruption,
violence,
negligent crimes,
extremism,
prevention .
1
Teacher, Tashkent State University of Law.
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
526
Ta’lim sohasidagi jinoyatchilik: sabablari, shakllari va
qarshi kurash choralari
bo‘yicha keng qamrovli tadqiqot
(Rossiya Federatsiyasi misolida)
ANNOTATSIYA
Kalit so‘zlar
:
ta’limdagi sohasidagi
jinoyatchilik,
korrupsiya,
zo‘ravonlik,
ehtiyotsiz jinoyatlar,
ekstremizm,
profilaktika.
Ushbu ish ta’lim sohasidagi
jinoyatchilikka, xususan
korrupsion huquqbuzarliklar, zo‘ravonlik harakatlari, ehtiyotsiz
jinoyatlar va ekstremizm ko‘rinishlarini tahlil qilishga
bag‘ishlanadi. Tadqiqotning asosiy farazi shundan iboratki,
ta’lim muhitidagi jinoyatchilikning yuqori daraja
si, avvalo
korrupsion xususiyatga ega bo‘lib, bu past oylik maoshlar,
nazorat yetishmasligi hamda ma’naviy tanazzul kabi tizimli
ijtimoiy-
iqtisodiy va tashkiliy omillar bilan bog‘liq. Zo‘ravonlik,
ehtiyotsiz jinoyatlar va ekstremizm holatlari esa profilaktika
ishlaridagi bo‘shliqlar oqibatida yuzaga keladi. Tadqiqotda
asosiy qonuniyatlar aniqlangan: ta’lim muassasalari xodimlari
o‘rtasidagi mansabga oid korrupsion jinoyatlarning ustunligi,
xodimlar tomonidan o‘quvchilarga nisbatan zo‘ravonlik
holatlarining mavjudligi, ehtiyotsiz jinoyatlarning umumiy
ko‘rsatkichdan taxminan 2 foizni tashkil etishi hamda yoshlar
orasida ekstremistik ta’sir tahdidining ortib borayotgani. Jinoyat
siyosati va profilaktik choralar yuzasidan tanqidiy tahlil shuni
ko‘rsatdiki, ko‘rilgan sa’y
-
harakatlarga qaramay, ta’lim
sohasidagi jinoyatchilik muammosi hali ham to‘liq hal etilmagan.
Xulosa sifatida jinoyat-huquq siyosatini takomillashtirish,
profilaktika
choralarini
kuchaytirish
va
qonunchilik
tashabbuslarini rivojlantirish bo‘yich
a tavsiyalar ilgari suriladi,
bu orqali ta’lim tizimida xavfsizlik va qonuniylikni ta’minlash
maqsad qilingan.
Преступность в сфере образования: комплексное
исследование причин, форм и мер противодействия (на
примере Российской федерации)
АННОТАЦИЯ
Ключевые слова:
преступность в
образовании,
коррупция,
насилие,
неосторожные
преступления,
экстремизм,
профилактика
.
Данная работа посвящена анализу преступности в сфере
образования
с
акцентом
на
коррупционные
правонарушения, насильственные действия, неосторожные
преступления и проявления экстремизма. Основная
гипотеза исследования состоит в том, что высокий уровень
преступности в образовательной среде, прежде всего
коррупционной направленности, обусловлен системными
социально
-
экономическими
и
организационными
факторами (такими как низкая оплата труда педагогов,
недостаточный контроль и моральная деградация), а
случаи
насилия,
неосторожных
преступлений
и
экстремизма
являются
следствием
пробелов
в
профилактической работе. В исследовании выявлены
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
527
ключевые закономерности: доминирование должностных
коррупционных
преступлений
среди
работников
образования, наличие случаев насилия над обучающимися
со стороны персонала, единичность неосторожных
преступлений (около 2% от общего числа) и возрастающая
угроза экстремистского влияния на молодежь. Проведен
критический анализ уголовной политики и мер
профилактики
–
установлено,
что,
несмотря
на
предпринимаемые усилия, проблема преступности в
образовании остается во многом нерешенной. В заключение
сформулированы рекомендации по совершенствованию
уголовно
-
правовой политики, усилению профилактических
мер и развитию законодательных инициатив для
обеспечения безопасности и законности в системе
образования.
ВВЕДЕНИЕ
Образование традиционно рассматривается как один из ключевых
приоритетов государства, определяющий будущее общества и национальную
безопасность. Качественная и доступная система образования служит фундаментом
экономического роста, социальной стабильности и культурного развития. Однако в
последние десятилетия образовательная среда всё чаще подвергается негативным
криминальным влияниям. Процессы морально
-
нравственной деградации затронули
даже тех, кто раньше считался «совестью нации» –
в том числе педагогов и
работников образования. Неутешительные тенденции общей преступности в России
(рост зарегистрированных преступлений с ~1,99
млн в 2018
г. до ~2,04
млн в 2020
г.
отражаются и на образовательной сфере. По официальным данным, в одной только
2018
г.
44
430 школьников и студентов
совершили преступления
.
Хотя многие из
этих правонарушений происходят за пределами учебных заведений, сам факт
вовлечения значительного числа обучающихся в преступную деятельность создает
криминогенный фон в молодежной среде и может негативно влиять на их
сверстников.
С другой стороны,
непосредственно в учреждениях образования
фиксируются преступления, совершаемые педагогическими и административными
работниками. Судебная практика свидетельствует, что работники данной сферы
нередко становятся участниками уголовно наказуемых деяний, особенно
коррупционной направленности
. Предшествующие исследования показывают, что
основную массу преступлений, связанных с профессиональной деятельностью
педагогов, составляют именно должностные преступления: взяточничество,
служебный подлог, злоупотребление полномочиями. Так, ещё П.Н.
Панченко (2005)
указывал на распространённость коррупции в образовательных учреждениях и
необходимость отличать её проявления от дисциплинарных проступков. В более
поздних работах отмечается рост числа преступлений в школах и вузах, связанных с
вымогательством денег, продажей оценок и дипломов, хищением бюджетных
средств. Помимо коррупции, в образовательной среде имеют место и
насильственные преступления против личности. Резонанс получили случаи
противоправных действий педагогов в отношении детей –
от физических наказаний
и оскорблений до половых преступлений. В ряде регионов зафиксированы
трагические инциденты: доведение школьников до попыток суицида вследствие
жестокого обращения учителей, систематическое сексуальное насилие над
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
528
учащимися со стороны педагога
-
рецидивиста при попустительстве администрации.
Эти факты подрывают доверие к институту школы и ставят
под угрозу жизни и
здоровье детей.
