Vol. 1 No. 1 (2025)

Одним из наиболее серьёзных вызовов современной психиатрии остаётся коррекция негативной симптоматики при шизофрении, которая характеризуется высокой устойчивостью к традиционным методам терапии. Такие проявления, как ангедония, апатия, снижение инициативности, ограниченность социальных контактов и эмоциональное обеднение, существенно снижают адаптационные возможности пациентов и ухудшают качество их жизни. Выявление и анализ факторов, способствующих манифестации и усилению этих симптомов, представляют особый интерес с точки зрения разработки комплексных терапевтических и реабилитационных стратегий.

На сегодняшний день суицидальное поведение приобретает характер глобального феномена, требующего комплексного междисциплинарного подхода. Согласно данным, опубликованным в The Lancet Public Health (февраль 2025), только за 2021 год во всем мире было зафиксировано 746 тысяч случаев завершённых самоубийств, причём уровень смертности от суицида среди мужчин почти в два раза превышал аналогичный показатель у женщин. Эти цифры подчёркивают неизменную актуальность изучения факторов, предрасполагающих к формированию и реализации суицидального поведения. Особый интерес представляют психологические характеристики лиц, совершивших суицидальные попытки, включая их личностные черты и используемые стратегии психологической защиты, поскольку именно эти параметры могут служить как индикаторами риска, так и потенциальными мишенями для профилактического вмешательства.

Резистентная депрессия (РД) - одна из наиболее сложных форм депрессивных расстройств, устойчивая к стандартным методам терапии. Распространённость РД достигает 30% среди пациентов с депрессией, что обуславливает необходимость поиска новых терапевтических и диагностических подходов. Особое внимание уделяется психологическим механизмам, влияющим на течение заболевания и ответ на лечение.

По данным ВОЗ, частота бесплодных браков по психологическим причинам колеблется в широких пределах и не демонстрирует тенденции к снижению в странах мира [2, 3, 5]. Диагноз «психогенное бесплодие», «идиопатическое бесплодие» или «бесплодие неясной этиологии» устанавливается в тех случаях, когда оба партнёра прошли медицинское обследование с целью выявления физиологических причин нарушения репродуктивной функции, и результаты обследования свидетельствуют о нормальной фертильности пары [1, 4, 6, 8,13].
Наследственность, генетическая предрасположенность и физиологические особенности являются биологическими детерминантами, влияющими на развитие и функционирование личности [7,12,14,15].
Следует отметить недостаточную изученность вопроса выявления и систематизации эмоциональных детерминант у мужчин как интегрального личностного образования, формирующегося в процессе социального взаимодействия субъекта [9,10,11].
В рамках нашего исследования применяется диспозиционный подход, в соответствии с которым личность рассматривается как уникальное сочетание индивидуальных черт [16,17].

Проблема мужского бесплодия в последние десятилетия приобретает всё большую медицинскую, социальную и психологическую значимость. По данным Всемирной организации здравоохранения, до 50% всех случаев бесплодия в парах связано с мужским фактором. При этом значительная доля приходится на идиопатическое бесплодие - состояние, при котором не удаётся выявить органических или функциональных причин снижения фертильности. В подобных случаях всё большее внимание исследователи уделяют психогенным детерминантам репродуктивных нарушений.

Актуальность проблемы депрессивных расстройств у детей и подростков обусловлена трудностями своевременной диагностики аффективной патологии, что может привести к серьёзным последствиям, включая риск суицидального поведения.

Профилактика поведенческих нарушений является одной из ключевых задач практического здравоохранения, поскольку охватывает не только медицинские, но и социальные, педагогические и юридические аспекты (Ворсина О. П., 2024).

Настоящая работа направлена на исследование снижения частоты сновидений с участием гигантских насекомых у лиц, страдающих тревожным расстройством, в контексте гипотетического механизма архетипической репрессии. Предполагается, что в условиях хронической информационной перегрузки психика пациентов вытесняет символические образы экзоскелетной защиты, ранее проявлявшиеся в сновидениях как компенсаторный механизм. Статья предлагает модель взаимодействия коллективного бессознательного и когнитивной защиты в эпоху цифрового шума.

Биопсихосоциальная модель, интегрирующая генетическую предрасположенность, стрессогенные жизненные события и влияние цифровой среды, представляет собой перспективный инструмент для выработки новых прогностических критериев, применимых к анализу динамики распространённости психических расстройств среди современных поколений.

