Том 3 № 3 (2019): Востоковедение

В настоящей статье рассматриваются торгово-экономические отношения  между  Бухарским  эмиратом  и  Афганистаном,  отображенные  в  работах путешественников, послов, дипломатических чиновников, исследователей XIX и начала XX веков. В частности, анализируются материалы статьи Габайдуллы Амирова, опубликованной в журнале «Азиатский вестник» в 1825 году, где рассматриваются важные аспекты бухарско-афганских торговых отношений того периода, а также деятельность бухарских торговцев в городах Афганистана, таких как Герат, Кабул и торговые центры государства Афганистан. В  статье  изучаются  материалы  труда  натуралиста  Е.К.  Мендорфа,  члена экспедиции, возглавляемой А.Ф. Негри в Бухарском эмирате в 1820 и 1821 гг. В нем особое внимание уделяется изучению вопросов сельского хозяйства эмирата, производимого там хлопка, связанные с внешней торговлей Бухары в Афганистане, описиваются торговые маршруты Балх-Кабул и Бухара-Герат. В статье отмечается, что с 1930-х годов особое внимание уделялось торговым отношениям  между  Бухарским  эмиратом  и  Афганистаном.  В  статье  освещаются сведения, имеющихся в работах русского востоковеда Савельева, в которых Бухара играла особую роль в торговых отношениях восточных государств, даётся сведения о трех  караванных  путях,  следующих  из  Бухары  в  Иран  и  Афганистан.  Рассматривается информация, побывавщего в Средней Азии по особым инструкциям британского  правительства  А.Бернса,  который  изучал  вопросы  об  афганцах  в  Бухаре,  их торговой деятельности и особенно об афганских племенах, таких как лоханийцы, проживающих в районе Газна. Также была расследована информация посла П.И.Демезона,  который  был  отправлен  в  Бухару  в  1833-1834  годах  и  русского  офицера И.В.Виткевича, собранная 1835-1836 годах в Бухаре. В работе особое внимание было уделено  также  изучению  работы  Н.  В.  Ханикова,  побывщего  в  Бухаре  в  40-х  годах XIX века,  имеющего  информацию  о  товарах,  ввозимых  в  Бухару  из  Афганистан  и торговых караванах, следующих между Бухарой и Кабулом. С 50-х годов XIX века Россия придает большое значение изучению внешних отношений Центральноазиатских ханств с Афганистаном. Изучается работа П. Небольсина,  отражающая  торговые  отношени  между  двумя  государствами,  рассматриваются номенклатуры традиционных товаров, такие как шелк, козья шерсть, медь, горшок,  корочка,  ножи,  ножницы,  олово,  кожа,  бритва,  золотая  пряжа,  кашемир, шелковые  ткани  и  бархат,  а  также  обсуждается  расстояние  между  Бухарой  и Афганистаном. В исследованиях второй половины XIX - начала XX вв. А.Вамбери, М.И.Венюкова, В.Г.Григорьева,  В.И.Масальского,  М.А.Терентьева,  А.Г.Серебренникова,  Д.Н.Логофета и Губаревича-Радобильского описываются социально-политические и экономические положения Бухарского эмирата, также рассматривается информация о торговых отношениях между Бухарским эмиратом и Афганимстаном.

Кейинги  йилларда  аждодларимиз  меросини  тўлиқ  ҳолда  асл  манбалари асосида  ўрганиш,  тарғиб  этиш  каби  ишлар  амалга  ошириляптики,  бу қувонарли ҳолдир. Хусусан, бундай асарларни ҳеч қандай босим тазйиқидан ҳайиқмай аслича тадқиқ этиш, таржима қилиш имкониятлари туғилди. Бу  асарлар  ахлоқ  хақида  бўладими,  фарзанд  тарбиясига  бағишланганми, аёллар хусусида бўладими – булар маьнавиятимизнинг бир бўлаги ҳисобланади. Яқинда  машҳур  олим  Ризоуддин  Фахриддин  ўғли  қаламига  мансуб “Машҳур хотунлар” асари филология фанлари номзоди, доцент М. Эшмуҳа-медова  ва  катта  ўқитувчи  Б. Умурзоқовлар  томонидан  усмонли  тилидан ўзбек тилига таржима қилиниб, нашрдан чиқди.