Актуальность проблемы усиливается появлением новых вызовов, таких как
экстремизм и терроризм, проникающие в молодежную среду. В последние годы
органы
государственной
власти
прямо
указывают
на
необходимость
противодействия
радикализации
учащихся.
В
Стратегии
национальной
безопасности РФ 2021
г. экстремизм назван одним из ключевых негативных явлений
современности, требующих консолидации усилий общества и государства.
Подростки и молодежь наиболее уязвимы перед экстремистским воздействием, в
том числе через интернет и социальные сети. В связи с этим в системе образования
активизирована
профилактическая
работа
антитеррористической
и
антиэкстремистской направленности.
На данном фоне сформулирована следующая
гипотеза исследования
:
преступность в сфере образования в первую очередь порождена системными
недостатками (низким уровнем материального и социального положения
работников, пробелами в управлении и контроле, ослаблением нравственных
ориентиров), вследствие чего коррупционные деяния приобрели массовый характер;
одновременно проявления насилия, неосторожные правонарушения и случаи
вовлечения молодежи в экстремистскую деятельность указывают на
недостаточную эффективность действующих мер профилактики. Предполагается,
что комплексное усиление уголовной политики в сфере образования –
через
антикоррупционные инициативы, обеспечение безопасной среды и просветительские
программы –
позволит снизить уровень преступности в образовании.
Для проверки данной гипотезы в работе проводится обзор и анализ
современных данных о преступности в образовательной сфере, оценивается
существующая уголовная политика и профилактические меры, а также
рассматриваются предложения по совершенствованию законодательства.
МЕТОДЫ
Исследование выполнено
на основе качественного анализа документов и
данных о преступности в сфере образования. В качестве основных источников
информации использованы: статистические сведения Министерства внутренних дел
и Следственного комитета РФ (по опубликованным данным судебно
-
следственной
практики), нормативно
-
правовые акты Российской Федерации, а также результаты
последних научных исследований по теме (монографии, статьи в рецензируемых
журналах). В частности, проведен контент
-
анализ материалов, представленных в
загруженных
документах: работы И.Л.
Мармуты (2014) о преступности в сфере
образования, серии публикаций Е.З.
Сидоровой (2018–2023) по проблемам
уголовной политики и безопасности в образовании, учебно
-
методического модуля
ООН по противодействию коррупции в образовании
(2019) и др.
Методологическая основа исследования сочетает в себе криминологический и
сравнительно
-
правовой подходы. Применялись методы системного анализа –
для
выявления структурных взаимосвязей между различными видами преступлений и
элементами образовательной системы, а также методы сравнительного права –
для
сопоставления профилактических мер и уголовно
-
правовых норм. Статистические
данные обработаны в описательном ключе (без применения сложных
математических моделей) ввиду ограниченности выборки, касающейся именно
преступлений
в
сфере образования (в официальной статистике они не всегда
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
529
выделены отдельно). Качественный анализ кейсов (случаев из практики) позволил
проиллюстрировать типичные причины и условия совершения преступлений.
Следует отметить ограничения исследования. Во
-
первых, оно фокусируется
преимущественно на российском контексте; обобщение результатов на другие
страны проводится с осторожностью и опорой на международные источники по
смежной проблематике. Во
-
вторых, рассматриваются главным образом уголовно
наказуемые деяния, тогда как более мелкие правонарушения и этические проступки
(например, школьное мошенничество, неблагополучие семей) остаются за рамками
данного анализа. Наконец, доступные данные могут не полно отражать «скрытую»
латентную преступность (например, случаи коррупции или насилия, которые не
были официально выявлены и зарегистрированы). Тем не менее, выбранный
комплекс методов и источников обеспечивает достаточно надежную базу для
выявления общих закономерностей и выработки аргументированных выводов в
рамках заявленной темы.
РЕЗУЛЬТАТЫ
Общие тенденции преступности в образовании.
Анализ показал, что
преступность в образовательной сфере носит комплексный характер, затрагивая
разные уровни отношений –
от должностных злоупотреблений до посягательств на
личность. Работники системы образования, как и иные граждане, способны
совершать самые различные виды преступлений, однако
преобладают
преступления должностного характера
–
корыстные деяния, связанные с
использованием служебного положения. По оценкам, порядка 3/4 всех
преступлений, совершенных сотрудниками образовательных учреждений,
составляют
коррупционные
правонарушения.
Для
наглядности
можно
дифференцировать весь спектр преступных проявлений в образовании на три
основные
группы:
1.
Коррупционные преступления педагогических и административных
работников (из корыстных побуждений)
–
получение взяток, коммерческий
подкуп, служебный подлог, хищение или растрата бюджетных средств, иные
злоупотребления должностными полномочиями с целью личной выгоды. Эти
деяния непосредственно связаны с профессиональной деятельностью и
совершаются, как правило, в ходе исполнения служебных обязанностей либо
при оказании образовательных услуг.
2.
Преступления работников образования, обусловленные иными мотивами
–
превышение должностных полномочий, ненадлежащее выполнение
обязанностей, нецелевое расходование выделенных средств и другие
нарушения, не всегда преследующие прямую материальную выгоду, но
наносящие ущерб законности и правопорядку (например, сокрытие
правонарушений, нарушение правил безопасности по халатности).
3.
Насильственные преступления в образовательной среде
–
противоправные
деяния против личности, совершаемые в стенах учебных заведений или в
связи с педагогическим процессом: побои, причинение
вреда здоровью,
оскорбления и издевательства, доведение до самоубийства, сексуальное
насилие и иные посягательства на половую неприкосновенность
обучающихся.
Рассмотрим подробнее выявленные особенности каждой из этих категорий.
Коррупционные правонарушения.
Масштаб и формы проявления.
Коррупция оказалась наиболее распространенной формой преступности среди
сотрудников образования. Материалы следственной и судебной практики по разным
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
530
регионам России показывают многочисленные случаи получения взяток
преподавателями, директорами школ, заведующими кафедрами вузов. Например,
преподаватель Ставропольского государственного аграрного университета был
осужден за получение взятки от студента в сумме 29
000
руб. за благоприятную сдачу
экзамена. В другом случае директор
средней школы незаконно получила от
гражданина денежное вознаграждение (6000
руб.) за предоставление в аренду
школьного спортивного зала. Коррупция охватила все уровни системы –
от школ до
вузов –
и проявляется не только во взяточничестве, но и в
коммерческом подкупе
в
негосударственных учебных заведениях (когда аналог взятки получает лицо,
выполняющее управленческие функции в организации частного образования.
