Том 2 № 2 (2021): Востоковедение

В статье на основе средневековых арабских и персидских источников рассматривается  историческая  роль  хорезмийцев  в  социально-политической  жизни стран Ближнего Востока в 30-60 годы XIII в. Как известно, последний Шах из династии Хорезмшахов  –  отважный  Джалал  ад-Дин  Мангуберды,  уже  за  пределами  Хорезма собрав  десятитысячную  армию  из  хорезмийцев,  неоднократно  вступал  в  бой  с монголами и сдерживал их нашествие далее на Запад на арабский мир. Но он погиб в 1231  г.    и  его  войско  кочевало  по  всему  Ближнему  Востоку,  состоя  на  службе  то  у сельджукидских  султанов,  то  у  аййубидских  принцев  в  Сирии  (Шам),  вступивших  в междоусобную борьбу за центральную власть в Сирии и Египте. Хорезмийцы помогли аййубидам  одержать  победу  над  крестоносцами,  освободить  от  них  священный мусульманский  город  аль-Кудс  и  несколько  городов-крепостей,  а  позже  нанести сокрушительное поражение монголам, хлынувшим на арабские земли. Все эти важные события нашли своё подробное отражение в исторических хрониках аль-Макризи, Ибн Ийаса,  аль-Ханбали,  ас-Суйути,  Ибн  Тагри  Берди,  аль-Хамадани  и  многих  других историков мамлюкского периода XIII-XV в.в., связанного с приходом к власти в Египте и Сирии  тюрков-мамлюков.  В  этих  трудах  неоднократно  подчеркивается  решающая роль хорезмийцев на исторической арене Ближнего Востока 30-60 годов XIII в., когда они  выступали  грозной  военной  силой  в  судьбоносных  для  народов  этого  региона сражениях.  Большое  внимание  авторы  хроник  уделяют  и  отдельным  историческим личностям,  которых  они  считали  хорезмийцами  по  происхождению,  таким  как например, египетская султанша Шаджарат ад-Дур и мамлюкский султан Сайф ад-Дин Кутуз. Кутуз, вместе со своими эмирами, среди которых были и хорезмийцы, одержал в местечке Айн Джалут в 1260 г. сокрушительную победу над монголами, остановив их победоносное шествие по арабскому миру. В хрониках единогласно утверждается, что настоящее имя Кутуза Махмуд ибн Мамдуд и он происходит из династии Хорезмшахов, так как является сыном сестры Джалал ад-Дина Мангуберды. В трудах вышеуказанных авторов осталась память о хорезмийцах как отважных, мужественных  воинах,  волей  судьбы  заброшенных  на  чужбину,  вынужденных скитаться  вдали  от  родины,  пока  они  не  осели  в  разных  уголках  ближневосточного региона. И пока существуют эти рукописи не исчезнет историческая память о славных сыновьяхХорезма,боровшихся с врагами попранной отчизны далеко за ее пределами.

Этнослар,  уларнинг  тиллари  ва  давлатчилигининг  ривожланиш жараёнларини “этнос” тушунчасини аниқлаштиришдан ва унинг ривожланишидаги айрим  қонуниятларни  қайд  этишдан  бошлаш  мақсадга  мувофиқ  бўлади. Ҳозирги даврга келиб, этносларни англаш, таърифлаш ва ўрганишда иккита турли  хил  йўналиш  шаклланди.  Биринчи  йўналиш  бу  масалаларни  ҳал қилишда анъанавий ёндашувдан келиб чиқадики, унга кўра ҳаракат (ривожланиш)  этносларнинг  юзага  келиши  ва  шаклланиши  босқичларида  мавжуд бўлади. “Этногенез” тушунчаси айнан мана шу йўналишда изоҳланади: яъни тузилиш  жараёни  тугагач,  этнос  қандайдир  бир  абадий  қотиб  қолган  ва кейинчалик  ривожланиши  керак  бўлмаган  константага  айланади.  У эгаллаган географик макондаги мавжудлик вақт даврини белгиламаймиз.