В  статье  анализируется  деятельность  Махатмы  Ганди  и  его служение народу Индии. Он испытал проблемы, стоящие перед Индией. В Индии большое  количество  разных  религий,  поэтому  Ганди  работал  за  единство. Сатьяграха Махатмы Ганди разрушила этнические, религиозные касты, языковые и  региональные  барьеры.  Индийский  Союз,  вопрос  независимости,  был  смыслом жизни  Ганди.  Создание  «Сарводойи»,  «общества  всеобщего  благосостояния»  на земле,  является  сутью  идеи  сатьяграхи.  Он  отражает  демократические  и гуманистические идеи. Ганди связал борьбу за «благородство» с идеями борьбы за независимость. Изучение  социально-политического  мировоззрения  и  философии  Махатмы  Ганди актуально и сегодня. В современном мире его значимость еще больше. Например, мы можем  видеть,  как  понятие  «ненасилия»  необходимо  в  мире,  так  и  в  политических кругах. Это потому, что современная эра очень особенная из-за своей полярности. Было  также  проанализировано  этическое  и  философское  мировоззрение Махатмы Ганди. Концепция Бога лежит в основе мировоззрения Ганди. Он видит Бога  и  Истину  как  единую  концепцию.  Правда  для  Ганди  объединить  все.  Как самая  важная  категория  философско-этической  концепции  Ганди,  любовь  отбирается, и эта категория становится самой важной чертой «ахимсы» и ее практического  вдохновения.  Ахимса  является  основой  поиска  истины.  Ахимса  не вредит ни одному существу. «Любовь» и «милосердие», считает Ганди, должны быть краеугольным камнем всех человеческих отношений, а «ненависть» должна быть удалена из жизни.

В научной статье рассматривается становление методологической  базы  и  философских  категорий  в  рамках  китайской  культурной  традиции. Значимость темы исследования детерминирована динамикой развития современного  глобального  мира,  интеграционных  процессов,  ростом  взаимодействия  и сотрудничества  разных  стран  и  регионов,  укреплением  принципов  открытого мира,  расширением  диалогового-коммуникативного  пространства.  Особую  ценность  в  этой  ситуации  приобретает  возрождение  таких  методологических подходов,  как  холизм,  голограмма,  синергетика,  идейные  истоки  которых  были заложены в древнекитайской философии.  Цель  заключаются  в  системном  обосновании  особенностей  становления  и  развития  методологической  базы,  категориально-понятийного  аппарата  китайской философии, её теоретической и практической значимости для формирования миро-воззрения и образа жизни общества. Коррелятивно-ассоциативное мышление нашло свое  отражение  в  трудах  М.  Грана,  Д.  Бодэ,  Дж.  Нидэм,  Ю.  Л.  Кроль;  классификационные  схемы  методологической  основы  китайской  философии  исследованы А.М.Карапетьянцем,  А.И.Кобзевым;  основополагающие  онто-методологические  аспекты категорий проанализированы в научных работах Е.Н.Торчинова, А.И.Кобзева.  Для  достижения  цели  были  поставлены  следующие  задачи:  в  контексте  принципов  историзма  и  преемственности  рассмотреть  становление  и  развитие  методологической  базы  китайской  философии; провести  сравнительный анализ  методологических,  мировоззренческих  основ  античной  и  китайской  философий;  раскрыть роль  коррелятивного  мышления  и  нумерологии  в  познавательном  процессе;  обосновать приверженность европейской культуры причинному, а Китая корреляционному типам мышления мышлению; раскрыть космологический и онтологический характер категорий вэнь, ци и продемонстрировать их роль в китайской культуре; определить антропологические,  панэтические  и  эстетические  параметры  понимания  Космоса; выявить влияние реанимированных холистических, синергетических, хаосомных идеи на развитие современной философско-методологической мысли. Для  достижения  научной  цели  и  решения  поставленных  задач  были  использованы  анализ,  синтез,  историко-теоретический  анализ,  сравнительно-исторический, философско-герменевтический и идеографический методы. В результате проведенного исследования в рамках социоисторического подхо-да  была  прослежена  эволюция  методологических  норм,  категорий  и  понятий китайской  философии.  Дана  характеристика  причинного,  холистического,  голо-граммного и коррелятивного подходов. Рассмотрены базовые категории китайской философии в контексте становления методологии: нумерология, вэнь, ци, дао, космос,  воздействие-отклик  и показана их  роль  в  развитии  современной  философии и методологии науки. В контексте традиционных китайских представлений выявлены  элементы  синергетической  парадигмы, а  так  же  продемонстрирована их значимость для формирования нового миропонимания.