Помимо прямой передачи денег, распространены связанные махинации: служебный
подлог (например, внесение заведомо ложных сведений в аттестаты, зачетки,
дипломы) часто сопровождает факт взятки. В качестве иллюстрации можно
привести случай, когда заведующая учебной частью школы внесла фиктивные
сведения в аттестат выпускника, что расценено судом как преступление по статье о
служебном подлоге. Также фиксируются хищения бюджетных средств в
образовательных учреждениях –
например, заместитель директора школы путем
мошенничества присвоила более 214
тыс. руб. из школьных денег, а директор
колледжа похитил полученные от студентов средства за обучение. Значительный
ущерб наносят и случаи нецелевого расходования бюджетных средств: в Самарской
области руководители детского дома
-
школы израсходовали ~5,5
млн руб.,
предназначенных на содержание воспитанников, на нужды персонала, в результате
чего было возбуждено дело по статье о нецелевом использовании бюджетных
средств.
Причины и условия.
Выявленный анализ подтверждает, что распространение
коррупции в образовании во многом обусловлено объективными социально
-
экономическими факторами.
Низкий уровень заработной платы педагогических
работников
традиционно называется в числе главных причин взяточничества.
Испытывая материальные трудности, некоторые преподаватели воспринимают
взятки как своего рода “дополнительный заработок” или компенсацию за труд.
Одновременно
есть спрос на коррупционные услуги
: состоятельные родители и
сами учащиеся готовы платить за поступление, хорошие оценки или выдачу
диплома. Возникла порочная практика, когда под видом добровольных
пожертвований и спонсорской помощи влиятельные семьи фактически покупают
детям пути к академическим успехам.
Высокая значимость дипломов и аттестатов
в современной экономике создает мощный стимул для коррупции –
как отмечается в
международных исследованиях, там, где получение образования связывается с
перспективой высокооплачиваемой работы, некоторые студенты и родители готовы
идти на подкуп и иные нечестные методы ради “бумажных” достижений. С другой
стороны,
недостатки контроля и этики
внутри системы образования облегчают
реализацию коррупционных схем. Если административный надзор слабый, а
вероятность разоблачения маловероятна, выгоды от коррупции перевешивают
возможные издержки наказания. К сожалению, в ряде случаев преступные действия
педагогов остаются без надлежащей реакции со стороны руководства: известны
ситуации, когда администрация учебного заведения знала о фактах поборов или
даже насилия, но предпочитала не выносить “сор из избы. Такая корпоративная
солидарность или страх за репутацию учреждения приводят к укрывательству
преступлений и формированию атмосферы безнаказанности.
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
531
Последствия коррупции в образовании.
Коррупционные проявления наносят
многосторонний вред образовательной системе и обществу. Во
-
первых, они
подрывают качество и справедливость образования
: падает
уровень знаний
(если оценки можно “купить”), честные ученики демотивируются, нарушается
принцип равных возможностей. Во
-
вторых,
размывается нравственный пример
педагога –
вместо носителя культуры законности учитель, берущий взятки,
транслирует ученикам модель противоправного поведения. Как отмечалось
исследователями, негативные черты поведения педагогов легко усваиваются
обучаемыми и воспроизводятся ими, нередко в еще более опасных формах. Таким
образом, школьная коррупция может способствовать дальнейшей криминализации
молодёжи. В
-
третьих, коррупция подрывает доверие граждан к институтам
образования и власти. Широкое распространение поборов и взяток в школах вызвало
обеспокоенность общества, стало предметом жалоб родителей, освещения в СМИ.
Социологические опросы фиксируют снижение престижа учительской профессии,
если она ассоциируется с мздоимством. Наконец, в финансовом плане коррупция
ведёт к
нецелевому расходованию ограниченных ресурсов
: деньги, которые
могли быть направлены на развитие школ (оборудование, ремонт, зарплаты),
оседают в карманах отдельных должностных лиц. Учитывая далеко идущие
негативные последствия, эксперты подчеркивают необходимость превентивных мер
–
повышение прозрачности и подотчётности, устранение условий для коррупции –
вместо борьбы с уже совершёнными правонарушениями.
Насильственные преступления и злоупотребления в отношении
учащихся.
Несмотря
на
количественное
преобладание
экономической
преступности, преступления против личности в образовательной среде
представляют особую опасность, так как жертвами зачастую становятся дети.
Исследование выявило тревожные примеры физического и психологического
насилия, допускаемого некоторыми педагогами. Согласно данным Следственного
комитета, одной из причин подобных инцидентов является слабый фильтр при
приеме кадров:
к работе с детьми иногда допускаются лица с криминальным
прошлым
, ранее судимые, склонные к агрессии. В результате в школах происходят
случаи рукоприкладства, унижений и жестокого обращения. Так, в ряде регионов
(Волгоградская, Липецкая, Орловская области, Ставропольский край) возбуждались
уголовные дела по фактам
избиений и оскорблений учащихся учителями
. В
отдельных эпизодах противоправное влияние педагогов приводило к самым
трагическим последствиям: сообщается, например, о случаях
доведения подростков
до попыток самоубийства через систематические унижения со стороны учителя.
Отдельного
упоминания
заслуживают
преступления
против
половой
неприкосновенности несовершеннолетних. В Рязанской области был осужден
педагог, который на протяжении полутора лет совершил 25 эпизодов развратных
действий в отношении шести малолетних воспитанников. Особый шок вызывают
детали этого дела: преступник уже имел неоднократные судимости за аналогичные
деяния, однако сумел устроиться работать педагогом; более того, классный
руководитель, директор школы и начальник управления образования были
осведомлены о его преступных действиях, но
не сообщили своевременно в
правоохранительные органы
. Этот пример вскрывает серьезные проблемы в
системе предотвращения насилия –
отсутствие должной проверки кандидатов при
найме и недостаток бдительности (или ответственности) у должностных лиц,
которые обязаны реагировать на сигналы о злоупотреблениях.
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
532
В большинстве случаев насильственные преступления в школе носят характер
индивидуальных отклонений –
подавляющее большинство педагогов добросовестно
выполняют свой долг и не причиняют вреда ученикам. Тем не менее, даже
единичные эксцессы подобного рода недопустимы, так как нарушают
основополагающий принцип
безопасности образовательной среды
. Физическое
или сексуальное насилие со стороны учителя не только причиняет прямой вред
здоровью и психике ребенка, но и негативно сказывается на всём коллективе: у
одноклассников жертвы может формироваться страх перед педагогами, падает
успеваемость, родители утрачивают доверие к школе. Кроме того, школа перестает
быть
безопасным пространством
, что противоречит задачам образования и
нарушает права ребенка. Данные результаты указывают на необходимость усиления
мер
профилактики насилия
: внедрения механизмов раннего выявления
агрессивного поведения, обязательного информирования органов опеки и полиции
о каждом случае посягательств, психологической поддержки пострадавших и т.д.