Эта статья посвящена краткому описанию жизни и научного наследия великих мыслителей Х и ХИ веков Абу Насра аль-Фараби и Абу Али Ахмада ибн Мухаммада Якуба ибн Мискавейха. Философы оставили яркий след в науке и истории исламской философской мысли своими философскими взглядами и учениями. Фароби известен  как  «Второй  учитель»  («Муаллим  саний»),  а  Мискавайх  известен  как «Третий учитель» («Муаллим-салис»). Это означает, что высокие титулы являются ярким примером высокой оценки их вклада в мусульманскую арабскую философию. На основе философских учений мыслителей выделена роль движения Машшайюн в этике мусульманского Востока Ближнего Востока.

Духовное наследие суфизма – общее наследие всех народов исламского мира. Причем это духовное наследие принадлежит всему человечеству. В сегодняшнюю эпоху  глобализации,  когда  малые  национальные  культуры  остаются  под  сильным влиянием  могущественных  культур,  особое  значение  приобретает  научное  изучение суфизма,  внесшего  огромный  вклад  в  развитие  мировой  цивилизации  на  протяжении 1200 лет. Суфизм – это историческая сущность народов региона, ценимая как высший способ философского и художественного мышления человека. Ни для кого не секрет, что сегодняшний человек страдает духовной нищетой и душевным кризисом. Духовные и философские учения, такие как суфизм, являются уникальной вакциной от таких кризисов. Работа,  проделанная  мировыми  учеными  по  историю  и  философии  суфизма, подобна капля из море. Это только начало. В этом отношении предстоит еще много работы, и впереди еще предстоит провести ценные исследования в этой области. Поэтому  естественно,  что  совместное  изучение,  исследование  и  представление  этого  религиозного,  философского,  нравственного  и  эстетического  учения как общего наследия наших народов мировому научному сообществу даст положительные результаты.

Развивая  представление  об  арабском  мире  или  регионе,  египетские исследователи Р.Аль-Бустани и Ф.Фаргус, анализируя региональные процессы, начиная с образования современных государств, не используют термин Ближний Восток, а пишут об  арабском  мире,  как  Арабские  государства,  Северная  Африка,  Восточная  Африка, «Плодородный  полумесяц»  Ирака,  Сирия,  Ливан,  Израиль,  Палестина,  Аравийский полуостров. Другой египетский ученый, М. Муаллим, отмечает, что Ближний Восток - это регион от Ирана на востоке до Ливии на западе и от Турции на севере до южных границ Аравийского полуострова и в Африке до южных границ Судана. Такой Ближний Восток  -  понятие  политическое,  и,  по  его  мнению,  лучше  использовать  термин «Азиатско-Африканский  регион»,  включающий  в  себя  всю  специфику  территорий, начиная  с  географического  положения  на  стыке Европы  и  Азии,  Африка,  и  заканчивая энергоресурсами.  Некоторые  ученые  сравнивают  эксцессы  «арабской  весны»  и  ее последствия  с  такими  мощными  историческими  катаклизмами,  как  крах  Османской империи и появление национальных арабских образований после Первой мировой войны. В нынешней ситуации дипломатия Узбекистана должна способствовать урегулированию конфликтов  и  позитивным  политическим  и  экономическим  преобразованиям  Ближнего Востока и иметь прочную аналитическую основу. В статье исследуется ситуация на Ближнем Востоке в свете произошедших смен режима и изменения геополитической конфигурации региона. В статье анализируются особенности формирования и реализации внешней политики Исламской Республики Иран (ИРИ) на Ближнем Востоке (Ирак, Турция, Сирийско-Ливано-Палестинская зона, Египет, страны Персидского залива, Йемен) контекст трансформации форм и методов реализации  Вашингтонской  стратегии  «системного  сдерживания»  ИРИ.  Особое  внимание уделяется  выявлению  потенциала  Ирана  как  одного  из  лидеров  ближневосточного региона. Таким  образом, в  статье широко освещаются  основные направления внешней политики стран Ближнего Востока и дается оценка ситуации на Ближнем Востоке.