Геополитические трансформации и их влияние на энергетическую систему тесно связаны с формированием современного мирового порядка, а фактор  энергии  играет  все  более  важную  роль  в  международных  отношениях.  В настоящее время энергетическая безопасность регулируется не только законами рыночной экономики, но и геополитическими интересами. В последнее время наблюдается,  что  субъекты  международных  отношений  пытаются  использовать энергетический и сырьевой фактор для продвижения своих интересов. В современном  мировом  порядке  ожесточенная  конкуренция  и  борьба  за  энергоресурсы приняли  новый  оборот.  Ведущие  страны  стремятся  прочно  обосноваться  в регионах с большими запасами сырья, в том числе углеводородного сырья. Отношения в области производства, транспортировки и поставок энергии на внешние рынки напрямую связаны с геополитическими процессами. Поэтому под влиянием геополитических  трансформаций  эта  форма  отношений  меняется  системно  и функционально.  Современная  международная  энергетическая  система  испытывает воздействие сил и факторов, присущих мировому порядку, и становится все более  сложной.  Геополитические  трансформации  оказывают  существенное влияние на международный энергетический режим, создавая новую конфигурацию геополитических  сил.  На  международной  арене  появляются  новые  крупные потребительские  центры,  и  конкуренция  между  ними  растет.  Появление  новых центров  силы  окажет  значительное  влияние  на  международные  энергетические отношения. Энергетические конфликты между центрами силы и другими субъектами ослабляют основы глобальной энергетической безопасности. В то же время, отсутствие эффективных международно-правовых механизмов обеспечения энергетической безопасности осложняет энергетическую ситуацию. В настоящей статье обсуждается влияние геополитических трансформаций в Восточной  Азии  на  энергетическую  безопасность,  геополитические  процессы  в регионе,  влияние  геостратегических,  геоэкономических интересов  ведущих  стран на международные и региональные энергетические отношения, влияние экономической конкуренции и политической напряженности на рынки, инвестиционные и энергетические ресурсы стран региона на общую безопасность региона, геополитическая ситуация в регионе и участие ведущих государств, а также международных и региональных политических и экономических структур. Также  освещены  проблемы  энергетической  безопасности  в  Восточной  Азии, энергетическая  ситуация  в  регионе,  актуальные  вопросы  энергетики  в  регионе, энергетическая политика и сотрудничество стран региона, основные направления современной архитектуры энергетической безопасности в Восточной Азии, энергетические стратегии стран региона, институциональные основы энергетической безопасности, проблемы, стоящие перед энергетической дипломатией государств региона, влияние региональных конфликтов на энергетическую безопасность и другие  актуалные  проблемы,  стоящие  сегодня  перед  энергетической  безопасностью региона. А также предоставлены аналитические прогнозы о будущей энергетической ситуации в регионе и на международной арене. В  заключении  статьи  приводятся  научные  рекомендации,  направленные  на обеспечение  энергетической  безопасности  и повышение  эффективности  сотрудничества в условиях геополитической трансформации.

В контексте усложняющейся системы международных отношений могущественные  государства  уделяют  пристальное  внимание  фактору  культурной дипломатии. Ведь этот фактор становится солидным критерием взаимовыгодного сотрудничества и стабильности. Культурная дипломатия не только способствует развитию  и  расширению  международных  отношений,  но  и  повышает  доверие  и перспективные отношения не только между государствами, но и между народами. В частности, такие страны, как Россия и Китай, стараются эффективно использовать культурную дипломатию с учетом исторического опыта. Культурная дипломатия этих стран в международных делах направлена на восстановление исторических культурных  связей  с  соседними  странами.  Следует  отметить,  что  культурная дипломатия России и Китая проводится по-разному в каждом регионе или стране и имеет ряд схожих особенностей. В этой связи культурная дипломатия между Россией  и  Китаем  с  центрально  азиатским  регионом,  включая  Узбекистан,  является важным  элементом  политики  «мягкой  силы»,  но  также  играет  особую  роль  в развитии культурного сотрудничества между народами. Опыт не только ведущих развитых стран, но и России и Китая, крупнейших стран Евразийского региона, важен для Республики Узбекистан с богатой историей  дипломатии,  в  том  числе  культурной  дипломатии.  Если  они  не  примут  во внимание  свое  геополитическое  положение,  свою  военно-экономическую  мощь,  а также свою общую историю (с Россией) и свои интересы, Узбекистан не сможет строить  с  ними  внешнеполитическую  стратегию  в  геоэкономическом  пространстве.  Такие  страны,  как  Россия  и  Китай,  давно  используют  культурную дипломатию  в  качестве  важного  механизма  внешней  политики,  и  этот  процесс продолжается и сегодня. Поэтому важно изучить особенности и опыт политики культурной дипломатии двух стран. В этой статье анализируется дипломатический опыт Китая и России в международных отношениях, в частности, сходства и различия между культурной дипломатией.