Селфхарм (несуицидальное самоповреждение) представляет собой осознанные действия, направленные на нанесение вреда собственному телу без цели смерти. В последние десятилетия селфхарм получил широкое распространение среди подростков, особенно девушек. По оценкам специалистов, до 20% подростков хотя бы раз в жизни прибегали к самоповреждениям. Селфхарм не является самостоятельным диагнозом, а выступает как симптом, часто сопутствующий различным психическим и личностным нарушениям.

Селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС) являются наиболее широко применяемым классом антидепрессантов при лечении депрессии и тревожных расстройств. Это обусловлено их высокой селективностью действия и лучшей переносимостью по сравнению с трициклическими антидепрессантами (ТЦА) и ингибиторами моноаминоксидазы (МАОИ). Однако факторы, определяющие выбор СИОЗС врачом вместо других групп антидепрессантов, остаются недостаточно изученными в рамках сравнительных исследований типа «случай - контроль».

The leading criteria for assessing a child's health are the state of mental and motor functioning. A delay in the development of motor activity, in turn, can cause a delay in the child's mental development since these two areas of activity represent the most important basis for understanding the surrounding picture of the world.

Mental disorders related to somatic non-infectious diseases, infectious diseases, and intoxications are classified as psychoses. Exogenous factors play a major role in their development. The term psychosis, derived from Greek, refers to a disturbed mental state characterized by pronounced mental activity during which mental reactions contradict the actual situation. This significantly impacts the perception of reality and leads to disorganized behavior.

На сегодняшний день существует ограниченное количество исследований, посвящённых проблеме эмоционального интеллекта у пациентов с шизофренией [4, 6, 10]. В одних работах основное внимание уделяется нарушениям эмоциональной сферы у данной категории пациентов, а также их взаимосвязи с социальной ангедонией, отдельными клиническими симптомами заболевания и нейрокогнитивными дефицитами [1,3, 5]. Другие исследования сосредоточены на расстройствах социального познания при параноидной форме шизофрении, рассматривая эмоциональный интеллект как интегральную часть этого процесса [2,8,11].

Шизофрения, в большей степени по сравнению с другими психическими расстройствами, сопровождается выраженным нарушением социального функционирования. Это проявляется в дестабилизации межличностных отношений, утрате социальных связей, в том числе внутри семьи, а также в нарушении привычных моделей взаимодействия и повседневной активности [1, 8,12,18].

Несуицидальное самоповреждение (парасуицид,членовредительство, суицидальные жесты) как форма селфхарм-поведения в настоящее время стало распространённым явлением среди подростков и молодежи. Это явление можно охарактеризовать как преднамеренные действия по повреждению собственного тела без намерений привести к фатальным последствиям, то есть без суицидальных устремлений, с основной целью снижения психологического стресса. Наиболее часто встречаются самопорезы, реже - удары, прижигания, царапины и другие способы.

В современной подростковой среде отмечается устойчивая тенденция к увеличению распространённости несуицидального самоповреждающего поведения (НСПП), что обусловлено комплексом как личностных, так и социально-психологических факторов. НСПП представляет собой преднамеренное нанесение себе телесных повреждений без цели самоубийства и, как правило, выступает способом снижения эмоционального напряжения, регуляции аффекта или средством выражения внутреннего конфликта. Особую обеспокоенность вызывает возрастающая частота подобных эпизодов в пубертатный период, когда эмоциональная нестабильность сочетается с дефицитом адаптационных ресурсов. Анализ структурных характеристик и мотивационно-регуляторных механизмов НСПП имеет важное значение как для углубления научного понимания феномена, так и для разработки эффективных профилактических и психокоррекционных программ, направленных на снижение риска формирования устойчивых форм аутоагрессии в подростковом возрасте.

Дефицитарная симптоматика является основной причиной инвалидизации, снижения комплаентности и качества жизни больных, страдающих параноидной шизофренией. Несомненно, что биологические детерминанты негативной симптоматики при параноидной шизофрении являются определяющими в структуре траектории развития дефицитарной картины, предоставляющими потенциальные варианты коррекции и реабилитации данной патологии. Поскольку при параноидной шизофрении наблюдаются когнитивные нарушения, нами изучено содержание АРР в сыворотке крови этих больных.