В работе рассматриваются некоторые основные вопросы, касательно влияния пандемии COVID - 19 на международные отношения, мировую экономику.  По мнению автора, ослабление хозяйственных связей в мировой экономике, падение внутреннего валового продукта, негативно отразилось для многих национальных экономик и для мировой экономики в целом. В этом контексте также необходимо подчеркнуть, что вопрос негативно скажется и на культурно-гуманитарных отношениях между странами, что тоже повлияет и замедлит темпы развития международных отношений после  пандемии.    Ситуация,  сложившаяся  в  мире  в  следствие  пандемии,  даёт  ясно понимать, что  появление  какой-либо  болезни,  эпидемии,  грозит  массовым  распространением ее среди миллионов населения и от этого не защищена ни одна страна, и не одно государство,  и  последствия  касаются  абсолютно  всех  сфер  жизни  человека.  В настоящее  время  для  многих  государств  наряду  с  политическими  и  экономическими проблемами,  нуждающихся  в  безотлагательных  решениях  строительство  больниц,  их оснащение и обеспечение медицинским  персоналом, нехватка которых, особенно остро ощущается в условиях глобальной эпидемии стало особенно приоритетным. И, в таких условиях  остро  ощущается  развитие  многостороннего  сотрудничества,  действий сообща исходя из принципов взаимодействия в решении приоритетных проблем.  В статье раскрываются следующие задачи: изучение ситуации в мире, связанной с распространением коронавируса в настоящее время, влияние пандемии на международные  отношения;  принимаемые  меры  правительствами  в  условиях  пандемии  и  их эффективность; опыт Узбекистана по противодействию пандемии; усиление регионального сотрудничества; инициативы Узбекистана в борьбе с пандемией.  Рассматривается  общая  ситуация,  связанная  с  распространением  пандемии.  Уделяется  внимание  на  применяемые  меры  правительств  стран  в  борьбе  против пандемии  коронавируса,  а  также  их  эффективность.    В  статье  представлен  опыт Узбекистана по противодействию пандемии, инициативы в борьбе с кризисом, а также усиление регионального сотрудничества с соседними странами на современном этапе.  В  настоящее  время  наблюдается  только  начало  регионального  сотрудничества между  государствами  Центральной  Азии.  Изучение  вопросов  распространения  коронавируса, и его влияния на международные отношения являются не однозначными. Так как пандемия распространилась  по  всему  миру,  очень  много  вопросов,  для  исследования,  не только  масштабного,  но  и  локального  характера.    В  ходе  работы  автор  применял системный подход.

В  данной  статье  проанализированы  понятия  «теория  и  парадигма культурной дипломатии», «международные отношения», «мягкая силы», теоретические  и  концептуальные  основы  истории  дипломатии,  особенности  модели культурной дипломатии  ведущих  зарубежных  стран  и  процессы  их  внедрения  в  практику Узбекистана.  На  этой  основе  были  предложены  методологические  подходы  к исследованию истории культурной дипломатии.

Маснави  на  дакхини  «Лейли  и  Меджнун»  было  написано  под псевдонимом  Аджиз,  и  были  проанализированы  различия  между  шестью  рукописями Маснави  Аджиза.  Известно,  что  среди  поэтов,  откликнувшихся  на  эпос  «Лейли  и Меджнун»  на  языке  урду,  а  точнее  на  древнем  урду-дакхини,  маснави  Мухаммада Шарифа Аджиза занимает особое место среди других вариантов «Лейли и Меджнун». "в Дакхини.  Среди  поэтов  дакхини  несколько поэтов  писали  под псевдонимом  Аджиз. Цель состояла в том, чтобы определить авторство маснави Лейли и Меджнун путем выявления информации о нескольких поэтах с одним и тем же псевдонимом на основе газелей, мухамм и других надписей, хранящихся в музее Салорджанга. Во время научной поездки в Хайдарабад мы изучали жизнь и творчество поэтов под псевдонимом Аджиз, и  результаты  наших  попыток  выяснить,  кто  написал  маснави,  показали,  что Арифиддин  Хан  Аджиз  был  известным  поэтом,  жившим  во  времена  правления Асафджаха.  Вторым  поэтом  был  Мухаммед  Али  Аджиз  или  Сайяд  Махмуд  Аджиз, автор Маснави, царицы Египта. Автор другого Маснави, Гул о-санобар, был поэтом, писавшим под псевдонимом Аджиз, и по его языковым особенностям стало ясно, что он был поэтом, жившим после Вали. Автор прозаического произведения «Иблиснома» на древнем  дакхини  -  также  поэт  с  псевдонимом  Аджиз.  Оказалось,  что  «Лейли  и Меджнун»  не  принадлежат  этому  поэту.  Навал  Сингх  -  поэт,  писавший  во  время правления  Аджиза  Асафджоха.  У  другого  поэта  под  псевдонимом  Аджиз  есть  16-стихный  Мухаммад,  язык  которого  относится  к  автору  газели,  скопированной вышеупомянутым  баязом.  Баяз  под  названием  «Мухаммас»  содержит  мухаммы нескольких  поэтов,  в  том  числе  мухаммада  поэта  по  имени  Аджиз,  язык  которого близок  к  языку  того  времени,  когда  был  создан  вали,  и  в  целом  автор  мухаммас, включенных в этот  были поэтами, жившими вскоре после Вали.