В статье рассматриваются сущность и новые тенденции региональной  внешней  политики  Узбекистана  в  современных  условиях.  Раскрываются тенденции  регионального  сотрудничества  во  внешней  политике  Узбекистана начиная  со  второй  половины  2016  года.  На  основе  анализа  работ  политологов-практиков,  а  также  специалистов  рассматриваются  преемственность  форм, методов, механизмов обеспечения стабильности в центрально азиатском регионе. На  сегодняшний  день  все  страны  в равной  степени  сталкиваются  с угрозами терроризма, религиозного экстремизма, транснациональной преступности и наркотрафика, и в этих условиях, главный акцент падает на то, что сегодня перспективы  стабильности  развития  неразрывно  связаны  с миром  в Афганистане.  Анализируются  вопросы  скорейшего  и окончательного  завершения  процесса  делимитации  и демаркации  государственных  границ.  Показано,  что  Узбекистан  решил региональную напряженность по всем вопросам, которая на протяжении многих лет  копилась  с  соседними  странами  и  появилась  реальная  возможность  для обсуждения проблем, разработки совместных проектов, определенных на повестке для региона в целом. Проведенный анализ позволил установить, что в современных условиях основной тенденцией формирования и развития институтов обеспечения  стабильного  регионального  развития  выступает  курс  на  интегрирование функций,  структурных  связей,  направлений  деятельности  и  т.д.,  причем  как  на внутри  региональном,  так  и  на  межрегиональном  уровнях.  В  статье  показывается, что региональная безопасность обеспечивается различными структурами с  несовпадающими  и  пересекающимися  зонами  ответственности,  однако  в нынешних условиях некоторые специализированные структуры, например, военно-политические блоки начинают постепенно трансформироваться в универсальные структуры. Соответственно, международно-правовая база региональных систем усложняется,  появляется  многоуровневый  комплекс  норм.  Раскрывается,  что  в Центральной Азии формируются региональные институты для решения вопросов по существующим и возникающим региональным проблемам. Эти процессы свидетельствуют  о  степени  развития  регионального  сознания  того,  что  межгосударственным  отношениям  стран  Центральной  Азии  стали  присущи  такие характеристики  как  взаимный  учет  и  уважение  интересов,  обоюдная  открытость  и  политическое  доверие.  Вышеуказанные  процессы  находятся  только  на начальном этапе и требуют постоянного изучения.

В статье исследуется степень влияния политизированного ислама на процессы модернизации, геополитики, а также социально-политического развития, в том числе исследуется необходимость создания научной основы для регулирования религиозных отношений в арабских африканских странах, которые стали нестабильности. В этом контексте изучаются политические процессы в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Процессы социальных и политических трансформаций оказал и влияние на политические системы Туниса, Египта, Ливии и других стран Персидского залива. Цель  этой  статьи  –  продемонстрировать,  что  волна  социально-политических трансформаций, начавшихся в декабре 2010 года в Тунисе и Алжире, под названием «арабская весна» была явлением, вызванным сложной внутренней ситуацией, а так-же были внутренние и внешние факторы, которые спровоцировали эти события. Результатом  социальных  и  религиозных  волнений  также  явились  свержение правящих режимов в Тунисе, Египте, Ливии, изменения в правящей элите в Йемена и по сей день продолжающиеся борьба между сирийским правительством и оппозицией. Если  демонстрации  против  режима  в  Тунисе,  Египте  и  Йемене  были  основаны  на внутреннем социально-экономическом кризисе, коррупции правящей элиты, отсутствии подлинных демократических свобод и этноконфессиональной конфронтации, то ключевым фактором в Ливии и Сирии была поддержка внешних сил.  Эти  события  охватили  весь  арабский  мир,  за  исключением  Сомали,  Мавритании  и  Коморских  островов,  и  привели  к  изменению  их  политических  систем, структур, а также политической будущности государств. Влияние «арабской весны» на Северную Африку и Ближний Восток неодинаково.  В  результате  политических  и  экономических  потрясений  "арабской  весны" такие страны, как Тунис, Египет, Йемен, Бахрейн, Ливия, Сирия серьезно пострадали. А на Марокко, Иорданию, Ливан, Алжир, Кувейт, Саудовскую Аравию и Оман они оказали лишь поверхностное влияние. В  то  же  время  изменения  социально-политической  ситуации  в  каждой  из стран региона напрямую влияют на и соседние государства. Недавние события на Ближнем Востоке и в Северной Африке создали более сложную и взаимозависимую ситуацию, что привело к изменениям в отношениях безопасности и стабильности не только в соседних регионах, но и в мире.

В данной статье на основе данных, отражающих долю индустрии туризма в мировой экономике, а также её ускоренное развитие в последние годы, обоснованы  важная  роль  и  актуальность  данной отрасли в  развитии  экономики Узбекистана.  Вместе  с  этим,  сделан  анализ  нынешнего  состояния  и  тенденций развития индустрии туризма в странах Ближнего и Среднего Востока, а также раскрыты её место, роль и приоритетное значение в национальных экономиках. Показаны  факторы,  влияющие  положительно  или  отрицательно  на  развитие данной  отрасли  в  Турции,  которая  находится  наряду  с  передовыми  странами мира и считается лидером среди стран региона и  в других не арабских странах, как Иран и Израиль. В статье приведены в виде  таблицы экономические показатели: статистические данные по количеству туристов, прибывающих в страну, доходу  от  туризма  и  доли  в  ВВП,  отражающие  состояние  международного туризма. Эти данные по развита туризма в странах Ближнего и Среднего Востока сопоставлены с показателями ведущих по этой отрасли стран мира. Особо отмечено первостепенное значение мира и спокойствия, общественно-политической  стабильности  в  стране.  Изложены  также  важность  развития  туризма  в Узбекистане и его прогнозы на ближайшую перспективу.