Аутоиммунные энцефалиты (АИЭ) представляют собой группу заболеваний, при которых иммунная система ошибочно атакует нейроны, вызывая тяжёлые неврологические и психиатрические расстройства. Особый клинический интерес вызывает энцефалит, обусловленный аутоиммунной реакцией на N-метил-О-аспартатные рецепторы (анти-NMDAR-энцефалит). Это потенциально фатальный аутоиммунный синдром, при котором иммуноглобулины класса IgG воздействуют на субъединицу NR1 рецептора NMDA, вызывая выраженную дисрегуляцию нейротрансмиссии и нарушая функционирование головного мозга.
На фоне системных иммунных нарушений наблюдаются неспецифические психопатологические проявления, часто маскирующиеся под клинику эндогенных психозов, что затрудняет раннюю диагностику и может приводить к ошибочной трактовке дебюта заболевания.

The relevance of the problem of studying eating disorders in the adolescent population with paranoid schizophrenia is one of the most important tasks of practical health care. In the literature, there are very few scientific works on digestive disorders in the adolescent population, and they mainly investigate the clinical manifestations of this phenomenon, without focusing on gender differences and the peculiarity of clinical differences in the syndromological aspect. The effectiveness of psychotherapeutic intervention in the adolescent population with paranoid schizophrenia comorbid with eating disorders remains a debatable issue in practical psychiatry to this day. In pubertal patients, the presence of depressive symptoms provokes the formation of suicidal tendencies.

Психологические исследования больных с онкологическими заболеваниями позволяют определить их характерологические особенности, отношение к заболеванию и реакцию на болезнь, возможность адаптации к изменившейся жизненной ситуации, эффективность психотерапевтического вмешательства.

Исследование психоэмоциональных нарушений у детей и подростков с сахарным диабетом на сегодняшний день является одной из важнейших задач практического здравоохранения.

Психотерапевтическое вмешательство у пациентов с сомато-психической патологией является на сегодняшний день одной из важнейших задач практического здравоохранения.

Постковидный синдром (ПКС) у молодых людей сопровождается не только соматическими, но и нейропсихологическими симптомами, включая когнитивные нарушения, тревожность и депрессию. Шкала Монреальской когнитивной оценки (МоСА) широко используется для выявления легких когнитивных нарушений. Однако влияние тревожности и депрессии на результаты МоСА у молодых пациентов с ПКС остается недостаточно изученным.

Постковидныи синдром [ПКС] у молодых людей в возрасте 18-35 лет характеризуется не только соматическими проявлениями, но и выраженными психоэмоциональными последствиями, включая тревожные и депрессивные расстройства. Актуальность данной проблемы обусловлена тем, что даже при лёгком или среднетяжёлом течении COVID-19 у пациентов молодого возраста могут наблюдаться устойчивые нарушения эмоциональной регуляции и снижение качества жизни.
Когнитивно-поведенческая терапия (КПТ) на сегодняшний день признана одним из наиболее эффективных методов лечения тревожных и депрессивных состояний. Однако её потенциал в процессе реабилитации молодёжи с постковидным синдромом изучен недостаточно и требует дальнейшего научного осмысления.

Феномен селфхарма - несуицидального самоповреждающего поведения (Nonsuicidal Self-Injury, NSSI) - становится всё более распространённым, особенно среди подростков. В настоящее время около 10-13% подростков сообщают о случаях самоповреждения. За последние десятилетия наблюдается устойчивый рост данного вида девиантного поведения в популяции подростков и молодёжи, включая учащихся школ, колледжей и вузов.

Согласно данным российских исследователей (С. Минухин 2014, Н.Л. Москвичева 2015), семейная дисфункция оказывает влияние на возникновение нарушений в поведении детей, предоставляя модели для развития аддиктивного, в том числе и интернет-зависимого поведения.

Своевременная диагностика и идентификация депрессивных состояний у детско-подросткового контингента населения является одной из важнейших задач общественного здравоохранения.

Выявление и корректная интерпретация аффективных симптомов в инициальном периоде параноидной шизофрении имеет важное значение для прогноза, своевременного начала терапевтической коррекции и ранней социальной реабилитации данной категории пациентов. Аффективные проявления нередко предшествуют формированию развернутой психотической симптоматики, что делает их одним из ключевых маркеров начальной фазы заболевания.

Психиатрия и медицинская психология стремительно развиваются в ответ на новые глобальные вызовы. Рост числа психических расстройств, изменение структуры стрессовых факторов, влияние пандемий, цифровизации и социальных изменений - всё это требует адаптации традиционных моделей помощи. В особенности обострились проблемы в подростковой среде и среди лиц с зависимостями. В Узбекистане, как и во многих странах, наблюдается увеличение числа зарегистрированных случаев психических заболеваний, хотя проблема всё ещё остаётся недооценённой. Это подчёркивает необходимость разработки новых форм поддержки, профилактики и лечения.