Данная статья повещена истории торгово-экономических отношений Бухарского ханства с Ираном в XVI-XVII веках. Как известно, Центрально-азиатский регион  и  Иран  находились  на  трассах  Великого  шелкового  пути,  поэтому  здесь сложились  тесные  торговые  отношения  между  народами.  Торгово-дипломатических отношениях  между  Бухарским  ханством  и  Ираном  в  XVI-XVII  веках  была  объектом многих  русских  исследователей  и  описано  во  многих  источниках  и  литературе. Например, о посольстве под руководством посла Звенигородского Андрея Дмитриевича, Энтони Дженкинсона, направленных по торговым отношениям в эти страны. Отчеты этих послов имеют  очень важное историческое  значение.

Статья посвящается одному из малоизученных вопросов авестологии. Известно,  что  наск  (раздел)  Ясна  Авесты  является  собранием  священных  текстов, которые читались (пелись) во время религиозных церемониях. Многие авторы 28-34, 43-51,  53  песни  Ясны  считают  экспромт  творчеством  самого  пророка  Зартуштры. Между  тем,  в  настоящей статье  автор  обращает  внимание  читателя  на 27-песню Ясны,  в  частности  на  её  13-15-ые  строфы,  которые  явно  доказывают  их  связь  с “Гатами” в качестве Введения к ним. Точно также, в статье доказывается факт, что 54-песня  Ясны,  является  заключением  (эпилогом)  к  Гатам.  Из  вышеизложенного делается  вывод  о  том,  что  “Гаты”,  до  включения  их  в  состав  Ясны,  составляли цельной, самостоятельно функционировавшей пророческой проповедью.

В статье рассматривается один из самых акктуальных и дисскуссионных проблем в области литературы - концепция художественной психологии и история этого вопроса. Рассмотряны вопросы внедрения анализа художественной психологии  в  литературоведении,  первые  исследования  в  этой  области,  теоретические  взгляды  русских  и  узбекских  литературоведов,  а  также  отношение  к терминологии  художественной  психологии  и  психологического  анализа.  Также анализируются  аналитические,  динамические  и  типологические  принципы  художественной  психологии  и  их  роль  в  разделении  литературных типов  и  жанров,  в частности,  особенности  и  развитие  жанра  психологического  рассказа  в  современной арабской и узбекской литературе. Литература каждого народа имеет свою ступень развития. Кроме того, когда мы изучаем  этапы  развития  литературы  каждой  страны,  мы  можем  в  некоторой степени наблюдать влияние литературы других близких и относительно далеких стран на каждом этапе. Связи и взаимодействие узбекской литературы с арабской литературой имеют давнюю историю, и эти литературные связи продолжаются по сей день. Если  наши  предки  с  древних  времен  были  знакомы  со  всемирно  известным  произведением  арабской  литературы  «Тысяча  и  одна  ночь»,  то  с  произведениями  великих узбекских  мыслителей  и  энциклопедистов,  живших  в  раннем  средневековье  и  средневековья  и  написавших  большую  часть  их  научные  и  литературные  произведения  на арабском языке в жанрах прозы и поэзии внесли значительный вклад в развитие жанров арабской  литературы.  Это  также  находит  отражение  в  общности  исламской культуры,  религиозных  традиций,  восточной  философии,  образа  жизни  также  и произведений и идей европейских модернистов, оказавших влияние на литературу двух народов.  Эти  общие  черты  важны  для  сравнительного  изучения  сходства  в  литературе двух народов, эволюции литературных жанров, общности предмета и идеи. Общие темы в современной арабской и узбекской литературе, сходство сюжетов и образов,  сходство  литературного  стиля  требуют  сравнительно-типологического  и сравнительно-исторического изучения традиций восточной литературы и литературных процессов. В конце двадцатого и начале двадцать первого веков художественный психологизм  и  психологическое  повествование  в  арабской  и  узбекской  литературе опередили  другие  жанры  в  своем  развитии.  Прежде  всего,  такие  психологические истории  ярко  описывают  проблемы  современного  общества  и  сложные  аспекты человеческой судьбы.