Одной  из  важнейших  международных  проблем  XIX  века  была проблема  “Центральной  Азии”.  В  результате  на  протяжении  всего  столетия Центральная Азия была предметом спора между Англией и Россией. Афганистан был  «воротами»  в  Центральную  Азию.  В  этой  статье  описывается  деятельность Британской империи в Афганистане в первой половине 19 века. В настоящей статье  рассматриваются  цели  и  задачи  британских  посольств  и  экспедиция  в Афганистан  в  XIX  веке,  Даются  сведения  об  их  деятельности  в  области геополитики, а также о топографии Афганистана, экономическом и социальном положении, афганском  народе,  о  их  быте,  традиция,  территории Афганистана, раскрываются  особенности  этого периода,  устройстве,  государственном  управлении.  Приводятся  сведения  государственном  устройстве,  государственном  управлении,  взаимоотношениях  с  сопредельными  странами,  социально-экономической жизни населения.

Существуют разные мнения о одного из шедевров и жемчужине мировой  цивилизации,  “Тысячи  и  одной  ночи”,  со  времени  его  создания  и  пере-ведена на разные языки мира. Ученые мира высказывали мнения по этим вопросом, и автор в статье приводит свои взгляды на эти выводы. Ученые разделились на два лагеря во взглядах на происхождение источника. На одной стороне оказались учёные считавшие, что источником является персидский фольклор, основанный на “Хезор Афсонэ” (“Тысяча сказок”), на другой – ученые, считавшие, что источником всех сказок в сборнике является арабский фольклор.  Мы  признаём,  что  правы  те,  кто  считает  его  произведением  персидского фольклора.  Сборник  “Хезор  афсонэ”,  написанный  на  языке  пехлави  был  очень знаменитым в иранском фольклоре. В золотом веке арабского перевода, то есть в IX–X  вв.  это  фольклорное  произведение  было  переведено  с  пехлави  на  арабский язык.  Имена  героев  “Тысячи  и  одной  ночи”  падишаха  Шахриёра  и  принцессы Шахеризады являются персидскими. Книга “Альф Лейла ва Лейла” повествует не только об арабах, при создании произведения,  использовались  мотивы  сказок  из  Средней  Азии,  Ирана  и  Индии. Проанализирована “миграция сюжетов” на примере сочетания мотивов и сюжетов мирового фольклора разных народов и процессов. Есть  два  варианта  этого  источника.  Первый  вариант  –  перевод  персов  на арабский  язык  в  VIII  веке.  Второй  вариант  был  собран  в  X  веке  Джахшиёром, выходцем из Багдада.  Египетские  сказки,  собранные  Джахшиёром  считаются  примерами  устного народного творчества, написанного в XIII–XIV вв. Сборник известный под названием “Тысячи сказок”, был собран в Египте, после чего в него добавлены новые сказки. “Тысячи и одна ночь” изначально создавалась в форме индийских сказок, переработанных  арабскими  мастерами,  и  стала  уникальным  памятником  арабского народа. Нынешняя копия коллекции является  ценным памятником арабского народа. Это также уникальная жемчужина мировой цивилизации. Памятники, похожие на “Тысяча и одна ночь” являются литературным наследием народов всего Востока, и в том числе, узбекского народа.

В этой статье изучена работа Рашидуддина Ватвата «Сады волшебства  в  тонкостях  поэзии»  в  качестве  классического  поэтического  источника. Эта  тема  освещена  в  научных  статьях,  диссертациях  на  русском  языке  и  научной литературе на персидском языке. Указ Президента Республики Узбекистан от 24 мая 2017  года  №  ПП-2995  «О  мерах  по  дальнейшему  совершенствованию  системы сохранения, исследования  и популяризации древних  письменных  источников» открывает  большие  возможности  для  изучения  многих  рукописных  источников,  которые еще не изучены. Статья содержит интересные факты о работе Рашидуддина Ватвата «Сады волшебства в тонкостях поэзии», значении произведения с двенадцатого века до настоящего времени приведены примеры из источника. Эта работа послужила источником  для  всех  ученых,  которые  занимались  «илми  бадийъ». Произведение  не  утратило своей научной и литературной ценности по сегодняшний день и в этой статье с литературной  точки  зрения  рассмотрено  лишь  небольшое  количество  его  копий. Основным вопросом, поставленным в данной статье, является роль и значение работы в источниковедении, в частности, ее вклад в теорию литературной критики и ее использование в различных переводах и исследованиях.