Неосторожные преступления (преступная небрежность).
Отдельную
категорию составляют преступления, совершенные работниками образования по
неосторожности –
без прямого умысла, вследствие халатности или случайных
обстоятельств. Согласно проведенному анализу, доля
неосторожных преступлений
среди преступлений работников образования невелика (около
2%
от общего числа).
Однако, несмотря на кажущуюся количественную незначительность, такие эпизоды
заслуживают внимания, поскольку зачастую связаны с нарушением безопасности и
могут приводить к тяжелым последствиям. К типичным видам неосторожной
преступности в образовании относятся: а)
нарушение правил дорожного
движения
лицами, связанными с образованием (например, водитель школьного
автобуса или учитель, ставший виновником ДТП с пострадавшими по
неосторожности); б)
халатность должностных лиц
, т.е. ненадлежащее исполнение
своих обязанностей вследствие недобросовестного отношения, повлекшее
причинение вреда. Уголовный кодекс РФ предусматривает ответственность за
халатность (ст.
293 УК) применительно к должностным лицам, и эта норма может
применяться к руководителям образовательных организаций, если их бездействие
или нарушения привели к, скажем, травмированию детей. Практика показывает, что
немало неосторожных преступлений совершается работниками образования в
состоянии алкогольного либо наркотического опьянения. Речь идет прежде всего о
ДТП, совершенных пьяными водителями на территории школ или по пути с
мероприятий, а также о случаях, когда преподаватель в нетрезвом виде причиняет
по неосторожности вред (например, оставил без присмотра эксперимент в кабинете
химии, что привело к пожару). Каждый такой инцидент –
индикатор недостаточного
внутреннего контроля и нарушения профессиональной этики. В целом,
преступная
небрежность
в образовании свидетельствует о пробелах в инструктаже и
дисциплине: либо сотрудники недостаточно осведомлены о мерах безопасности,
либо пренебрегают ими. Хотя данная проблема не носит массового характера, ее
профилактика важна для предотвращения чрезвычайных происшествий в школах и
других учреждениях.
Экстремизм и терроризм в образовательной среде.
Отдельным блоком
результатов стоят данные о распространении идеологически мотивированной
преступности –
экстремистских проявлений, затрагивающих учащихся. Здесь чаще
речь идет
не о преступлениях самих работников образования
, а об угрозах, с
которыми сталкиваются участники образовательного процесса (в первую очередь
студенты и школьники) со стороны внешних радикальных групп и идеологий.
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
533
Проведенный анализ подтверждает, что на современном этапе
экстремизм проник
в образовательную среду
и представляет прямой криминальный вызов молодежи.
Подростки становятся объектом вербовки со стороны экстремистских и
террористических организаций, которые стремятся пополнить свои ряды за счет
молодежи. Преступники нередко действуют через интернет: социальные сети и
мессенджеры позволяют незаметно распространять экстремистскую пропаганду,
подстрекать к противоправным действиям, склонять несовершеннолетних к
участию в запрещенных сообществах. Особую озабоченность вызывает то, что
молодежь,
испытывающая проблемы в социализации
(одиноко себя
чувствующие подростки, дети из неблагополучных или неполных семей, ранее
совершавшие правонарушения) наиболее подвержена влиянию радикалов.
Опасность проявляется как в отдельных трагических случаях (например, т.н.
«шутинги» –
вооруженные нападения в образовательных учреждениях,
совершенные учащимися, нередко под воздействием интернет
-
идеологий), так и в
более скрытой форме (создание подпольных группировок экстремистского толка
среди студентов).
Государственная уголовная политика уже отреагировала на эту угрозу
усилением
профилактических
мер.
Во
всех
регионах
действуют
антитеррористические комиссии, органы власти требуют от школ и вузов
разработки программ по противодействию экстремизму. Вводятся должности
инспекторов или ответственных за безопасность, проводятся регулярные учения и
классные часы на тему толерантности и опасности экстремизма. Как показывают
исследования,
наибольший профилактический потенциал имеет системная
информационная работа с молодежью
в
привычной для нее среде –
прежде всего,
в интернете
. В последние годы соответствующие субъекты профилактики
(правоохранительные органы, волонтерские и молодежные организации) начали
активнее присутствовать в сети, распространяя контент, противоположный по
смыслу экстремистским идеям, продвигая ценности мира и уважения. Причем
эксперты отмечают, что такая контрпропаганда должна вестись
ненавязчиво и
мягко
, чтобы подросток воспринимал сделанный выбор как собственное решение, а
не навязанную извне доктрину. Кроме того, используются инновационные формы:
например, проведение образовательных
игр и квестов
, позволяющих в
увлекательной форме донести до учащихся информацию об опасности терроризма.
Параллельно усиливается
психологическая работа
: во многих школах внедряются
программы раннего выявления детей “группы риска” –
педагогам и психологам
предписано обращать особое внимание на замкнутых, неуспешных, агрессивных
учеников, проводить с ними индивидуальные беседы. В ряде регионов запущены
специализированные проекты
и подпрограммы, направленные на формирование
безопасного образовательного пространства
. Например, муниципальная
программа «Иркутск –
территория детства» (2013–2021) включала задачу создания
безопасной образовательной среды для всех участников процесса, а программа
г.
Братска «Образование –
2020
–2024» предусматривает развитие инфраструктуры и
создание безопасных условий
в организациях образования. Показательно, что
среди целевых индикаторов таких программ имеются
конкретные показатели
безопасности
: доля школ, отвечающих требованиям противопожарной и
антитеррористической
защищенности,
уровень
материально
-
технического
оснащения в соответствии с нормами безопасности и пр.
Вместе с тем, результаты анализа указывают на наличие проблем и пробелов в
противодействии
экстремизму. Несмотря на предпринимаемые шаги, отсутствует
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
534
единая общенациональная программа профилактики экстремизма именно в системе
образования. Эксперты полагают целесообразным разработать специальную
государственную программу
, где были бы четко определены субъекты
профилактики, ресурсы финансирования, перечень превентивных мероприятий и
показатели эффективности. Такой системный подход позволил бы обеспечить более
высокий уровень защищенности образовательной среды от идеологических угроз и
снизить число случаев вовлечения молодежи в экстремистские структуры. В целом
же, борьба с экстремизмом в образовании сегодня находится в стадии активного
становления: достигнуто понимание остроты проблемы, начаты разнообразные
инициативы, но их реализация требует времени и координации.