Данная  статья  представляет  собой  обзор  вопросов,  связанных  с художественным  переводом,  в  которым  рассказывается  об  истории  изучения  художественного перевода, его становлении как науки, говориться о его образовании. Он предоставляет информацию об истории отрасли, ученых, которые внесли свой вклад в развитии отрасли. В статье отражены научные взгляды на художественный перевод, которые  можно  рассматривать  на  только  с  переводческой,  но  и  с  лингвистической тоски  зрения  как  объект  исследования.  Действительно,  особенности  использования метафоры,  метонимии,  лексико-стилистических  примеров  и  фразеологизмов  в оригинальном  художественном  тексте  и  способы  их  перевода,  стратегии  перевода этих  языковых  единиц  и  технология  перевода,  основанная  на  сравнении  двух  разных переводов,  являются  тесно  связан  с  лингвистикой.  Можно  сказать,  что  художественный  перевод  как  комплексное  направление  весьма  интересная  наука,  имеющая достаточную  базу  ученых  для  разных  подходов  к  нему,  взглядов,  научных выводов.  С лингвистической  точки  зрения  изучение  различных  его  аспектов  является  таким  же объектом  изучения,  как  и  его  аспекты  речи,  коммуникативные,  психологические, этимологические,  культурные,  философские,  религиозные.  В  этом  смысле  в  статье анализируется  подходы  к  классификации  художественного  перевода.  Мы  также можем  видеть,  что  его  классификационные  особенности  были  в  центре  внимания ученых  и  как  объект  изучения  различных  научных  исследований.  Размышляя  о классификациях  или  попытках,  сделанных  в  европейских  и  узбекских  переводческих исследованиях, автор определяет различные подходы к раскрытию аспектов перевода и необходимость обогащения его классификационных характеристик.

Настоящая  статья  затрагивает  наиболее  актуальную  проблематику  в  области  современной  арабской  терминологии,  а  именно  -  способы  передачи арабским языком новейших терминов, употребляемых для обозначения современных технологических достижений в сфере коммуникации.  Арабские страны, как и многие другие развивающиеся государства являются лишь потребителем  новейших  достижений  науки  и  техники,  которые  зарождаются  в более развитых регионах земного шара. Именно подобные «плоды» технологического прогресса способствуют формированию новых, ранее не существовавших предметов, явлений и «преобразований». Последние не просто обогащают «мир электроники», но и  способствуют  расширению  лингвистического  вокабуляра  языка  «носителя»,  а затем  и  языков  «потребителей».  Так,  в  статье  анализируются  и  описываются наиболее часто употребительные способы передачи арабской «речью» вышеописанных новейших и ранее не существовавших у арабов наименований гаджетов.  Общеизвестно,  что  любой  язык  стремиться  сохранить  свою  самобытность  и избежать прямых иностранных заимствований. Арабский язык в данном контексте не является  исключением.  В  этой  связи,  автор  выделяет  многочисленные  попытки арабского  языка  избежать  прямых  заимствований  путем  адаптации  собственных лексических единиц. Иногда, из-за отсутствия подходящих смысловых лексем, арабский язык  вынужден  использовать  более  «щадящие  пути»    передачи  новых  иностранных названий, т.е. путем применения таких способов, как «калька» и «полукалька». С  другой  стороны,  не  смотря  на  попытки  избежать  прямых  иностранных заимствований, под влиянием «моды» на английский язык, всесторонне наблюдаются и факты «вхождения» западных терминов в язык арабского народа, подвергаясь лишь необходимой для данного языка транслитерации.