Эта статья посвящена изучению словаря “ یريگناهج گنهرف” Farhang-e Jahângiri  (“Словарь  Джахангира”) –  уникальной  средневековой  рукописи,  описывающей  обстановку  и  языковую  ситуацию  того  периода.  Хотя  эта  книга  изучалась несколькими  ведущими  учеными,  некоторые  ее  особенности  все  еще  нуждаются  в анализе.  Знаем,  что  эта  книга  является  общим  источником  для  трех  языков:  персидского, таджикского и дари, и можно с уверенностью сказать, что содержащиеся в ней грамматические примечания остаются неизменными для этих трех языков. Хотя  эта  книга  не  была  создана  в  персидскоязычной  стране,  она  хорошо известна в Индии. Автор книги также внес вклад в работу ведущих ученых-персов. Этот  словарь,  являющийся  продуктом  многолетней  кропотливой  работы, считается первым грамматическим произведением персидского дари, а его автор, Хуссейн Инжу, признан первым грамматиком персидского дари.

Книга  Махмуда  Кашгари  «Дивану  лугати-т-турк»,  являющаяся одним  из  источников  XI  века,  имеет  большое  значение  в  тюркской  культуре.  Она считается лингвистическим произведением, отражающим язык и литературу того периода. Коллекция этого произведения является важным литературым источником у тюркских народов. Она содержит образцы древнего фольклора тюркских народов. К ним относятся народные песни, пословицы и поговорки. Пословицы, цитируемые в работе, особенно важны для изучения фольклора и языка той эпохи. Хотя  тюркский  фольклор  неоднократно  анализировался,  народных  пословиц, были проведены исследования и еще не проведено серьезных исследовании узбекских древнетюркских пословиц. В частности, пословицы «Дивану лугати-т-турк» были разделены  на  тематическую  группу,  но  не  были  прочитаны  и  сгруппированы  в соответствии  с  текстом  рукописи.  В  этой  статье  анализируются  эти  особенности.  Пословицы  в  «Дивану  лугати-т-турк»  были  впервые  сгруппированы  по смыслу в первом издании словаря в узбекской публикации (Дивану лугати-т-тюрк. Индексный словарь, Ташкент, 1967). Наше описание отличается от предыдущего. В статье мы использовали публикацию «Дивану лугати-т-турк», опубликованную в 2017 году профессором К. Садыковым. Наряду с этим, в этой статье анализируется синонимия древнетюркских пословиц и тематические вопросы. Раскрыть для примера  даны цитаты из словаря «Дивану лугати-т-турк». В статье были проанализированы масштабы и значение этой темы. В результате анализов были сделаны выводы.

В арабском языке термин “ат-тавлийд ад-дилаалий” применяется  в  процесс  образования  новых  значений  слов,  что  приводит  к  значимому преобразованию слов. В арабском языке новые значения слов формируются двумя способами – путем “иштикок”, а также путем заимствований. Во внутренние типы входят “иштикок кабийр”, “иштикок согийр”, “иштикок куббар”, “нахт”, “итбаун”, группы которых составляют “аль-иштикок ад-дилаалий”(“смыславой  иштикок”),“аль-иштикок  ас-совтий”(“звукавой  иштикок”), “аль-иштикок  ал-лафзий”(“форменный  иштикок”),  а  также  “аль-иштикок  аш-шаъбий”(“общенародный иштикок”). Во внутренних типах иштикака меняется форма слова. Буквы, которые входят в состав слова меняется местами, меняются гласные, некоторые из них выпадают, или же добавляются. В таких случаях некоторые слова меняют своё значение частично, а некоторые приобретают совсем иное значение. Упомянутые выше термины – “иш-тикок кабийр”, “иштикок согийр”, “иштикок куббар” входят в состав “аль-иштикок ал-лафзий”.  То  есть,  в  результате  ломанной  формы  слова  приводит  к  изменение смысла, и это приявляется в “аль-иштикок ал-лафзий”. Образование новых слов, которые  связаны  со  звуком,  а  также  с  интонацией  приявляется  в  “аль-иштикок  ас-совтий”.  В“аль-иштикок  аш-шаъбий”  слова,  которые  считаются  иностранными заимствувуются и меняют своё значение, приобретая новые значения.  В “аль-иштикок ад-дилалий” слова меняются в значении, а не по форме. Это может означать, что значения слов может быть расширено, сужено или коордианально менятся по смыслу. Арабские лингвисты называют этот процесс “ат-тавлийд аль-дилаалий”, который включает в себя омонимию, метонимию, аддод и аль-иктирад. Хотя в арабском языке слова  омонимы похожи по форме, они имеют разные значения.  Тем  не  менее,  такие  слова  показывают  связь  между  перемещением значения  двух  имен  на  основе  сходства  между  этими  двумя  предметами.  Когда дело доходит до «ад-дода», арабские лингвисты называют его основой искусства “тазад”. Он характеризуется тем, что слово отражает два противоположных значения  по  своей  сути.  Интересно,  что  арабские  лингвисты  делятся  на  две группы  в  традиционном  подходе.  Одна  группа  отрицает  существование  таких слов,  другая  –  подчеркивает  его  существование  и  отмечает,  что  такие  слова встречаются в арабской поэзии, Коране и хадисах. В  арабском  языке  термин  “аль-иктирад”  (что  означает  “заимствовать”) имеет  особое  значение  в  образовании  слов.  Таким образом,  новое  значение  слова добавляется  к  существующему  значению.  В  некоторых  случаях  значение  слова “аль-иктирад” выражается последовательно, но в некоторых случаях оно вообще не наблюдается.