Оценка уголовной политики и профилактических мер.
Полученные
результаты свидетельствуют, что государственная уголовная политика в сфере
образования пока
не в полной мере отвечает масштабам проблемы
. С одной
стороны, за последние годы приняты важные законодательные и организационные
меры. Ужесточена уголовная ответственность по ряду составов: введена специальная
статья за
мелкое взяточничество
(ст.
291.2 УК) для наказания даже небольших по
сумме
взяток,
конкретизированы
составы
должностных
преступлений
применительно к сфере образования (например, ст.
285^1 УК о нецелевом
расходовании бюджетных средств, которая уже применяется на практике).
Действуют ограничения на занятие педагогической деятельностью для лиц,
имеющих неснятую или непогашенную судимость за тяжкие преступления, особенно
против личности –
это направлено на недопущение рецидивистов к работе с детьми.
Органы прокуратуры регулярно проверяют учреждения образования на предмет
коррупционных рисков и соблюдения требований безопасности. Во многих школах
установлены камеры видеонаблюдения, пропускной режим, организовано
дежурство охраны –
меры, продиктованные как антитеррористическими
соображениями, так и необходимостью предотвращения правонарушений.
Однако, с другой стороны,
системность и эффективность
противодействия
преступности в образовательной среде оставляют желать лучшего. Анализ
нормативной базы показал, что существующие программы носят фрагментарный
характер. Хотя разработаны многочисленные государственные и муниципальные
программы, ориентированные на обеспечение отдельных аспектов безопасности
(антитеррористическая
защита,
профилактика
правонарушений
среди
несовершеннолетних, противопожарная безопасность и т.п.), отсутствует единая
согласованная стратегия, объединяющая эти направления. Многие документы
имеют декларативный или рекомендательный характер; недостаточно четко
определены ответственные исполнители и механизмы контроля выполнения
мероприятий. В результате –
как показывают выявленные кейсы –
на местах нередко
возникают сбои: например, формальный запрет на прием на работу судимых лиц
может обходиться из
-
за неполной проверки кадров, обязательные инструкции по
сообщению о каждом факте насилия могут игнорироваться отдельными
должностными лицами, а антикоррупционные стандарты (такие как прозрачность
экзаменационных процедур) не всегда внедряются из
-
за сопротивления или
инертности системы.
Таким образом, подтверждается предположение, что
уголовная политика в
рассматриваемой сфере только начинает развиваться
и еще не достигла
должного уровня влияния на ситуацию. Государственные инициативы зачастую
реагируют на уже случившиеся инциденты, но не проактивны. Профилактика же во
многом возложена на энтузиазм отдельных педагогов, региональных властей или
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
535
общественных организаций, и зависит от наличия финансирования и внимания со
стороны руководства. Неудивительно, что при таком положении дел проблема
преступности в образовании остается нерешенной и требует дальнейших усилий.
ОБСУЖДЕНИЕ
Полученные результаты согласуются с данными предыдущих исследований и
теориями криминологии, одновременно выявляя определенные противоречия и
пробелы, которые заслуживают обсуждения. Во
-
первых, подтвердился вывод о
преобладающей роли коррупционных преступлений
среди правонарушений в
образовании. Это соответствует как отечественным, так и международным
наблюдениям. Коррупция в образовании давно привлекает внимание
исследователей, называющих ее одной из самых опасных форм подрыва социального
развития. Наш анализ конкретизирует данное положение применительно к
современной России, показывая, что взяточничество, мошенничество и иные
должностные злоупотребления действительно составляют ядро преступности
работников образования. Причины этого явления многогранны. Низкие зарплаты
педагогов и недостаточное финансирование системы создают объективную почву
для поиска “дополнительных доходов” вне закона –
данный фактор упоминался и
исследователями в других странах, и респондентами в отечественных опросах.
Одновременно высокий спрос на дипломы и оценки формирует сильное давление на
участников образовательного процесса, побуждая некоторых прибегать к
незаконным способам достижения успеха. Теоретически такая ситуация
укладывается в экономическую модель Г.
Беккера: решение об участии в коррупции
принимается индивидом путем взвешивания выгод и издержек. В условиях, когда
выгода (получение денег или желаемого статуса) высока, а субъективно
воспринимаемые издержки низки (наказание маловероятно, совесть притуплена
распространенностью практики), преступление становится рациональным выбором.
Соответственно,
для противодействия коррупции
необходимо изменить этот
баланс –
либо уменьшить потенциальные выгоды (например, внедрив прозрачные,
исключающие “человеческий фактор” процедуры экзаменов и зачисления), либо
увеличить неизбежность наказания (неотвратимость ответственности, усиление
контроля и надзора). Не менее важно воздействовать на
этические установки
: когда
коррупция перестает быть нормой и становится морально неприемлемой,
значительная часть потенциальных правонарушителей откажется от нее, даже если
формальный контроль не тотален. В этом плане можно отметить положительные
сдвиги: в педагогическом сообществе активизировалось обсуждение проблем
академической честности, формируются кодексы этики учителей, проводится
антикоррупционное просвещение персонала. Тем не менее, путь к искоренению
коррупции долгий, требующий изменений как институциональных, так и
культурных.
Во
-
вторых, выявленные случаи
насилия и злоупотреблений в отношении
учащихся
ставят под сомнение эффективность существующих мер отбора и
контроля персонала. Очевидно, что принцип “не навреди” должен быть базовым в
профессии педагога, и большинство учителей этому следует. Тем не менее, факты
трудоустройства ранее судимых лиц в школы, а также случаи сокрытия
администрацией сообщений о насилии указывают на системные сбои. Возникает
вопрос:
каким образом
человек с доказанной склонностью к преступлению оказался
среди тех, кому доверены дети? Здесь можно предположить несколько причин: либо
на момент приема на работу сведения о судимости не были доступны (например,
были погашены, и формально не учитывались),
либо имела место халатность при
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
536
проверке документов, либо же у руководства была нехватка кадров и оно
сознательно пошло на риск. В любом случае, ситуация недопустима. Российское
законодательство устанавливает достаточно строгие ограничения на занятие
педагогической деятельностью лицами с судимостью за тяжкие преступления
(особенно против жизни, здоровья, половой неприкосновенности) –
эта норма
направлена как раз на предотвращение рецидивов. Возможно, выявленные
инциденты произошли до ужесточения проверки либо были связаны с категориями
преступлений, формально не подпадающими под запрет (например, имущественные
преступления). Важнее то, что имело место
попустительство и отсутствие
контроля
со стороны коллег и вышестоящих органов. Дисциплинарные и уголовно
-
правовые меры должны применяться не только к непосредственному виновнику
насилия, но и к должностным лицам, не выполнившим обязанность по защите детей.