Лингвокультурология,  новая  отрасль  современной  лингвистики, изучает язык не только как средство познания, но и как культурный код нации. Идея о том,  что  ученые  видят  мир  по-другому  через  призму  родного  языка,  привлекает множество  новых  исследований  среди  исследователей.  В  лингвистике,  когда культурная информация  изучается  с  помощью  языковых единиц,  несущих  информацию,  такие  языковые  единицы  группируются  под  термином  лингвокультурные единицы.  Например,  реалии,  концепты,  лакуны,  стереотипы,  речевые  этикеты являются лингвокультурными  единицами. Основными задачами лингвокультурологии являются описание языкового картина мира, концептосферы, представляющей собой совокупность  базовых  концепций  культуры,  языкового  сознания  и  языковых  единиц, отражающих  национально-культурный  менталитет  владельцев  языков,  национальную социокультурную среду, стереотипы, характерные для речи. Анализ  с  точки  зрения  лингвокультурологии  при  исследовании  проявления  культурного  трансфера  в  переведенном  тексте  помогает  изучить  лингвистическое отражение народного мышления в исследовании, его специфические аспекты восприятия  мира.  Когда  произведение  искусства  переводится,  его  идеи,  факторы, отражающие  мировоззрение  нации,  также  воспринимаются  текстом  перевода.  Так же, как каждый язык отражает культуру этой нации, так и в то время как читатель переводного  текста  читает  произведение  на  своем  родном  языке, некоторые  фразы побуждают  читателя  понять  и  представить  произведение  с  точки  зрения  своей собственной  культуры.  То  есть  один  текст  можно  понимать  и  трактовать  по-разному  с  точки  зрения  разных  народов.  Потому  что  такие  факторы,  как  природа, культура, обычаи и религия, влияют на его мир мыслей, концепций и воображений. Использование  культурно  окрашенных  слов  переводе,  которых  нет  в  исходном тексте,  является  фактором  того  факта,  что  переведенный  текст  является  культурным трансфером. Хотя это может быть метод, который переводчик сознательно использует для передачи идеи предложения в исходном тексте, он также может быть методом, выбранным для обеспечения того, чтобы переведенная работа была понятна читателю. В любом случае основным фактором в обоих методах является культура, которая отражает трансфер культуры в переведенном тексте.

Настоящая  статья  посвящена  структурно-семантическую классификацию  стилистического  средства  повтора  на  разных  языковых  уровнях  и определению  их  особенностей  в  языке.  Язык  -  зеркало  культуры,  на  основе  которой  не только  реальный мир  вокруг человека,  не только реальные  условия  жизни  человека,  но  и социальное самосознание целой нации, ее менталитета, национального характера, образа жизни, традиций, обычаев, психика, система ценностей, мировосприятие, мировоззрение. Язык - орудие культуры, оружие. Он формирует мировоззрение, менталитет, общение с людьми, то есть через культуру нации, а также через этот язык, который используется как  единица общения,  через  прямую  связь говорящего с  языком. Как форма человеческой деятельности язык является неотъемлемой частью культуры и определяется как общий результат  человеческой  деятельности  в  таких  аспектах  человеческой  жизни,  как производственная,  социальная  и  духовная.  Но  как  форма  мыслительного  мира  и,  что наиболее важно, как единица коммуникации, язык стоит бок о бок с культурой. С помощью самого языка знания, полученные от отдельных людей, становятся опытом сообщества, который позволяет людям одних и тех же людей и одной культуры понимать друг друга, несмотря  на  различный  опыт  и  разнообразие  знаний.  Человек  давно  выразил  свое отношение  к  событиям,  происходящим  в  окружающей  среде.  Это  отношение реализовывалось, прежде всего, через различные действия, голоса, страсти. Затем эмоции выражались  словами,  словосочетаниями,  танцами.  А  потом  люди  придумывают выдуманные истории, объясняющие происхождение мира, природы, животных, растений, гор, воды. Ребята, девочки плетут песни о любви. О храбрых и отважных юношах племени, об их необычайном героизме возникают мифы и легенды. Все это по-прежнему набирает популярность среди населения, жившего в сообществах до появления письменной культуры. Сегодня мы привыкли называть их «народными устными творениями». Гармония языка, культуры и фольклора всегда привлекала внимание исследователей.