Статья посвящена лексико-семантическому и когнитивному анализу особенностей  использования  некоторых  общественно-политических  терминов  в продвижении  китайской  экономической  и стратегической инициативы  «Один пояс, один  путь». В  рамках  темы  также  проведён  анализ  факторов,  влияющих  на  изменения в пласте лексической составляющей, проводится анализ различий общественно-политического  языка  (далее  ОПЯ)  от  обычного  языка,  раскрываются  основные функции общественно-политической терминологии (далее ОПТ). Изучаются феноменов семантико-сопоставительного характера ОПТ КЯ с использованием дескриптивных  методов  описания,  особенности  общественно-политического  дискурса  на  китайском языке, использованного как предмет переводческого объекта, содержащего богатый пласт лексики с фоновой информацией. После появления китайской инициативы «Один пояс, один путь» и официального распространения «Концепции и плана действия по совместному строительству двух поясов», т.е. «Экономического пояса Шелкового пути» и «Морского Шелкового пути XXI века», в мировой прессе стали появляться разные оценки и мнения о сути, цели, ориентирах и задачах указанной инициативы. Ряд стран воспринял эту инициативу пассивно и даже негативно, увидев в нем новую угрозу «китайской экспансии». Само собой,  семантика  терминов  в  рамках  данной  инициативы  также  претерпела  некоторые  изменения  в  плане  восприятия  их  языками-рецепиентами.  В  рамках  данной статьи проведён анализ мнений ряда китайских синологов, политологов, как например, китайских  учёных:  Шан  Хупина,  Гун  Тина,  которые  в  своих  научных  работах  анализируют  основные  причины  негативного  восприятия  инициативы  «Один  пояс,  один путь»  и  приходят  к  единому  мнению,  что  основной  причиной  сомнений  послужили неправильное толкование некоторых документов и неточное, неадекватное понимание его содержания, неверное использование общественно-политических терминов. В связи с этим китайскими учёными дается ряд рекомендаций по использованию общественно  -  политической  терминологии. А  именно, в  целях продвижении идей и планов концепции инициативы «Один пояс, один путь» предлагается употребление в основном «мягких» терминов и лексики. В публикациях рекомендуется избегать мысли о том, что Китай, якобы намерен гнаться за ролью лидера проекта и добиться роли управляющего  сферой  влияния  в  региональных  вопросах.  В  этой  связи,  китайские специалисты  считают  необходимым  твердо  придерживаться  принципов  совместного  обсуждения,  совместного  строительства  и  совместного  пользования  плодами китайской инициативы.  Материалы исследования показывают богатство лексического пласта китайского языка, широкие возможности передачи мысли при помощи разных общественно - политических терминов, трансформируя при этом не только тон, но и когнитивную парадигму текста. Эти лексико-семантические особенности китайской общественно-политической терминологии  должны  быть  учтены  при  осуществлении  перевода статей, материалов переговоров, речей, докладов и выступлений.

Цель статьи – подчеркнуть специфические стилистические особенности форм глаголов, используемых в газетных текстах на персидском языке. В ходе анализа были изучены грамматические категории глаголов, используемых в основном  в  газетных  текстах,  выявлены  наиболее  активные  и  неактивные грамматические  категории  и  причины  их  активности.  В  то  же  время  в  статье анализируются  глаголы,  используемые  в  газетных  текстах  и  разъясняются методологические особенности их использования. Публицистические  тексты  изучаются  согласно  функциональному  подходу  к лингвистическому анализу газетных текстов, исследуются, исходя из семантики и формы языковых единиц, их функции в формировании текста. В реализации этой функции  семантика  и  форма  языковой  единицы  превращаются  в  средство, порождающие  газетный  текст.  Несмотря  на  то,  что  и  в  иранистике  особую важность обретает анализ  применения частей речи и их семантических групп в рамках  функциональных  стилей,  отсутствуют  исследования  на  данную  тему. Исследование  газетно-публицистического  стиля  персидского  языка  является  важнейшим направлением современной иранистики. С этой точки зрения данная статья актуальна в стилистическо- функциональном аспектах категории глаголов.

Данная  статья  посвящена  изучению  особого  литературного стиля одного из ярких представителей современной сирийской литературы – писателя  Закарии  Тамер.  В  ней  анализируется  авторский  рассказ  «Ранда»,  который ярко показывает композиционные навыки З. Тамера и символический язык, использованный в рассказе. Хотя «Ранда», созданная в форме “рассказ внутри рассказа”, напоминает сказку для детей, на самом деле это обширная литературная работа талантливого писателя, которая затрагивает важные темы общества простыми предложениями. С помощью образа маленькой девочки по имени Ранда, автор создает универсальный образ женщины и умело использует символы, чтобы показать ее роль в обществе, особенно судьбу арабской женщины через тонкие линии.