К примеру, в упомянутом случае в Рязанской области вина лежит и на руководителях
школы, не сообщивших о педофиле
-
воспитателе –
подобные действия (точнее,
бездействие) могут квалифицироваться как служебная халатность. Следовательно,
уголовная политика
должна предусматривать неизбежность наказания для всех
участников таких ситуаций. Кроме того, нужна проактивная
профилактика:
регулярная аттестация педагогов, психологический мониторинг их состояния
(чтобы выявлять признаки профессионального выгорания или агрессии), обратная
связь от учеников и родителей (анонимные опросы о самочувствии, об отношении
учителей к детям). Современные технологии позволяют внедрять системы сбора
жалоб (например, через интернет
-
порталы или горячие линии), что повысит
выявляемость проблемных случаев. Важно формировать в образовательных
организациях культуру
нетерпимости к насилию
–
когда каждый сотрудник,
заметивший неладное, считает своим долгом сообщить об этом, а не “покрывает”
коллегу.
В
-
третьих, категория
неосторожных преступлений
высветила такой аспект,
как безопасность инфраструктуры и процессов в образовании. Хотя эти
преступления редки, каждый случай –
сигнал к улучшению системы. Например,
дорожные происшествия с участием школьных транспортных средств указывают на
необходимость строгого отбора и обучения водителей, контроля их состояния
(особенно недопущения алкогольного опьянения).
Случаи халатности, если они
происходят, часто коренятся в
перегрузке административного персонала
или
неясности должностных инструкций. Заведующий хозяйством может недооценить
важность какого
-
то технического регламента, учитель –
отвлечься во время
эксперимента, потому что одновременно ведет бумажную работу. Предотвращение
таких ситуаций требует
совершенствования менеджмента риска
: введения чек
-
листов по безопасности, автоматизации некоторых процессов (систем оповещения,
датчиков дыма, блокирующих устройств). К счастью, пока неосторожная
преступность в образовательной сфере не носит характера эпидемии. Но, учитывая
стремление государства обеспечить комплексную безопасность, этому направлению
тоже следует уделить внимание –
возможно, в рамках единого стандарта “Безопасная
школа”.
Наконец, результаты, связанные с
экстремистскими угрозами
, заслуживают
отдельного обсуждения, выходящего за рамки классической уголовной статистики.
Здесь мы имеем дело с
превентивной деятельностью
, так как цель –
не допустить
вовлечения молодежи в преступления экстремистского характера. Наше
исследование показывает, что предпринимаемые меры в целом соответствуют
рекомендациям криминологов и педагогов: делается упор на просвещение,
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
537
психологическую помощь, создание условий для самореализации подростков
(кружки, спорт, творчество, чтобы у них не оставалось “вакууума”, который могут
заполнить деструктивные идеи). В то же время очевиден недостаток координации и
ресурсов. Как было отмечено, отсутствует общенациональная специализированная
программа борьбы с экстремизмом в системе образования. Разрозненные акции –
важны, но могут быть несистемными и непродолжительными. Представляется
целесообразным, например, разработать
методические рекомендации для школ и
вузов
по раннему выявлению признаков радикализации учащихся, обучить
педагогов основам противодействия экстремистской идеологии (как распознавать
соответствующие символы, аргументы и т.д.). Кроме того, дискуссионным остается
вопрос о границах вмешательства: как избежать ситуации “охоты на ведьм”,
соблюсти баланс между профилактикой и уважением прав студентов на собственные
взгляды. Здесь необходимы дальнейшие исследования –
в том числе, с привлечением
социологов и психологов –
чтобы выработать научно обоснованные, эффективные и
этически приемлемые подходы.
Обобщая,
основные проблемы
, выявленные при обсуждении результатов,
сводятся к следующему: 1) сохраняющиеся системные предпосылки коррупции
(экономические и организационные), которые нейтрализовать сложно, но
необходимо через комплекс мер; 2) недостаточная строгость и оперативность
контроля за персоналом и условиями в образовательных учреждениях, требующая
коррекции управления и культуры; 3) фрагментарность и локальность
профилактических программ, отсутствие единой стратегии обеспечения
криминологической безопасности образования; 4) необходимость дальнейшего
научного изучения специфики преступности в образовании (криминологического
“портрета” преступника
-
педагога, эффективности тех или иных профилактических
мер, влияния цифровизации на преступность и др.). Данное исследование
подтверждает начальную гипотезу о том, что проблема носит системный характер и
не может быть устранена лишь силовыми методами –
требуется системная
профилактика, опирающаяся на глубокое понимание причин.
ВЫВОДЫ
Анализ преступности в сфере образования, основанный на рассмотренных
документах и исследованиях, позволяет сделать ряд итоговых выводов в контексте
заявленной гипотезы.
Во
-
первых
, подтвердилось, что
коррупционные преступления являются
доминирующими
среди правонарушений в образовательной среде
.
Причины этого
кроются в сочетании социально
-
экономических факторов (низкая оплата труда
педагогов, высокий спрос на “результаты” образования, порождающий предложение
коррупционных сделок) и институциональных изъянов (недостатки контроля,
слабость этических норм). Такие преступления наносят серьезный вред качеству
образования и социальной справедливости, поэтому борьба с ними должна
оставаться приоритетом уголовной политики.
Во
-
вторых
, случаи
насилия и других умышленных злоупотреблений
со
стороны отдельных работников образования хотя и не носят массового характера, но
показывают опасные сбои в системе обеспечения безопасности обучающихся.
Необходима неотвратимость ответственности для виновников и тех, кто
потворствует им, а также упреждающие меры –
от жесткого кадрового отбора и
периодических проверок до создания атмосферы нулевой терпимости к насилию.
В
-
третьих
,
неосторожная преступность
(преступная халатность) среди
работников образования проявляется редко, однако требует внимания в части
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
538
улучшения управленческих и технических регламентов, предотвращения факторов,
ведущих к несчастным случаям (например, соблюдение правил перевозки детей,
противопожарных норм и т.д.).