Учебники  для  преподавания  китайского  языка  в  узбекском китаеведении в основном издаются в Китайской Народной Республике, и правильное усвоение в них некоторых грамматических средств создает путаницу не только для студентов, но и для учителей естественных наук. Одним из них является “bubi” (“不比”),  который  активно  участвует  в  формировании  сравнительных  предложений  в китайском  языке,  и  статья  посвящена  изучению  bubi.  В  этом  контексте  в  статье обсуждаются  следующие  аспекты  проблемы:  научные  взгляды  китайских исследователей на семантику буби; грамматическое использование и семантические особенности предложений, в которых Буби участвует в китайском языке; Важную роль играет вопрос анализа недостатков, обнаруженных в выступлениях с участием Буби.

Из истории известно, что персидский язык является одним из древних языков,  который  не  утратил  свои  языковые  особенности.  Времена  и  исторические обстоятельства оказали воздействие на лексику других языков под влиянием персидских слов, а также арабского языка. Лексика узбекского языка не является исключением. С давних времен персидско-таджикский язык параллельно использовался с языками  региона  Мавераннахр,  в  частности,  узбекским.  В  результате,  многие  слова  из персидского и арабского языков укоренились в лексическом составе узбекского языка, то есть используются как общеупотребительные слова. Однако, не все общеупотребительные слова используются для выражения одного и того же значения. В узбекском языке есть такие исконно арабские слова, что их семантическая  граница  имеет  другое  значение  в  персидском  языке,  а  в  узбекском языке - совершенно другое значение. Интересно то, что этот слово-термин, используемый в обоих языках, относится к слою активной речи в обоих языках. Кроме того, методы  образования  одинаковых  слов  в  сравниваемых  языках  должны  соответствовать  международному  стандарту.  В  результате  такого  исследования  будут уточнены  этимологическая  основа  и  рубежное  значение  производных  общеупотребительных слов персидского и узбекского языков.  Например,  в  узбекском  языке  существуют  такие  слова,  как    ‘мухториятʼ, ‘маъмуриятʼ, ‘маъмурʼ, ‘муқобилʼ, ‘ҳакамʼ, ‘ташрифʼ, ‘инсонпарварликʼ, ‘дорулфунунʼ, ‘хусусийлаштиришʼ,  ‘иқтисодиётʼ,  ‘жаридаʼ,  ‘маълумотномаʼ,  ‘режаʼ,  ‘дастурʼ, ‘инқилобʼ и многие другие, основа которых является арабским заимствованием, но не полностью отражают их значение из арабского языка. Даже данные слова являются общеупотребительными  словами,  которые  на  сегодняшний  день  были  предложены  вместо русско-международного слова-термина и уже укоренились в языке, а также отражают  терминологические  особенности.  Семантическое  и  функциональное изучение таких слов служит развитию лексикологии узбекского языка. Причина этому то, что в 1989 году, когда узбекскому языку был присвоен статус «государственного языка»,  была  поставлена  задача  позаботиться  о  его  престиже.  Соответственно, цель  статьи  является  проведения  структурно-семантического  анализа  персидских общеупотребительных слов-терминов, используемых сегодня в узбекском языке.