Культура  имеет  непреходящее  значение  в  мире  ценностных ориентаций  человека.  Корейская  литература,  как  и  любая  другая,  представляет собой органичную часть культуры корейского народа, отражение его истории и развития.  Корейская  сюжетная  проза  в  отличие  от  европейской  возникла  на основе  культуры,  не  имевшей  развитой  эпической  традиции.  В  силу  этого  ее главным источником можно назвать явление, в определенной степени замещавшее эпос,  ‒  это  исторические  сочинения  и  жития,  сборники  литературы  «пхэсоль». Прослеживание  истории  корейской  средневековой  литературы  XVII  –  XVIII  вв. позволяет утверждать, что ее развитие сопровождалось постепенными качественными  изменениями  не  только  в  области  идей  и  их  концептов,  но  и  в  воспроизведении  действительности,  в  совершенствовании  изобразительных  приемов, формировании новых жанров и усложнении сюжетных линий. Корейская литература данного периода подразделялась на ярусы: 1) «высокая» проза и поэзия на ханмуне; 2) проза малых форм «пхэсоль» на ханмуне; 3) литература  на  родном,  корейском  языке,  которая  тоже  подразделялась  на  три  ряда: верхний  (поэзия),  средний  (своя  «высокая проза»  (дневники и  романы))  и  нижний (корейские повести и новеллы). В XVII в. в корейскую литературу продолжают проникать новые идеи, происходит трансформация ее социальной роли, продолжается поиск и создание новых форм, а  также  зарождение  новых  и  видоизменение  старых  жанров.  «Пхэсоль»  вступил  в период  зрелости,  что  способствовало  появлению  нового  прозаического  жанра  – «сосоль». В литературной корейской мысли, в которой отсутствовала привычная для нас  жанровая  классификация,  под  термином  «сосоль»  объединялись  такие  прозаические произведения, как повесть, роман, новелла. Однозначного толкования термина «сосоль» нет и в трудах российских ученых. Между тем «сосоль» является достойным продолжателем жанра «пхэсоль», обусловив появление новых литературных приемов, обогащающих возможности жанра, и одновременно создание другого более объемного, качественно самобытного жанра – средневековой корейской повести, известной под названием «классическая». Средневековая повесть тесно связана с устным народным творчеством, ее сюжеты развиты  по  законам  народной  сказки,  действие  всегда  имеет  два  полярных  полюса  – страдания героя и благополучный конец. Такая сюжетная особенность обусловлена представлениями корейцев о смене хаоса гармонией. Конец XVII в. характеризуется эпохой рождения корейского романа (основатель Ким  Манджун  «Скитания  госпожи  Са  по  югу»  и  «Облачный  сон  девяти»)  и появлением  нового  жанра  –  «дневник»  исторического  и  географического  характера («Дневник  военных  событий»  Ли  Сунсина,  «Дневник  путешествия  в  Японию»  Хван Чина, «Записки о путешествии к горе Пэктусан» Пак Чона и др.).

Данная статья посвящается влиянию памятников древнеиндийского фольклора, а именно эпосов «Махабхарата» и «Рамаяна» на дальнейшее развитие литератур народов Индии.  Данный вопрос интересен тем, что вышеназванные два эпоса во многом послужили  основой  всей  последующей  письменной  литературы  на  новоиндийских  языках, становление которых начинается в раннем средневековье.  В статье раскрывается влияние эпосов на письменную литературу в хронологическом  порядке.  Первое  влияние  на  письменную  литературу  можно  увидеть  в становлении  древнеиндийской  драматургии,  на  примере  произведений  известных драматургов  древней  Индии  Бхасы  и  Калидасы,  где  многие  сюжеты  драм  были заимствованы из «Махабхараты». Следующее влияние эпосов можно выявить на становлении жанра сказок. Как известно, жанр сказки отличается фантастическими  элементами,  где  животные  говорят  на  человеческом  языке,  общаются  с людьми, стрелы летят на небеса и т.п. Именно такие элементы впервые можно увидеть  в  эпосе  «Рамаяна».  Исходя  из  этого,  индийские  литературоведы  считают, что элементы сказок впервые прослеживаются в древнеиндийских эпосах.  Также различные мотивы эпоса можно увидеть и в современной литературе, где постоянно  присутствуют  или  персонажи,  или  сюжетные  линии,  присущие  этим эпосам. Кроме того, под влиянием санскритских эпосов почти в каждой национальной  литературе  были  созданы  свои  эпосы,  где  героями  являются  национальные персонажи каждого народа. Одним  словом,  два  эпических  произведения  древней  Индии  «Махабхарата»  и «Рамаяна» имеют очень большое влияние на становление письменной литературы во многих национальных литературах Индии.