В
-
четвертых
,
экстремистские угрозы
в образовательной среде стали
реальностью, на которую система реагирует развитием профилактических
инициатив. Здесь важно продолжать и наращивать комплексную работу по
формированию стойкости молодежи к радикальной идеологии, вовлекая не только
правоохранительные органы, но и педагогов, психологов, семьи, самих студентов.
Проведенное исследование в целом
подтверждает выдвинутую гипотезу
.
Преступность в сфере образования действительно обусловлена совокупностью
системных причин, и ее устойчивое снижение невозможно без изменения этих
базовых условий. В частности, пока сохранится существенный разрыв между
ответственностью, возложенной на педагогов, и уровнем их обеспечения и контроля,
будут возникать коррупционные соблазны. Если не восполнить недостатки
воспитательной работы и не улучшить психологический климат, время от времени
будут проявляться акты агрессии и деструктивного поведения в школах. Таким
образом, необходим
комплексный пересмотр уголовной политики
в отношении
образования, смещение акцента с реактивных мер наказания
на
превентивные
стратегии
. Это предполагает следующие практические рекомендации:
•
Антикоррупционные меры.
Повысить материальную и социальную
защищенность педагогов (чтобы уменьшить экономическую мотивацию к
преступлениям); обеспечить прозрачность критических процедур (экзамены,
конкурсы на поступление, распределение финансирования) –
например,
посредством цифровизации и общественного наблюдения; внедрить во всех
образовательных организациях действенные
антикоррупционные программы
(обучение этике, внутренний аудит, горячие линии для сообщения о
вымогательствах). Международный опыт указывает, что превенция через
повышение транспарентности наиболее эффективна для борьбы с коррупцией.
•
Защита обучающихся от насилия.
Усилить входной контроль при найме на
педагогические и административные должности –
обязательная проверка
репутации, прошлой деятельности, психологическое тестирование на склонность к
насильственному поведению. Разработать стандарт реагирования на жалобы: при
любом сигнале о противоправных действиях в отношении детей незамедлительно
проводить проверку с участием правоохранительных органов. Рассмотреть
возможность введения
персональной ответственности руководителей
за
сокрытие случаев насилия или других тяжких дисциплинарных проступков.
Расширить штат школьных психологов и социальных педагогов для работы с
конфликтными ситуациями, проводить регулярные тренинги для учителей по
ненасильственным методам педагогического воздействия и стресс
-
менеджменту.
•
Повышение
безопасности
и
предупреждение
неосторожных
преступлений.
Включить в программы развития образования разделы,
посвященные обеспечению безопасных условий:
от модернизации зданий
(ограждения, системы эвакуации, видеонаблюдение) до обучения персонала
действиям в чрезвычайных ситуациях. Ввести практику аудитов безопасности в
школах (силами МЧС, внутренних дел, образования) с оценкой выполнения
требований. За халатное отношение должностных лиц к соблюдению нормативов
безопасности применять меры дисциплинарного и при необходимости уголовного
воздействия –
это создаст превентивный эффект.
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
539
•
Противодействие экстремизму.
Разработать и принять на федеральном
уровне
специализированную
комплексную
программу
профилактики
экстремизма и терроризма в образовательной среде
. В ней следует определить
роли всех заинтересованных субъектов –
от федеральных министерств до школьных
администраций и молодежных организаций –
и наладить устойчивое
финансирование профилактических проектов. Особое внимание уделить интернет
-
пространству: активизировать создание позитивного контента, продвижение
контрнарративов, работу блогеров и лидеров мнений, способных влиять на умы
молодежи в конструктивном ключе. Параллельно расширять возможности для
самореализации студентов: поддержка студенческих клубов, волонтерства,
спортивных и культурных мероприятий снижает риск увлечения деструктивными
идеями.
•
Совершенствование законодательства.
Инициировать аудит действующих
нормативно
-
правовых актов, затрагивающих сферу образования, на предмет
достаточности мер по противодействию преступности. Возможно, целесообразно
дополнить Федеральный закон “Об образовании” отдельной главой о гарантиях
безопасности образовательной среды, где прописать обязанности образовательных
организаций по профилактике правонарушений (например, создание комиссий по
этике, планов мероприятий по безопасности). Развивать нормы по защите прав
потерпевших несовершеннолетних в уголовном процессе,
чтобы минимизировать
травматизацию детей при расследовании случаев насилия. Законодательно
закрепить статус и полномочия школьных психологов и социальных работников,
участвующих в профилактике девиантного поведения. В сфере антикоррупционного
законодательства –
продолжить работу по уточнению составов преступлений,
связанных с образовательной деятельностью, учитывая появление новых схем
(например, ответственность за подкуп в ходе аккредитации или лицензирования
учебных программ, если такие проблемы выявятся
).
•
Мониторинг и наука.
Ввести систему регулярного мониторинга
криминогенной обстановки в образовании –
сбор статистики не только о
преступлениях, совершенных несовершеннолетними, но и о преступлениях
в
отношении
несовершеннолетних и
сотрудниками
образовательных структур. Это
позволит отслеживать динамику и эффективность принимаемых мер. По линии
науки –
продолжить исследования, заполняющие пробелы знаний: нужны
криминологические портреты правонарушителей в образовании, изучение причин,
по которым часть педагогов сохраняет высокий нравственный иммунитет (для
тиражирования
позитивного
опыта),
оценка
результата
внедренных
профилактических инноваций. На основе таких исследований уголовная политика
должна гибко корректироваться.
В перспективе, реализация указанных рекомендаций может способствовать
формированию
целостной
системы
криминологической
безопасности
образования
–
такой среды, где риски преступных проявлений минимизированы, а
возникающие инциденты своевременно пресекаются и не влияют на стратегические
задачи воспитания и обучения.
Образовательные учреждения должны стать
территорией доверия и закона
, где любые проявления коррупции и насилия
встречают решительный отпор со стороны сообщества и государства. Добиться этого
сложно, но возможно при условии скоординированных усилий всех
заинтересованных сторон –
законодателей, правоохранительных органов,
педагогического сообщества, родителей и самих учащихся. Настоящее исследование
внесло вклад в обоснование такой необходимости, раскрыв природу и масштаб
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
540
проблемы преступности в сфере образования. Полученные выводы могут послужить
основой для дальнейших научных и практических разработок, направленных на
укрепление правопорядка в образовательной системе и обеспечение благополучного
будущего подрастающего поколения.
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ
:
1.
Антикоррупционный модуль 9: Коррупция в образовании. (2019). Учебно
-
методическое пособие. Программа «Образование во имя правосудия» (E4J).
Управление ООН по наркотикам и преступности (УНП ООН).
2.