Существует  особая  культурная  и  духовная  интерпретация  цифр  в межкультурном диалоге, которая сохраняется от истории до современности. Сходство и  различие  межнациональных  культур  можно  объяснить  факторами  образа  жизни, этнографией и географическим расположением упомянутых источников и литературных  произведений.  Доказательством  существования  до  наших  дней  издавна укоренившейся связи чисел в мышлении и мифологии  народов  можно  считать обычаи, церемонии народов, а также литературные и другие источники. Ведь религия влияла на образ  жизни  и  повседневную  жизнь  людей.  Можно  видеть,  как  религия  оказала  свой влияние на культуру некоторых  народов, а также то, что  привело к появлению новых обычаев и традиций среди людей. Религия и религиозные концепции в турецком фольклоре и  культурной  жизни  глубоко  укоренились  в  умах  людей.  Доказательством  наших  слов служит существование различных церемоний, проводимых местными жителями. Числа имеют свое место и значение в турецких молитвах и различных церемониях. Церемонии, связанные с числами, имеют сходство в сельских районах Турции.

В  статье  рассматриваются  вопросы  развития  и  становления китайской средневековой новеллы, вопросы возникновения и становления жанра бицзи и  роль  анекдота  в  этом  процессе.  А  также  анализируется  творческая  работа писателя (циклизация и выбор анекдотов для последующей литературной обработки), превращение  устного  текста  в  письменную  литературу.  На  этом  жанре  можно усмотреть  попытку  усилить  характеристику  персонажа  посредством  увелечения количества случаев в единичном контексте, придать этой характеристике большую полноту и завершенность. Фольклорная характеристика персонажа, не предполагавшая  никакой  индивидуализации,  свободно  допускала  контаминацию  персонажей различных  анекдотов  в  один  образ.  В  циклизации  анекдотов  можно  усмотреть попытку авторов сборников новелл усилить характеристику персонажа посредством увеличения  количества  ситуаций,  в  одном  контексте  дать  короткую  справку  о персонаже, придать характеристике персонажа большую полноту и завершенность, чего, конечно, не может быть в устном экспромте. Новеллы Пу Сунлина отличаются заинтересованностью  автора  сюжетной  линией  персонажа.  Особенно,  когда  это связано  с  их  характерами,  и  тем,  как  герои  ведут  себя  в  определенных  ситуациях. Поэтому, помимо описания события, психологические факторы человеческого поведения  также  важны  для  писателя.  Главный  герой  таких  рассказов,  хотя  и  с  заранее определенным  характером,  фигурирует  в  определенном  эпизоде,  который  в  значительной степени не связан с ее предыдущей жизнью. Сделано выводы, что анекдот как наиболее простая форма сюжета был использован в качестве готового исходного материала для создания произведений новеллистической архитектоники.

В статье анализируются стихотворения, написанные в традиционной форме творчества афганский поэт Барика Шафея, выявляются проблемы их формы, содержания и искусства, их место в творчестве поэта и в литературе этого периода. В  статье  рассматривается  состояние  литературы на  языке  дари  в  начале  ХХ  века, место традиционных жанров в лирической поэзии, таких как газель, рубаи и касида, а также изменения,  произошедшие  в  поэзии на  языке дари  в  то  время. Также  сначала уточняется  вопросы  содержания,  а  затем  изменения  форм.  В  основе  исследования лежат теоретические метод исследования. В творчестве Барика Шафея, несмотря на изменение содержания, есть стихи традиционной формы. В стихах поэта предметом любви лирического героя выступает в основном социально-политическая тематика. В этих  стихотворениях  традиционный  романтический  дух  теперь  смещен  в  сторону заботы о Родине и жизни народа, его судьбе. Также произошли изменения в средствах художественного изображения в поэзии. В частности, мы можем видеть в стихотворениях,  что  такие  изобразительные  средства  приемы,  как  «щам»,  «шуъла»  и «парвона» не имеют того же значения, что в традиционных стихотворениях. Также, согласно рифмованной форме  газел  «Хар кадар» («Сколько бы ни»), относится к типу газели  в  котором  первая  строка  повторяется  в  последней  строке.  Содержание отличается  от  содержания  традиционных  стихов.  В  газели  поэт  с  незапамятных времен излагает свои жалобы.  В  стихотворениях  Барика Шафея  эти образы  расширили  свой  смысловой  объем  в  соответствии  с  темой  и  тоном.  Поэт  обновил  слово, изобретя его заново, но мы видим, что слои значений не исчезли полностью, но значения постепенно сохраняются в них.