Уголовный кодекс Российской Федерации. (1996, 24 мая). Федеральный
закон № 63
-
ФЗ «Уголовный кодекс Российской Федерации» (с изм. и доп.). Доступно:
http://pravo.gov.ru (на английском языке).
3.
Федеральный закон «О противодействии терроризму» № 35
-
ФЗ. (2006, 6
марта). Доступно: http://pravo.gov.ru (на английском языке).
4.
Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации» № 273
-
ФЗ.
(2012, 29 декабря). Собрание законодательства РФ, 53(ч. 1), ст. 7598 (с изм. и доп.).
5.
ГИАЗ МВД (Главный информационно
-
аналитический центр МВД РФ). (2022).
Официальные статистические данные о преступности в России [в электронном виде].
Дата
обращения:
сентябрь
2023
г.
Доступно
по
адресу:
https://мвд.рф/mvd/structure1/C
entri/Glavnij_informacionno_analiticheskij_cen
6.
Правительство Новосибирской области. (2017, 29 июня). Постановление №
246-
п «Об утверждении региональной программы Новосибирской области
«Профилактика правонарушений, экстремизма и терроризма»». Доступно на
официальном портале Новосибирской области: https://nso.ru.
7.
Конституция
Российской
Федерации.
(1993).
Доступно
на:
http://www.constitution.ru.
8.
Мармута, И. Л. (Мармута, И. Л.) (2014). К вопросу о преступности в сфере
образования. Сборник материалов, Ставрополь.
9.
Мармута, И. Л. (Мармута, И. Л.) (2016). Особенности коррупционных и
насильственных действий в профессиональной деятельности педагогов. Известия
вузов Северо
-
Кавказского федерального округа, 2, 37–
45.
10.
Минобрнауки России (Минобрнауки России). (2008, 4 июня). Приказ № 170
«О комплексе мер по противодействию терроризму в сфере образования и науки».
Доступно на: https://docs.edu.gov.ru.
11.
Минобрнауки России (Минобрнауки России). (2013). Методические
рекомендации по антикоррупционному просвещению в образовательных
организациях. Доступно на: https://docs.edu.gov.ru.
12.
Министерство
образования
Иркутской
области
(Министерство
образования Иркутской области). (2020). Подпрограмма «Безопасность и
противодействие экстремизму в образовательной среде» в
рамках программы
«Образование –
2020
–2024». Доступно на: https://irkobl.ru
13.
Панченко, П. Н. (Панченко, П. Н.) (2005). Проблемы морально
-
нравственной
деградации в сфере образования. Вестник Общественных Наук, 4(2), 52–
60.
14.
Президент Российской Федерации (Президент РФ). (2021, 2 июля). Указ №
400 «О стратегии национальной безопасности Российской Федерации». Собрание
законодательства РФ, 27(2), ст. 5351.
15.
Сборникский район. программа «Профилактика правонарушений,
экстремизма и терроризма...» (2019). Сборник региональных программ
«Профилактика правонарушений, экстремизма и терроризма». Новосибирск.
Жамият
ва
инновациялар
–
Общество
и
инновации
–
Society and innovations
Special Issue
–
01 (2025) / ISSN 2181-1415
541
16.
Сидорова Е. З. (Сидорова Е. З.) (2018). Развитие уголовной политики в сфере
образования: проблемы и перспективы. Юридические исследования, 3, 85–
94.
17.
Сидорова Е. З. (Сидорова Е. З.) (2019). Современные виды коррупционных
преступлений в образовательных учреждениях. Журнал российских прав, 11, 102–
112.
18.
Сидорова Е. З. (Сидорова Е. З.) (2021а). Современная уголовно
-
правовая
политика в отношении преступности в сфере образования, реализуемая на широком
уровне. Труды Восточно
-
Сибирского института МВД России, 2, 20–
23.
19.
Сидорова Е. З. (Сидорова Е. З.) (2021б). О противодействии экстремизму и
терроризму в образовательной среде на современном этапе. В Материалах научно
-
практической конференции «Уголовная политика на современном этапе» (стр. 177–
180). Иркутск.
20.
Сидорова Е. З. (Сидорова Е. З.) (2022а). Уголовно
-
правовая характеристика
некоторых неосторожных последствий, наблюдаемых работниками образования.
Социально
-
экономический и гуманитарный журнал Красноярского ГАУ, 1, 101–
115.
21.
Сидорова Е. З. (Сидорова Е. З.) (2022б). Профилактика коррупционных
действий в образовательном процессе: правовые и организационные аспекты.
Всероссийский криминологический журнал, 16(2), 208–
218.
22.
Сидорова Е. З. (Сидорова Е. З.) (2023а). Общая характеристика преступности
производимого образования: современный криминологический и уголовно
-
правовой анализ. В Материалах конференции «Уголовная политика и образование»
(стр. 44–57). Иркутск.
23.
Сидорова Е. З. (Сидорова Е. З.) (2023б). Муниципальная уголовная политика
в сфере борьбы с преступностью в образовательной среде. Вестник ВГУ. Серия: Право,
1(52), 218
–
224.
24.
Сидорова Е. З. (Сидорова Е. З.) (Ред.). (2018–2023 гг.). Цикл опубликовал по
проблемам уголовной политики и криминалистической безопасности образования.
Иркутск и Красноярск.
25.
Следственный комитет Российской Федерации (Следственный комитет
РФ). (2023). Статистические данные о расследовании преступлений в сфере
образования. Дата обращения: сентябрь 2023 г. Доступно
на: https://sledcom.ru
26.
Собрание законодательства РФ (Собрание законодательства РФ). (2012).
Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации» № 273
-
ФЗ, 53(ч. 1),
ст. 7598.
27.
Уголовная политика на современном этапе. (2021). В Материалах
Международной
научно
-
практической конференции (II Байкальский юридический
форум), Иркутск, 23–25 сентября 2021 г. (стр. 64–68). Издательский дом БГУ.
28.
Угольный
кодекс
Российской
Федерации.
(1996).
Собрание
законодательства РФ, 25, ст. 2954 г. (Консолидированная версия с
изм. на 2023 г.)
29.
УНП ООН (Управление ООН по наркотикам и преступности). (2019).
Инициатива «Образование для правосудия» (E4J): Серия университетских модулей –
Борьба с коррупцией [Модуль 9]. Доступно: https://www.unodc.org/e4j.
30.
Законодательное собрание субъектов РФ (Законодательное собрание
субъектов РФ). (2021). Результаты правоприменительной практики по делам о
коррупционных преступлениях в образовании. Регион Пресс.
